"Ответный визит"

"Ответный визит"

продолжение

Глава 10

День еще только начинал клониться к вечеру, а Кора уже ног под собой не чуяла. Проклятый склад был еще больше, чем казалось на первый взгляд – и два выхода, которые теоретически могли бы вести в Полис, оказались в разных его концах. Они убили два с лишним часа, чтобы добраться до первого, пробираясь по подземным залам, заставленных ящиками и коробками, огромными контейнерами и сваленными как попало запчастями, пока не попали в исполинскую искусственную пещеру, в которой…

– Мать честная! – ахнула Кора.

– Угу. Тринадцатые. Шестнадцать штук, – Лэнсер остановился, оглядываясь. – Жаль, не получится прихватить с собой в Эдо, как образец.

– А зачем? – мягко, как обычно, поинтересовался Джайк. – Я запомню. Или это тоже ваша военная тайна?

– Она самая. Хотя после того, что исбэшники сделали с «Дэйтой» – уже не совсем. На обратном пути надо будет прихватить с собой одну из вон тех коробок.

Он махнул рукой в сторону штабеля, покоившегося слева от входа в зал, и они пошли дальше. Кора вздохнула с облегчением: с Лэнса сталось бы попытаться завести непрошитый ARK и вывести его отсюда, и черт знает, чем бы это все кончилось.

Выход оказался наглухо замурован – поверх кирпичной кладки место, где раньше, наверное, была дверь или ворота, загораживали сваренные крест-накрест двутавровые балки.

– Мда. Напоминает склеп графа Дракулы, – заметил кибер. – Возвращаемся?

– Конечно. Надо найти другой. Время, у нас очень мало времени.

Пришлось проделывать весь путь в обратном порядке. Кора окончательно уверилась, что если бы не техника запортальной цивилизации, она бы давно свернула себе шею в этих потемках, споткнувшись о какой-нибудь особо коварный ящик. Ну, или ногу подвернула бы. Она уже хотела предложить сделать перерыв, пока никто не покалечился, когда в коридоре неожиданно вспыхнул яркий свет. Точнее, относительно яркий – лампы за прошедшее время чище не стали. Дверь, через которую только что прошел Джайк, замыкавший группу, закрылась, громко клацнув замком. Дверь напротив, куда они и не собирались, проделала то же самое.

– Вот время и кончилось, – озадаченно сказала Кора. – Интересно, что Алекс этим хочет сказать?

– Сейчас узнаем, – раздосадовано бросил Лэнсер. Издали, со стороны центра управления, донесся пронзительный трезвон.

На этот раз стеклянная дверь была приветливо распахнута, а на допотопном мониторе мигала красным надпись «Вызов». Крохотный динамик издавал тот самый звон – точная копия звонка антикварного телефона. Кора сунулась, было, к клавиатуре, но Джайк деликатно придержал ее за плечо.

– Мне кажется, нам не стоит попадать в поле зрения камеры.

– Вам – точно не стоит, – подтвердил Лэнс, осторожно усаживаясь на ветхий стул перед компьютером. – Ну, посмотрим, с чего вдруг переполох.

Это был не Алекс. Это был Стэн. Против ожиданий Коры – даже еще более спокойный, чем обычно. То есть, еще не дошедший до точки кипения. Даже удивительно, почему бы это – по всем признакам, пора. Стэн терпеть не может, когда все выходит из-под контроля, а особенно – когда из-под контроля выходят подчиненные.

– Так и думал, что это ты, – сообщил Лэнсер вместо приветствия.

Стэн поднял бровь.

– Хм. Это была моя фраза. Ладно. Значит, ты уже можешь мне хотя бы что-то объяснить. Кора с тобой?

– Неважно, – Лэнсер выглядел совершенно беззаботным. Как будто это не у него только что стало одной увесистой проблемой больше. Причем проблемой, способной прекратить все их изыскания ровно через одну минуту в приказном порядке. – Что тебе надо объяснить?

– Для начала, как обычно – где тебя черти носят?

– Ну, это просто, – Иеро пожал плечами. – Начнем с меня, раз тебе так хочется. 1 марта 2040 года, во время полета над третьим транспортным кольцом Полиса, у меня отказало сначала связующее оборудование, а потом и навигационное. При отказе первого меня чуть инсульт не хватил. Самое интересное, что как только я перешел на ручное управление, со мной пытались связаться по радио и в ультимативной форме предложили сесть на шоссе.

– И ты ушел в портал, – подвел итог Стэн понимающим тоном. Этот его тон Кора терпеть не могла, потому что обычно таким тоном командир давал понять, что с головой у собеседника нехорошо. Говорят, когда-то в инструкциях писали, что с разного рода психопатами положено разговаривать вежливо и мягко, пока не подоспеют психиатры.

– Вообще-то, нет, – ответил Лэнсер. – Я пытался убраться оттуда, но потом система управления тоже начала лажать – и в итоге я влетел в лес. Так что сознательно я ни в какой портал не уходил. Это тебе информация к размышлению.

– Еще лучше. Второй вопрос. Кратенько, с кем мы имеем дело? Я имею в виду твоих приятелей с той стороны портала.

Кора навострила уши. Стэну-то небось не скажешь «Люди как люди, империя как империя»!

– Там империя. Японская Империя, если быть точным. Большая, богатая и сильная. С ней и имеем… что имеем.

– Империя в стадии расширения – или в стадии административной стагнации? – деловито поинтересовался командир.

– Э… Чего-чего?

Джайк весело хмыкнул за спиной у Коры. Еще один образованный с умными словами.

Стэн снова кивнул, как-будто Лэнсер только что подтвердил что-то очень важное.

