Этот кусок "с мясом" выдран из старой версии - из четвертой, последней из записанных, части, носившей название "А жизнь продолжается". Собственно, хронологически его можно располагать где угодно, начиная с того момента, как Бентену удалось охмурить своего пилота. (А ему это удалось не без труда, надо сказать. Пилот сопротивлялся. И сопротивлялся упорно. И, в принципе, продолжает сопротивляться и на протяжении этого отрывка - ну, больной на голову человек, что с него возьмешь. :)) В новой версии этого отрывка, скорее всего, не будет - "сопли", они, конечно, вечны и бессмертны, но не до такой же степени! А в общем и целом - намек на яой, такой же намек на хентай и куча "переживаниев". :) К тому же этот отрывок содержит еще одного заимствованного персонажа - Мотоко Кусанаги, из GITS, в чем, несомненно, сказывается тлетворное влияние англоязычных фанфиков c http://oedo.net. :)
###
Лэнсер тронул рукой сенсорный замок квартиры и шагнул в осветившуюся ему навстречу прихожую. В квартире было тихо – видимо, в кои-то веки ему удалось прийти домой раньше Мэриэру. Это радовало. Теперь у пилота была возможность по-быстрому ополоснуться под душем и немного поработать в тишине...
Этот сектор беспокоил Лэнсера все больше. Даже несмотря на то, что никакой явной угрозы с его стороны не наблюдалось, мысли пилота возвращались к нему все чаще и чаще. В последнюю неделю он понял, что просто не сможет работать ни над чем больше, пока не разрешит для себя эту загадку, и, перепоручив сотрудникам лаборатории все стандартные процедуры и наблюдения, вплотную занялся изучением непонятного участка.
Сегодня его не хватило на обычную работу в лаборатории допоздна. В конце концов, эти расчеты можно сделать и дома... Да и Мэриэру будет доволен – в последнее время они виделись все реже, а даже если и виделись, то пилота уже не хватало ни на что, кроме ласковых объятий и нежного поцелуя на ночь. Отвечать на вкрадчивые домогания неугомонного неженки не было ни сил, ни желания. Нет, он все еще восхищался его экзотической красотой, знал, что не разлюбил альбиноса. Но все чаще Лэнсер ловил себя на мысли, что ему было бы гораздо легче, если бы он мог просто находиться рядом с Мэриэру и молча любоваться на это совершенное чудо генной инженерии, не принуждая себя к утомительной близости...
Пилот прошел прямо в ванную и, сбросив одежду прямо на пол, встал под острые струйки теплой воды. Похоже, последний раз душем пользовался Бентен – он всегда настраивал терморегулятор на температуру погорячее. Лэнсер не стал возиться с перенастройкой, ему не хотелось двигаться. Шум воды отгораживал от всего мира непроницаемой стеной, создавал обманчивое впечатление остановившегося времени...
Пилот все же заставил себя намылить волосы, небрежно прополоскал их, постоял под феном – может и есть что на свете более неприятное, чем длинные мокрые лохмы за шиворотом, но Лэнсер в этом сомневался. Он закинул одежду в чистку, завернулся в простыню и пошел в гостиную, прямиком к комму. Решение проблемы уже крутилось где-то в закоулках сознания, надо только немного покрутить идею...
Тихо хлопнула входная дверь, шорох снимаемых ботинок. Лэнсер обернулся ко входу.
– Привет, – Мэриэру уже стоял на пороге гостиной, опираясь рукой о косяк, и улыбался. Глаза его засветились при виде полуодетого возлюбленного, но он быстро опустил длинные ресницы, пряча желание.
– Ты рано сегодня, – заметил он, проходя в комнату и наклоняясь к пилоту, подставляя алые губы, сложенные для поцелуя.
– Решил немного поработать дома... Как дела?
– Сегодня все обошлось... Так, пара мелких задержаний, не стоит упоминания... Ты уже ужинал?