– Ладно, проехали. Хотя я хотел бы знать, почему у них исследовательские миссии выполняет охрана императора.

– Потом скажу, – пообещал Лэнсер, – если, конечно, ты сам раньше не догадаешься. Что-то еще? У меня совершенно нет времени.

– Времени у тебя теперь – вагон и маленькая тележка. В общем, бери Кору, бери свою охрану – и отправляйтесь на базу. Сию минуту. Здесь и поговорим.

Иеро откинулся на спинку стула. Медленно положил обе руки на стол, рядом с клавиатурой. И добрых секунд десять молчал. Потом покачал головой и ответил.

– Нет. Извини.

Кора остолбенела. У нее на глазах происходило что-то совершенно невероятное. Чтобы ни происходило, как бы ни происходило за все прошедшие годы, Лэнсер никогда не нарушал приказа. Как бы они не ругались и сколько бы ни спорили. Даже Стэн выглядел немного ошарашенным. Но совсем немного. Даже странно.

– Ты не понял, – терпеливо проговорил Шеппард. – Это – приказ.

Лэнсер ухмыльнулся и подался вперед.

– Еще раз извини, но, опять-таки – нет, – сообщил он, улыбаясь. – Не верю, что ты не в курсе, но так уж и быть, скажу: если с казуистической точки зрения, то ты не имеешь права мне приказывать. Я комиссован по контузии в 2029, снова признан годным к службе и одновременно уволен в запас в 2030 году. И призвать меня обратно, как и других резервистов, уже никто не успел. Так что формально, я был почти таким же волонтером, как Кора или Брюс.

– Не совсем таким же, – уточнил Стэн. – Но ты ж понимаешь, что призвать резервиста в этом округе – не проблема. Я могу это сделать хоть сию минуту.

– А как же! Вот как только ты или кто-то еще вручит мне соответствующий приказ лично в руки – так сразу. А пока – еще раз извини.

– Ты все-таки рехнулся, – констатировал Стэн с сожалением. – Ладно, будет тебе приказ. Примерно через час.

Экран погас. Лэнсер выдохнул и вскочил.

– А вот теперь надо убираться и очень быстро. Надеюсь, второй выход в Полис все еще цел.

###

Стэн разорвал связь и откинулся на спинку кресла. В кои-то веки все прошло гладко… хотя момент с приказом был опасным. Лэнс, все-таки, в чем-то дисциплинированный. Хоть и из Экспедиции, а субординация у него в крови. Ему было явственно тяжело послать командира куда подальше. Мог и подчиниться, и тогда весь план летел бы коту под хвост. Впрочем – нет, пожалуй, все-таки не мог. Это же, в конце концов, Сегард, тот самый, который при малейшем намеке на давление становится совершенно иррационален.

Лэнсер нашелся очень кстати – если несколькими днями раньше подполковнику отчаянно не хватало диверсанта, которого можно было бы заслать в бывшее убежище, то теперь эта проблема казалась решенной. Его же хлебом не корми, дай прогуляться по вражеским тылам. Если бы не одно «но»: о возвращении любого из пропавших узнала бы вся база, а, значит, и Лиза, а следом за нею – и Полис. Его бы уже ждали, и совершенно ясно, что добром бы это точно не кончилось. Ни при каких дополнительных обстоятельствах.

Зато теперь, со всей очевидностью, Лэнс с Корой поставят, при необходимости, Полис с ног на уши, но найдут и «гостей», и Брюса. И, если тем повезло, Мелиссу, Зандера и Сэма. А потом уже можно будет раз и навсегда поставить руководство этого сволочного городка на место. Без вооруженного конфликта и не рискуя жизнями мирного населения и «детишек», что самое главное. На нежные чувства городского Совета, который, без сомнения, сочтет себя униженным и оскорбленным в полном составе, можно наплевать и забыть.

Хотя, возможно, Стэн и переборщил. Может, и не стоило так перестраховываться, а стоило просто попросить – а то и приказать – прямо противоположное вот сейчас, во время этого самого разговора. Все равно, если диверсанты попадутся, вытаскивать их из дерьма придется Стэну же – не открещиваться же от них, в самом деле. И они оба, если, конечно, кое-кто и в буквальном смысле не сошел с ума, прекрасно об этом догадываются. Хотя… черт же их знает.

Нет, все-таки, так вышло надежнее.

Лишний раз прикинув, сколько всего в его хозяйстве держится исключительно на его же личных связях, Стэн тяжело вздохнул. Не армия, а черте что…

Ну, а теперь можно и посмотреть, какие отговорки сочинил городской Совет Полиса, пока они с Аико ползали по руинам Бэхома. Наверняка скучно не будет.

###

Брюс отложил карандаш, зевнул и посмотрел на часы над дверью. Обучение Конрана нехитрой разновидности тактических игр на бумаге, предоставленной Джонни, шло полным ходом, и японец успел не раз обставить своего учителя, но сосредоточиться на игре обоим не удавалось.

Бентен ушел еще час назад и до сих пор не вернулся.

– За это время можно было затрахать до полусмерти даже красотку из Букета, – заметил сидящий на полу Гоку, проследив направление взгляда Баттлера.

– Возможно, она блюдет свою честь, – возразил Брюс. Положение на нарисованном поле складывалось сложное, и он был рад отвлечься. – Отклоняет, так сказать, щедрые предложения… отказывает.

– Бентену? – иронически фыркнул Гоку.

– Ты точно не преувеличиваешь его достоинств по этой части? – ехидно уточнил Баттлер.

– Видишь ли… – Конран встал с пола и потянулся. – Я видел много человек, спокойно избегавших его чар. Но это всегда были люди, которых он и не пытался добиваться.

– А все, кого пытался – пали жертвами? – развеселился Брюс. – Все до единой?

– Ну, – хмыкнул Гоку, – отчего же… нашлась одна стойкая личность. Но ставлю на то, что наша скромница за мониторами счет его промахов не увеличит.

– Не увеличит, – сухо бросил Бентен, прикрывая за собой дверь. – Полагаю с ее слов, что в нашем распоряжении не менее двух с половиной часов. Если не нагрянет внезапной проверки, конечно.

– А сама девица точно не поднимет тревогу? – Несмотря на предстоящее серьезное мероприятие, Брюс был не в силах не улыбаться – уж больно комично выглядел мрачный блондинчик, по лицу которого можно было подумать, что он не развлекался с симпатичной девицей, а присутствовал на поминках.

– Я… несколько углубил ее сон.

Улыбка Брюса застыла.

– Не убил, я надеюсь? Нам только…

– Она спит! – довольно резко оборвал его Бентен. – А нам не стоит терять времени. Я предпочел бы разбудить ее сам и вовремя. Нам еще могут пригодиться ее услуги.

– Так, пошли, – Конран пресек в зародыше назревающую ссору, подтолкнув Баттлера к выходу.

Они бегом пересекли коридор, бесшумно прокрались через холл, тускло освещенный включенными мониторами. Баттлер не удержался и заглянул за стойку дежурного – девушка лежала на полу, по-детски подложив ладонь под щеку. Чем бы они не занимались со своим совратителем, Бентен не пожалел времени привести ее костюм в полный порядок.

– Это здесь! – донесся до Брюса громкий шепот. – Эй, помоги уже!

Дверь в заброшенную лифтовую шахту обнаружилась за огромным шкафом, забитым бумагами. Конран и Кането стояли перед ним, примеряясь, как лучше сместить эту махину в сторону. Лицо беловолосого наполовину закрывали визоры.

– Боюсь, что мы не сможем вынуть все это барахло из шкафа так, чтобы потом расставить его по порядку, – шепотом проворчал Брюс.

– Поэтому мы подвинем его целиком, – ответил Бентен, – но тебе придется подстраховать эту мебель от опрокидывания.

– Да вы два танка, что ли?! – Брюс постучал по стенке шкафа, словно проверяя его на материальность.

– Я – определенно нет, – беззвучно засмеялся субтильный красавчик, – но мы справимся. Придерживай дверки и помоги с моей стороны.

Сенгоку не издал ни единого звука, но по его исказившемуся лицу и вздувшимся буграм мышц на руках было видно, что этот подвиг все-таки не дался ему легко – тяжеленный шкаф сдвинулся и поехал. Брюсу и Бентену нужно было лишь не давать ножкам со своей стороны скрести по полу. Когда шкаф был, наконец, смещен на необходимое расстояние, они вдвоем некоторое время с трудом переводили дыхание, Гоку же выглядел так, словно и не тащил сейчас вес, значительно превышающий свой собственный.

– Так, – Бентен вытер ладонью взмокший лоб, – что тут у нас…

Дверь в шахту запиралась на кнопочный кодовый замок.

– А! – ухмыльнулся Брюс. – Ну теперь всего-то пара сотен комбинаций – и мы попадем внутрь…

Бентен, похожий в своих визорах на инопланетянина, склонился к замку, помедлил пару секунд и уверенно нажал на несколько кнопок. Двери лифтовой шахты разъехались в стороны. Изнутри пахнуло пылью и чем-то химическим.

– Ну, это уже похоже на что-то знакомое, – с удовлетворением заметил Бентен, направляя в пустой проем луч встроенного в рукав куртки фонаря, уже изрядно потускневшего из-за подсевших батарей. – Кабинки нет. Значит – нет и препятствия. Так нам наверх?

По бетонным стенам шахты спускалось грубое подобие лестницы из кусков профиля, вмонтированных в стену с примерно метровым шагом. Брюс предположил было, что назначением подобной конструкции являлось удобство обслуживания, но эта версия продержалось ровно до первого прикосновения – необработанные края металла резали руки. Он с завистью посмотрел на полицейских, натягивающих форменные перчатки.

– Так, Бентен первый, я замыкаю. – Конран все еще вел себя как командир их маленького отряда. Кането, вроде, не возражал. Брюс хотел было возразить, что он тоже неплохо справится с ролью авангарда, но посмотрел на визоры полицейского и промолчал – пустить вперед человека, оснащенного такой техникой, было разумно.

– Мне скучно все меньше и меньше, – несерьезно хихикнул Бентен.

– Работай, псих! – буркнул Конран, – Развлекаться он вздумал...

Вместо того чтобы обидеться, Кането символически поплевал на ладони и начал карабкаться наверх. Перед лицом Брюса мелькнули белые ботинки, через долгую минуту раздался голос:

– Давайте за мной!

Баттлер натянул рукава пониже, чтобы защитить ладони, и полез в шахту. Отставать не хотелось. Не хватало еще, чтобы эти двое посчитали его обузой!

Путь оказался коротким – всего через несколько метров Бентен остановился и знаком предложил Брюсу присоединиться. Баттлер повиновался.

– Ты случайно не в курсе, как открыть это изнутри?

Брюс уставился на механизм, освещенный лучом фонарика.

– Хочешь сказать, что на этот раз твои волшебные глаза тебе не помогут?

– Нам не помогут, – Бентен выделил первое слово, – или ты уже не в команде?

– Проблемы? – приглушенно уточнил снизу Конран.