– Нет... – заметив загоревшийся в глазах альбиноса энтузиазм, пилот поспешно добавил, – Малыш, не сердись, я не хочу. Поешь один, мне очень не хочется отрываться.
Бентен кивнул и ушел в ванную.
Пилот вздохнул и снова повернулся к экрану. Мэриэру, конечно, расстроился... Может, не следовало так поступать, на худой конец, следовало предложить поесть вместе, но попозже.
“Отлично, так и предложу... Пусть только выйдет из ванной.”
Без обуви Мэриэру двигался абсолютно бесшумно, но пилот каким-то шестым чувством всегда знал, где тот находится, мог даже предсказать позу и настроение... Сейчас Мэриэру прошел на кухню, хотя угадать это можно было только по звуку открывшейся двери ванной. Вот звякнул чайник, извещая о готовом кипятке. Журчание ароматной струи льющегося в чашку чая... Вот Мэриэру снова в гостиной, сел на ковер перед окном.
– Малыш, если ты не против, мы можем поужинать позже. Сейчас у меня действительно много работы...
– Не беспокойся, я не голоден. Мы с Джайком хорошо поели днем. Работай, там посмотрим...
Только Лэнсер мог угадать, сколько расстройства пряталось за этим спокойным тоном. Пилот подавил в себе первое желание бросить расчеты и подойти к любовнику – Мэриэру все равно заметит, что его мысли заняты не тем, будет только хуже.
“Лучше закончить побыстрее.”
Решение было где-то совсем близко, можно сказать, лежало на поверхности... Если сверить все результаты последних наблюдений с графиком повременной активности близлежащих порталов...
Лэнсер вздрогнул от неожиданного легкого прикосновения и крутившееся где-то поблизости решение задачи моментально ускользнуло.
– Ты уже час сидишь в этой позе, – раздался за спиной тихий голос Мэриэру, – Работай, я разомну тебе плечи.
– Не надо.
Пилот скривил губы от непонятного раздражения. Он не любил, когда его отрывали от работы.
Мэриэру обиделся. Это только добавило пилоту злости – черт побери, сколько можно разводить нюни по пустякам! Подумаешь, позаботиться не дали!
Альбинос отошел обратно на свое место у окна. Лэнсер в раздражении еще с несколько секунд прислушивался к нему, готовый в любой момент в корне пресечь любую попытку любовника устроить сцену с обидами, но вскоре позабыл об этом, углубившись в расчеты.
Мэриэру закрыл глаза, повторяя про себя формулу расслабления. Он хорошо знал, что ни одно движение его души не укроется от чуткого Лэнсера, и сейчас нельзя было допустить эту боль на поверхность сознания... Он глубоко вдохнул, уронив руки на колени. Бесполезно. Словно упущен момент, уже нельзя спрятать эту острую занозу... Он поднялся на ноги и бесшумно направился в спальню, одеваться.
– Куда это ты собрался на ночь глядя? – настиг его уже на пороге гостиной самую малость язвительный голос Лэнсера.
– У нас кончились продукты желтой группы. Пойду куплю, чтобы завтра не возиться – забуду ведь... – как можно более непринужденно ответил альбинос.
– Ну-ну...
Пилот ни на секунду не поверил в эту причину. Конечно, этот недотрога опять разобиделся и теперь хочет его пристыдить! Пусть погуляет. К его возвращению он уже успеет закончить работу, и можно будет загладить неприятный осадок от этого неудачного вечера.
###
Мэриэру не воспользовался своим автомобилем и пошел пешком. Квартира, предоставленная Киберполицией, располагалась в центре Эдо, здесь на улицах в любое время суток было много народа. Альбинос двигался в потоках людей, почти не замечая ничего вокруг. Обычное шумное оживление центральных улиц, звуковая реклама, музыка из круглосуточно открытых заведений сливались в единый кокон, опутывающий в яркую тюрьму насмешливого одиночества на чужом празднике...