– Нет, если ты умеешь открывать двери шахты, – отозвался Брюс. К своему ужасу он вдруг ощутил уже знакомое головокружение – и стена шахты снова поплыла перед носом, хотя он не двигался с места. Вот еще не хватало, чтобы его накрыло прямо здесь, так ведь и сорваться можно. – И делать это быстро.

Полицейский покрепче перехватил ступеньку и попытался просунуть освободившуюся руку между створками. Те даже не шелохнулись: резиновые накладки левой и правой створок словно приросли друг к другу.

– А, черт, – пробормотал Сенгоку снизу. – Надо было мне идти вперед…

Брюс судорожно вспоминал все, что ему известно о лифтах, стараясь отвлечься от мысли, удержит ли его Конран, если головокружение все-таки возьмет верх. Единственное, что вспомнилось, так это как Алекс запихивал кусок гнутой проволоки в дырку над дверью лифта в своем ангаре – а потом отжимал двери и спускался в шахту, чтобы достать уроненные кем-то ключи.

– Наверху и слева должна быть такая фигня… в общем, там что-то отключается и с дверей давление убирает, – сообщил он. – Что-то механическое.

Бентен хмыкнул и поднялся повыше.

– Ага… – донеслось оттуда. – Вижу… Ну? Я ли не любимый ученик Джайка? – Наверху что-то негромко лязгнуло, потом зашипело. – Механика! Просто прелесть, что такое.

В открытые Бентеном двери Брюс проползал на четвереньках, и, оказавшись на полу длинного коридора, вставать не спешил, переводя дыхание. Конран выбрался последним, оглядел коридор и, обнаружив неподалеку пару стульев под сенью какого-то разлапистого растения в огромном вазоне, на всякий случай сунул один из этих стульев в проем лифтовых дверей. Теперь они не должны были закрыться.

– Куда дальше? – на всякий случай шепотом спросил Брюс.

– Найдем кабинет госпожи Готье, – легкомысленно отозвался Бентен. – Надеюсь, у вас тут в ходу таблички на дверях?

– У них, – поправил Брюс. – Как тут у них – понятия не имею.

– Вы трепаться сюда пришли? – уточнил Гоку.

– Нет, сэр! Извините, сэр! – Бентен на краткую секунду изобразил стойку смирно.

Брюс фыркнул.

– Погодите. Сейчас, меня мутить перестанет – и пойдем читать таблички.

Табличка была. На первой же встреченной двери, выкрашенной белой краской. И эта дверь даже не была заперта.

– Они тут совсем расслабились, как я погляжу, – хмуро прокомментировал этот факт Брюс. – Интересно, сейф она тоже не запирает? И до сих пор ничего не сперли?

Выражение лица Бентена было трудночитаемо из-за визоров, но смуглая физиономия Конрана отчетливо выражала всю глубину презрения профессионала к местным стандартам безопасности.

Брюс правильно оценил настроение обоих и пояснил ситуацию:

– Вы не кривитесь. У них тут в самом деле тишина и покой, корку хлеба сопрут – ЧП и истерика у полиции. Это мы наверху корячимся со всякими ублюдками по-черному, а им-то что...

– Так не бывает, – без претензии на дискуссию заметил Бентен и зашел в кабинет.

– Бывает, – с изрядной долей зависти ответил Брюс. – У них тут за десять лет только раз беспорядки случились – вот тут они быстро сориентировались, суки. В расход вывели почти всех участников без суда и следствия, даже нам так слабо. Один Джонни только и остался.

– Ценный кадр, наверное.

Кабинет оказался небольшим и тесным. У дальней стены стоял письменный стол, на котором красовался компьютерный монитор – опознать это устройство именно как монитор, а не что-либо иное, киберам удалось с трудом. По их меркам, этой штуке место было разве что в музее.

Посреди кабинета располагался еще один стол, длинный, обшарпанный, с кольцами следов от кружек, заваленный разрозненными листами бумаги, какими-то брошюрами и распечатками. В углу притулилось кресло, на котором покоилась стопка бумажных книг, и рядом с ним – массивная тумба, увенчанная тяжеленным даже на вид металлическим ящиком грязно-зеленого цвета.

Бентен подстроил что-то в визорах, коснулся стены и пошел в обход комнаты, простукивая обшивку на разной высоте.

– Ты чего? – удивился Брюс.

– Нам нужен сейф, – ответил за напарника Конран.

Брюс без слов взял его за рукав, провел через все помещение и поставил перед тумбой, для наглядности постучав по ней кулаком.

– Этот вариант чем-то не устраивает?

Кането остановился, присел на край стола и начал беззвучно хохотать, всхлипывая и сдвинув визоры на лоб, чтобы они не мешали вытирать выступившие слезы.

– Что веселимся? – Брюс, кажется, обиделся. – Не знаю уж, как там у вас, а у нас вот это называется сейф. И открывать его мы еще замучаемся.

– Прости, – беловолосый поднял руки. – На этот раз я смеялся над собой.

– А... Понятно, что ничего не понятно. Как вы собираетесь его открывать? Не, я верю, вы – танки, вы его на горбу упрете. Но не по шахте же!

Разгильдяйство хозяйки кабинета не было безграничным – ящик был заперт. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что с тумбой он составляет единое целое, а та намертво вмонтирована в пол. Замок сейфа оказался посложнее, чем кодовые панели дверей: под щитком на лицевой стороне ящика скрывались набор цилиндров с цифрами и круглый циферблат с буквами.

Бентен присел на корточки перед сейфом, сдвинул металлическую заслонку и провел пальцем по дискам.

– Нереально. Быстро нереально, – поправился он.

– А за сколько реально? – Брюс снова постучал по крышке ящика. – Сломать тоже не сломаем. Есть идеи?

Бентен покатал один диск, прислушиваясь к собственным ощущениям.

– Два миллиона комбинаций. Посчитай сам.

Он снова опустил на глаза визоры и начал менять режимы, пытаясь увидеть внутренний механизм.

Конран кивнул – и занялся ящиками письменного стола, осторожно открывая и просматривая каждый. Затем заглянул под столешницу, снова открыл верхний ящик. Задумчиво поворошил лежащие там бумаги, машинально стараясь не слишком двигать их с места. Брюс беспокойно огляделся. Ощущение уходящего времени не давало ему покоя.

Бентен подвинулся, осматривая боковую стенку сейфа.

– Гоку, поди-ка сюда...

Конран осторожно задвинул ящик, отряхнул зачем-то руки и подошел.

– Отодвинь эту композицию от стены, если сможешь.

– Могу только уронить, – оценил фронт работ Гоку. – Тогда задние ножки, может, вырвутся из пола.

– Валяй. Грохота будет...

Брюс снял с кресла книги и развернул его к сейфу.

– Роняй сюда. Все помягче. Но вы, парни, как бы понимаете, что после этого ваш сюда визит уже никак не скроешь?

Оба кибера на мгновение задумались. Потом переглянулись.

- Оружие важнее, - отрезал Гоку. – Оставлять его здесь никак нельзя.

- Значит, мы просто не будем задерживаться до выяснения обстоятельств, - подтвердил Бентен.

- То есть, бежать придется сегодня, - подвел итог Брюс. – Ну и правильно – чего тут задерживаться.

Гоку навалился плечом, упираясь ногами в плинтус. Послышался противный скрип, но конструкция только слегка накренилась. Пришлось упереться сильнее. Скрип усилился, перешел в надсадный скрежет, потом что-то хрустнуло, затрещало напольное покрытие, в воздух взлетели мелкие щепки, - и тумба, вместе с ящиком, опрокинулась на бок, задрав ножки в лохмотьях линолеума и с обломками скрывавшихся под ним досок.

Бентен жестом фокусника показал на заднюю стенку неприступного сейфа, которая была привернута несколькими шурупами.

- Разве дуракам не везет?

Брюс с уважением осмотрел произведенный разгром. Сейф возлежал на кресле, скрипящем, но пока выдерживающем.

- Да. На то, что кто-то сможет полперекрытия выворотить, они точно не рассчитывали.

- Вот теперь я верю, что тут нет воровства, - ухмыльнулся Конран. – Только в таком райском местечке могут эдак небрежно починить сейф – и с дорогой душой им пользоваться.

Вожделенные парализаторы и в самом деле лежали там - вперемешку с бумагами и толстыми сиреневыми папками с тряпочными завязками.

Бентен перебрал каждую вещь в сейфе, но, вопреки собственным тайным надеждам, комма не нашел.

- Это что? - он покрутил в руках тяжелую плоскую коробку, за версту напоминавшую какой-то древний прибор - у Джайка в коллекции такое водилось.

Коробка походила на старинный же плоский чемоданчик, но попытка подцепить крышку ногтем ничего не дала. Тянуть сильнее Бентен не стал, из опасений сломать.

- Ну-ка, ну-ка... Дай сюда! – оживился Баттлер. - Это ее ноут...

Брюс присел на боковину покосившегося кресла, положил коробку на колени и, сдвинув какую-то деталь, меньше всего похожую на замок, решительно открыл тяжелую крышку.

Внутри оказалась панель с бесчисленными кнопками - штук сто, не меньше, идущими плотными рядами. Внутренняя сторона верхней крышки была покрыта неторопливо осветившимся стеклом, по которому пробежали строчки текста, затем возникла незнакомая киберам заставка из совмещенных треугольников, через долгую минуту сменившаяся синим полем, с разбросанными по нему значками. Все это настолько не походило на интерфейс даже самого старого лоджика, что оставалось только согласиться - тут полицейские провозились бы гораздо дольше, чем знакомый с местными технологиями Брюс. Нейроинтерфейс тут был бы полностью бесполезен.

– Нам повезло – а то бы сейчас еще и в «угадай пароль» сыграли… Никто не знает, какие там у госпожи Готье любимые цвета, или там кличку ее кошки? Хотя, она же медик – стоял бы у нее какой-нибудь «диэтиламид лизергиновой кислоты», и догадывайся, как знаешь.

– Что ты там хочешь найти? – спросил Конран. – И стоит ли оно времени?

– Стоит, стоит, – пробормотал Брюс. Он что-то нажимал на кнопках, иногда тыча пальцем в экран, отчего на синем поле появлялись белые квадраты, заполненные все теми же значками. – Если она ноут хранит в сейфе, при том, что рабочий комп у нее – вон, под столом, то тут что-то важное. Такое важное, что она хочет, чтобы даже свои это видели только с ее ведома… Хорошо, мусора тут мало, то есть, любимые рецепты соевой тушенки у нее точно не здесь. Ага, ну вот. Хоть что-то знакомое.

В очередном белом квадрате красовались семь значков, похожих на стилизованное изображение старинной папки для бумаг.

Бентен заглянул через плечо Баттлера в экран - под значками виднелись надписи латиницей. Некоторые из которых казались знакомыми даже ему: «Сегард К.», «Сегард И.», «Лемье», «Шеннон», «Трой», «Дайгер» и, наконец, «Баттлер».

- Очень-очень интересно... - пробормотал Брюс, водя пальцем по экрану, словно сомневаясь, который из файлов открыть первым.