Мэриэру шел, не разбирая дороги, машинально уклоняясь от случайных чужих прикосновений и холодными взглядами отшвыривая от себя любителей ночных приключений, привлеченных одиноким видом красивого грустного юноши.
Возле одной витрины он остановился, зачарованный необычным изяществом рекламного представления: два мальчика танцевали под медленную музыку, демонстрируя зрителям красоту и строгую элегантность вечерних костюмов, так ладно облегавших гибкие стройные тела...
– Хотите приобрести? – Мэриэру оглянулся на бесшумно подошедшего рекламного менеджера, сверкающего вежливой улыбкой и глянцем проспектов в руках.
– У нас есть как раз ваш размер. Вы будете прекрасно смотреться в этом черном.
Мэриэру невольно бросил еще один взгляд на витрину. Мальчики по-прежнему продолжали свой гипнотический танец, бросая манящие взгляды друг на друга.
– Благодарю Вас. В другой раз... – альбинос кивнул менеджеру и сделал несколько шагов вдоль витрины. Непрошеные слезы уже кипели на глазах, вот-вот готовые скользнуть по щекам...
Еще какой-то месяц назад он и не предполагал, что все будет так плохо. Время, проведенное в Роботеке, несмотря на все бывшие трудности казалось сейчас просто далеким праздником. Тогда их с пилотом разделяли лишь внешние трудности, но они всегда могли быть преодолены их стремлением друг к другу. Тогда Лэнсер первый делал все для того, чтобы они были близки...
Мэриэру сделал еще один глубокий вдох. Уже две недели Лэнсер всячески избегал близости с ним, объясняя это своей усталостью и загруженностью. Все так, он действительно сильно уставал, но Мэриэру хотелось иногда просто прижаться к нему, погладить, коснуться щекой твердых мускулов на гладкой груди... Но пилот решительно пресекал подобные попытки, не веря, что пылкий Мэриэру способен остановиться на этом. Однажды, видя, какие страдания доставляет альбиносу его целомудренность, он предложил спать отдельно, чтобы не мучить напрасно заводящегося от любого пустяка неженку. Мэриэру чуть не расплакался тогда, с ужасом представив себе, что будет лишен возможности побыть рядом с любимым пилотом хотя бы ночью. Лэнсер не понял его, заметив, что если для альбиноса единственной радостью в жизни остался только секс, то дело и вправду плохо...
Только секс... Если бы Мэриэру мог, он постарался бы умерить свои желания. Вид любимого постоянно вызывал у него в памяти самые сладкие мгновения их совместного времяпровождения. Создателям альбиноса не могло прийти в голову, что его личная жизнь замкнется на пуританина-европейца, с легкостью отказывающегося от одной близости в неделю... Этот врач в медик-части Службы Императорской Безопасности посмотрел на него с таким сочувствием, что Мэриэру едва не вспылил. Впрочем, он оказался вполне неплохим специалистом... Что он там предлагал? Курс гормонального подавления? Зря отказался, надо будет вернуться... Если бы Лэнсер...
“Я знаю, что он любит меня... Но почему так часто мои мысли о нашем будущем так безнадежны!”
Мэриэру затрясло. Он случайно столкнулся взглядом с каким-то прохожим, удивленным отчаянным выражением его лица, и поспешно смахнул с ресниц злые слезы. Не хватало еще разрыдаться на улице!
– Инадзуми-сан!
Боже... Неожиданность была слишком убийственна. Даже не оборачиваясь, Мэриэру мог точно сказать, кому принадлежит этот чуть низковатый женский голос.
Мотоко.
– С Вами все в порядке? На Вас лица нет.
Майор спецподразделения Службы Безопасности Мотоко Кусанаги стояла возле своей машины и смотрела на него с участием и беспокойством. Она совершенно не изменилась за эти три года. Все та же короткая ладная стрижка, строгая, хотя и не форменная одежда, крепкая, но стройная фигура...
– Инадзуми-сан?