- Сегард, - подсказал Бентен через плечо.

Брюс кивнул и ткнул в «Сегард К.»

- Млять! - процедил он через несколько секунд. - Ах, суки...

###

Сигнал от датчика, оставленного в шахте рядом с запиской для иномирных спасателей, пришел, разумеется, категорически не вовремя. Хуже было бы, только если маячок сработал, когда Блэр был на рабочем месте. В полночь Кимберли собиралась отправиться из города на поверхность – у нее были свои соображения, о том, что нужно сделать, чтобы заставить Шеппарда временно отвлечься от происходящего в городе. На этот счет Блэр имел свое мнение (которого никто не спрашивал), и, разумеется, принял некоторые меры, чтобы результат стал прямо противоположным. Если Шеппард не обратит внимания на эти подсказки – значит, у него необратимое поражение головного мозга или его нет в живых. Потому что это уже и подсказками-то назвать нельзя – все в лоб и прямо.

Госпожа Готье не собиралась брать с собой много народа – двух человек ей казалось достаточно. Одним из этих двоих и был Блэр. Другого шанса мало того, что выбраться на поверхность, так еще и полюбоваться на наземных «сотрудников» госпожи Готье, оценить их нынешнюю численность и оснащенность, проследить их обычные маршруты, еще долго не представится, если не сказать – никогда.

И вот, в десять вечера, за час до сбора на операционном этаже Центра, чертов датчик подал-таки сигнал тревоги. Гости ухитрились оказаться внутри города, не потревожив ни городских, ни его собственных охранных систем. Какие технологические достижения позволили им провернуть такой трюк? Откуда они вообще узнали, что здесь бункер, а не просто какая-нибудь яма, куда их товарищей угораздило провалиться? Ответов на эти вопросы не было. А он-то, дурак, предполагал, что, получив сигнал, они станут пробиваться с поверхности!

– Носит же их нелегкая! – выругался Блэр.

По большому счету присутствовать при том, как спасатели с той стороны забирают свою технику, ему было совершенно не нужно. И даже опасно – черт их знает, насколько они уже разозлены и как они вообще отреагируют. Но вот чего Блэр никогда не умел – так это бороться с любопытством. С самого раннего подросткового возраста любопытство создавало ему массу проблем и неприятностей. Он подозревал, что когда-нибудь, возможно даже, в самом ближайшем будущем, именно из-за любопытства он и сыграет в ящик, но со временем научился считать неуемную тягу сунуть нос куда не следует интуицией – и следовать этой псевдоинтуиции с необходимыми предосторожностями. Ну, в самом деле, надо же знать, каким образом они так шустро проникли в город, и смогут ли они так же легко из него выбраться с добычей – и собираются ли выбираться вообще. И как будет весело, если они, решив, что их сограждан обидели, отправятся по души обидчиков, не откладывая дела в долгий ящик. Пожалуй, тогда накроется не только выезд партии Готье.

Словом, рассуждая о собственной незавидной участи, Блэр обнаружил себя уже на полпути к своей «конспиративной квартире» в недрах «технички». Ну, хорошо, что не к злополучной шахте, хотя от одной до второй – полтора шага. Свидание с незнакомцами пока могло и подождать.

– … и все равно они ведь меня даже слушать не станут, – подытожил он вслух. Привычка разговаривать самому с собой у него сохранилась с тех далеко не безоблачных времен, когда ему приходилось по нескольку суток просиживать в различных изолированных от общества помещениях. И вовсе не за плохое поведение, что было особенно обидно. Тогда, по крайней мере.

Буквально свалившись по узкой трубе, он ссыпался по железной лестнице, пинком откинул решетку, преграждающую вход в бывшую раздевалку, и кинулся к монитору, на котором должна была идти картинка с датчика. Картинки не было. То есть, была, конечно, но если верить ей – в шахте не было ни единой живой души. И сигнал от датчика тоже перестал поступать.

– Крутые, мля, – пробормотал Блэр себе под нос. Выходило одно из двух: или гости телепортировались к чертовой бабушке, или заметили слежку… и даже не отключили, а подменили картинку, что автоматом означало взлом городской сети, включая нелегальные ее ответвления. Неизвестно, что хуже. Или что лучше.

Решетка лязгнула, лестница загудела под ногами, потом налево, еще одна лестница, на этот раз винтовая и длинная, за время подъема по которой Блэр успел проклясть строителей убежища примерно пятнадцать раз, и, наконец, круглая комната, где раньше был механизм грузовой платформы, ходившей по той самой шахте. Отсюда подглядывать было даже удобнее. И, главное, систему, состоящую из дырки в стене и осколка зеркала, никак нельзя отключить, будь ты хоть супер-хакер и технический гений.

Гостей было двое, мужчина и женщина, в похожих серых комбинезонах. Дама, болтая ногами, сидела на балке, с интересом глядя на товарища. Мужчина же неспешно прогуливался по той же балке взад-вперед, что-то рассказывая своей спутнице. Аж завидно – у него под ногами метров пятьдесят пустоты, а ему хоть бы что. Распотрошенный пакет с картой гость держал в руках и время от времени туда заглядывал. Оба никуда не торопились. Прислушавшись, Блэр понял, почему – парень разговаривал вовсе не со своей напарницей, а с кем-то вне убежища. Видимо, тот «комм», который красовался у него на запястье, исправно работал. Но дело было даже не в этом.

– Черти ласковые, – пробормотал Блэр, невольно улыбаясь. – Что ж вы творите-то? Знал бы, сразу бы и про ARK написал...

Там, на балке, рассказывая кому-то про карту и сомневаясь вслух, не слишком ли это топорно для ловушки, ходил его любимый и самый одаренный ученик.

###

– А даже если и подстава, то что? – сердито спросила Кора. – Что теперь, все отменить и никуда не ходить?

– Не скандаль, – миролюбиво сказал Лэнсер, открывая перед ней дверку флаера. – Сейчас все обсудим и решим.

Кора, все еще негодуя, запрыгнула на подножку, шагнула в салон и упала в кресло. И этот туда же. Черт побери, стэновское буквоедство заразное, что ли?

Джайк, развернув свое кресло, молча наблюдал за тем, как Лэнсер закрывает за собой дверцу.

– Аккумулятор сдох, – сообщил пилот, кидая на приборную панель комм без браслета и только с верхней половиной корпуса.

– Это не проблема.

Пока кибер ставил комм на зарядку, Кора успела немного успокоиться. И в самом деле, может, и стоило поспешить, но узнать куда именно, и, главное, как, будет совсем не лишним.

– Новости от Аико есть? – спросил Лэнсер, садясь в соседнее с пилотским кресло.

– Есть. Толку от них нет, а сами новости – есть. Она окончательно убедилась, что наших оболтусов никуда не тащили силком.

– Я ей это мог и так сказать, – мрачно уточнил пилот. – Здесь не особенно просторно с людьми, способными скрутить Гоку… Ну или это была бы толпа, которую с высоты полета ARK’а видно было бы.

– Госпожа Амикава, – Джайк пошарил в бардачке и извлек оттуда наборчик инструментов, – здесь в первую очередь для того, чтобы договариваться с вашим начальством.

– Со Стэном? – спросила Кора. Ей было уже чудовищно любопытно, кто же такая эта Аико.

Джайк кивнул и продолжил.

– С тем самым, которого не далее, чем сегодня днем, послали его же подчиненные. Он должен был основательно рассердиться, как мне кажется.

– Я не посылала, – уточнила Кора. Лэнсер молчал, глядя на полуразобранный комм. Такого полного отсутствия какого-либо выражения на физиономии ему раньше, на Кориной памяти, достичь не удавалось – что-нибудь, все-таки, да выдавало истинные чувства, если присмотреться. А сейчас он напоминал памятник самому себе, если бы такой когда-нибудь существовал.

Джайк на ее реплику внимания не обратил. Он аккуратно снял с комма остатки корпуса, перевернул устройство, что-то высматривая, удовлетворенно кивнул и начал закреплять корпус обратно.

– Аико была несколько удивлена, что господин Шеппард, ранее активно интересовавшийся личностью ее проводника, ни словом не обмолвился ни о том, что эта личность установлена, ни о состоявшемся разговоре. Не выказал никакого недовольства. Это не совсем обычное поведение… с точки зрения представительницы ИСБ. Вы оба можете ей что-нибудь посоветовать?

– Ничего, – быстро сказала Кора. – Пусть даже и не трогает эту тему, она опасная. Сами разберутся, не маленькие.

Лэнсер медленно кивнул.

– Ко права. Пусть Аико выполняет свои дипломатические задачи и на наши разборки даже не оглядывается. Они ни на что не влияют. Пока. Что-нибудь еще случилось?

– Ничего, – ответил Джайк. – Совсем.

Лэнсер нахмурился.

– Совсем?

– Да. То есть, ты правильно понял: никто сюда не приезжал в поисках тебя, никаких бумаг, насколько я понимаю, тоже не привозил.

– Наверное, тем лучше, – с сомнением проговорила Кора. – Но я что-то не понимаю Стэна.

– Вероятно, договориться с Империей сейчас важнее, чем оторвать мне голову, – пожал плечами Лэнсер. – Вот он переговорами и занимается. Нам это только на руку – появляется пространство для маневра и возможность решать проблемы по мере поступления. И сейчас нам надо найти «Йорк».

Джайк и бровью не повел.

– Это не так уж сложно.

Над приборной панелью возникла трехмерная схема города, на которой красным оказались выделены два десятка больших пустот.

– Итак, исходя из размеров ARK-12, я выделил помещения, в которых жители Полиса могли бы спрятать машину.

– Ого-о, – упавшим голосом протянула Кора. Помещения располагались в разных частях города, и их было удручающе много.

Джайк продолжил.

– Дальше я отсек все слишком глубокие помещения, а потом те, куда было бы затруднительно доставить самолет, если предположить что времени и специалистов для разборки такой техники на составляющие у них нет.

Пятен на карте осталось три.

– Уже легче, – пробормотала Кора. Лэнсер молчал, откинувшись на спинку кресла, все с тем же каменным выражением лица.

– Учитывая данные о месте исчезновения самолета и доступные коммуникации, с вероятностью восемьдесят семь процентов, самолет должен находиться вот в этом ангаре. Сюда его проще всего затащить, во-первых, а во-вторых – этот склад числится пустым и туда почти никто не ходит.

– Там, что, ни одной камеры нет? – спросил Лэнсер внезапно.

– А при чем тут… – начала, было, Кора, но ее словно и не услышали.

– Есть, – кивнул Джайк. – Шесть штук. И ни одна не подключена к общей сети. Вместо этого они сливают данные очень замысловатым путем.

– Так можно посмотреть, что там или нет? – снова предприняла попытку обратить на себя внимание Кора. В другое время она, пожалуй, обиделась бы, но сейчас было не до того.

Лэнсер поморщился.