Мэриэру ощущал себя совершенно потерянным. Он так старательно избегал встречи с ней все эти годы, считая себя виноватым в их разрыве. Он готов был к возможным упрекам, хотя бы укору во взгляде, но только не этой нежности и... жалости.
Спасибо, только не это!
– Со мной все в порядке.
Мотоко сделала несколько шагов и заглянула ему в глаза.
– Мэриэру, Вы бледны как привидение. Посидите в моей машине, пока не придете в себя. Вы привлекаете внимание.
Нужно было уйти немедленно, пока ситуация еще не стала неконтролируемой, но разумность заботливых слов подействовала на Мэриэру странно заманчиво. Он послушно опустился на заднее сиденье машины, Мотоко села вперед и закрыла двери. Наступившая тишина была почти звенящей...
“Черный жизненный юмор... С ней мы тоже любили друг друга, но расстались... потому что были слишком разные. Потому что вместе уже было невыносимо...”
– Хотите выпить? У меня есть бутылка бренди.
Идея показалась привлекательной...
Через полчаса пьяный Мэриэру тихо глотал молчаливые слезы, прижавшись лбом к надежному плечу Мотоко, а автопилот вел машину на кольцевую трассу по краю уровня.
Мотоко тоже молчала, медленно поглаживая бывшего любовника по мягким белым волосам. Были моменты, когда ни светское воспитание, ни убийственная внешность не могли скрыть в Мэриэру того несчастного девятилетнего ребенка, каковым он в сущности и являлся. Его вид поразил Мотоко до глубины души – эти заострившиеся черты лица, еще больше подчеркивающие длинноватый нос, эти темные круги под и без того большими глазами, – Мэриэру выглядел просто больным, хотя Мотоко знала, что это невозможно. Худой, нервный, издерганный... куда только подевалось его обычное спокойствие и невозмутимость?
Мотоко машинально провела рукой по всей длине закрывающих спину шелковистых прядей и удивилась неожиданной реакции – Мэриэру напрягся и теснее прильнул к ней, не раскрывая глаз. Мотоко замерла. Ей не хотелось ошибиться...
Это чуть страдальческое выражение бледного лица было ей прекрасно знакомо – оно появлялось, когда Мэриэру неожиданно для себя оказывался застигнут приступом долго сдерживаемого желания. Она не имела права на эксперимент... Но Мэриэру уже лег поперек ее колен, спрятав лицо в сгибах локтей. Мотоко не удержалась и снова погладила гибкую спину, вызвав новый приступ судорог.
“Что с ним такое творится? Можно подумать, он дико голоден до прикосновений.”
В конце концов, в этом она могла ему помочь. К чему обязывает невинное поглаживание?
Оказалось, ко многому. Пьяный ослабевший Мэриэру просто дрожал от желания, этого невозможно было скрыть. Мотоко никак не могла понять, почему невзирая на это он не делает ни малейшего шага в направлении возможности его удовлетворить. Альбинос вел себя словно скованный по рукам и ногам, всеми мыслимыми способами демонстрируя свои чувства, но оставаясь абсолютно пассивным. Вся тяжесть решения ложилась на плечи Мотоко, и она решила.
###
Утомленный Мэриэру спал так крепко, что Мотоко всерьез засомневалась, стоит ли его будить. Можно было отвезти его домой, но там был этот голубоволосый стройный пришелец с холодными серыми глазами. Мотоко сомневалась, что он правильно поймет, если она принесет Бентена на руках, все еще пьяного.
Острый солоноватый привкус во рту заставил ее вздохнуть и потянуться к недопитой бутылке с бренди. Сомнений не осталось – Мэриэру действительно был приговорен к воздержанию, по крайней мере с неделю. Она усмехнулась. Неделя для пылкого чувственного альбиноса была почти вечностью... Неудивительно, что он так реагировал. Господи, почему он не пожелал полноценно заняться с ней любовью? Она тоже ничего не имела бы против некоторого... расслабления.
Однако, проблема все еще оставалась – Мэриэру следовало вернуть домой.
Мотоко осторожно высвободила из-под головы Мэриэру руку с наручным коммом и набрала код квартиры Сенгоку.
“Будь дома, только будь дома...”
– Слушаю, – раздался знакомый задорный голос.
– Сенгоку, это Мотоко. Ты можешь выехать немедленно?
– Черт побери, Мотоко, я только что разделся... Что-нибудь случилось?
– Мне нужна твоя помощь. Я тут натворила глупостей... Я могу подъехать к тебе сама, но будь готов немного прогуляться.
– Ну, давай... – уж в чем-чем Сенгоку был уверен, так это в том, что Мотоко не станет тревожить его по пустякам.
###
Лэнсер выключил комм и взглянул на часы. Черт побери, почему это Мэриэру до сих пор нет дома! Как бы далеко не располагался магазин, нет никакой нужды искать его три с половиной часа!
– Ну если только ты просто выпендриваешься... – с угрозой пробормотал пилот, пряча за раздражением собственное беспокойство.
Он уже потянулся набрать код Иширо и напрямую спросить, не случилось ли чего, когда в дверь позвонили.
– Вот черт...
У Мэриэру не было никакой нужды звонить в собственную квартиру!
На пороге стоял Сенгоку собственной персоной. Держа на руках Мэриэру!
– ЧТО?! – спросил Лэнсер, бледнея и ощущая холодные струйки пота, текущие по разом взмокшей спине.
– Не бери в голову и не очень ругайся, – насмешливо-смущенным тоном проговорил Сенгоку, – Мы тут немного заболтались у меня, а он вдруг уснул прямо на стуле! Забирай. И правда, не сердись.
Он вручил спящего альбиноса на руки хмурящемуся Лэнсеру, махнул на прощанье рукой и побежал к лифту.
Бентен действительно спал. Крепко и сладко. Даже столь измученное в последнее время выражение лица было в этот раз лишь усталым и чуть печальным.
Лэнсер попрощался с собственными вариантами по поводу окончания этого вечера и уложил альбиноса спать.
###
Утром, разумеется, Мэриэру не помнил о вчерашнем ну ничегошеньки – на что, собственно, и делался расчет уже осведомленным о подобном явлении Сенгоку.
Рядом с альбиносом никого не было – видимо, Лэнсер давно проснулся. Мэриэру приподнялся на локте, тронул рукой подушку пилота и резко выбрался из постели.
Пилот спал на ковре в гостиной. В ответ на обеспокоенное тормошение со стороны перепуганного Мэриэру он открыл мутные глаза, какое-то время соображал, где он находится, потом удивленно спросил:
– Я что, здесь заснул?
– Видимо, – Мэриэру опустился рядом с ним на колени и с укором спросил: – С чего бы?
– Не знаю. Как-то так получилось, – равнодушно пожал плечами пилот. – У тебя голова не болит?
– Нет… А что, должна?
– Ну, вообще-то это хорошо, что не болит. Судя по всему, вы там вчера с Сенгоку порядком накушались.
– Да что ты! – Мэриэру изумленно поднял тонкие брови, – Я вообще не помню, что вчера видел Сенгоку.
– Ну, во всяком случае принес тебя сюда именно он.
Альбинос расстроено пожал плечами. Ему совсем не нравилось подобное поведение собственной памяти. Не помнить такие продолжительные промежутки времени его решительно не устраивало. Впрочем, помнится, знакомый лаборант из медик-части обещал какую-то вспомогательную процедуру…
– На работу опоздаем, – сказал он, поднимаясь с колен, – Тебе приготовить капсулы от похмелья? Ты, кажется, тоже не дремал с выпивкой…
– Обижаешь. Я не пил.
– Да? Неужели до такой степени брезговал разделить со мной постель?
Не дожидаясь ответа, альбинос развернулся и пошел в ванную – время действительно поджимало. Через какое-то время в дверь коротко стукнули, пилот сообщил, что уже уходит. Потом хлопнула входная дверь.
Утро начиналось невесело.
******