– Можно, можно, – успокоил Саймен. – Только дослушайте для начала, хорошо? – И, дождавшись, пока Кора кивнет, продолжил. – Если опустить технические подробности, то полюбоваться картинкой с этих камер могут сотрудники инфекционного блока местного центрального госпиталя. Зачем бы им это понадобилось, а?

Лэнсер вытащил из кармана помятый пакет – тот самый, который они обнаружили в шахте вместе с коммом. В пакете лежали несколько листов тонкой кальки с аккуратными планами переходов, помещений и уровней.

– Если верить некоему неизвестному доброжелателю – это карта. И на ней отмечено, где нам надо искать Бентена с Гоку. Проверь, пожалуйста, не совпадает ли это загадочное место с не менее загадочным инфекционным блоком. Как-нибудь, на досуге.

– А сейчас, если можно, я бы хотела, все-таки, посмотреть на этот их склад, – очень вежливо попросила Кора. Просто-таки преувеличенно вежливо.

– Отчего же нет?

Голограмма, возникшая над панелью, изображала обширное полупустое помещение, в котором, прямо по центру, стоял ARK. К стенам жались три джипа, казавшиеся на фоне истребителя маленькими и скромными.

– Чудесно, – Лэнсер даже не удивился. – Ко, а у тебя допуск на «Йорк» есть?

– Спрашиваешь!

Джайк отвернулся от панели управления флаера, наблюдая за обоими. С тех пор, как он уяснил, что госпожу Клеменс, несмотря ни на какие объяснения, нервируют возможности его периферийного зрения, он стал подчеркивать направление взгляда… в большинстве случаев. Когда хотел быть любезным.

Работать с пилотом и его подругой в чем-то было проще, чем с младшими членами группы «Иронсан». А в чем-то – сложнее. В основном, из-за недостатка информации.

– Правильно ли я понимаю, что этот факт сильно облегчает для нас положение дел?

– А то! – ответила Кора. Лэнсер развернуто пояснил:

– Все ARK'и имеют своего владельца и иногда – дублера. Никто другой никогда не запустит машину. Например, эльзиным «Патриком» может управлять она сама и Дэн, а, скажем, "Четырнадцатым" – Алекс, Клэр и я. Алекс вообще имеет доступ ко всем машинам на базе – он их все чинит. На "Йорк" есть допуск и у Брюса, и у Коры – значит, она может запустить бортовой комп. И связаться с диспетчерами и всеми остальными нашими машинами одновременно. И нынешнее местонахождение «Йорка» горожанам будет очень сложно объяснить.

– Ага, – кивнул Джайк. – Значит, вопрос убеждения военного руководства в некоторых фактах мы со счетов тем самым автоматически снимаем. Прекрасно.

– Да-да. Именно его мы и снимаем. В первую очередь. После этого Стэну резко станет не до меня.

– И не только, – встряла Кора. – Да с "Йорком", даже если они сняли боекомплект, мы можем разровнять этот их склад под плац!

А вот кровожадностью юная леди, пожалуй, превосходила даже Бентена, когда тот сильно не в духе.

– Можем, – подтвердил Лэнсер, скорее Джайку. – Но не будем, – а вот это уже точно относилось к Коре.

– Это еще почему? – немедленно возмутилась та.

– Не будем, – с нажимом повторил Лэнсер.

Кора сжала челюсти так, что на скулах заиграли желваки. Пилот терпеливо пояснил свое решение.

– У них три заложника. Я не хочу решать задачку вида «Или вы сдаетесь, или мы начинаем отрезать от них кусочки».

– Такое может быть? – уточнил Джайк. В этом случае планы следовало несколько пересмотреть.

– Запросто. Это же мирные жители. От них и не такого можно ожидать.

###

– Я понял, что это досье, но хотелось бы подробностей, – странно замороженным голосом попросил Бентен.

Брюс стиснул зубы и не ответил, продолжая изучать документы. На разговоры тратить время не хотелось. На этот раз раскрывшийся прямоугольник занял весь экран. Это была какая-то таблица.

– Время воздействия, – неуверенно прочитал Баттлер вслух название первой колонки. – Та-а-ак...

Повинуясь движению пальца, таблица поплыла вверх, мелькая строками. После нее возникла фотография – снятая с верхней точки и не очень четкая. Светловолосая девушка в синем комбинезоне о чем-то разговаривала с «тетушкой Гердой», приходившей к киберам раньше. На заднем плане двое мужчин тащили какой-то ящик.

Брюс процедил еще одно ругательство и снова что-то нажал. Картинка пришла в движение. Девушка прервала разговор, болезненно нахмурилась и поднесла руку к голове. Один из двоих на заднем плане поспешно поставил свой край ящика и в три длинных шага оказался рядом. Высокий, коротко стриженый – и очень знакомый. Из-за спины доносилось тяжелое дыхание блондина.

Резким ударом по клавише, Брюс остановил ролик.

– Я не знаю, что это за пофигень, но Стэн должен это видеть. И если это они, случайно или еще как, убили Клэр и Лэнса – им конец.

– То есть, ты считаешь, что на всех этих людях ставили какие-то эксперименты? – уточнил высокий японец.

– А что еще может означать это "воздействие", по-твоему, – огрызнулся Баттлер. – Несварение желудка они Клэр лечили, что ли?

Сенгоку кивнул, соглашаясь. Вопрос был, скорее, риторическим. Японцы выглядели сумрачными и сосредоточенными, от недавнего игривого оживления не осталось и следа.

– Коротко резюмируя, – с некоторой запинкой выговорил Бентен, который выглядел несколько более потрясенным, чем полагалось бы постороннему, – все мы тут можем уже оказаться черт знает чем экспериментально облучены. Начиная с твоего самолета. Да и твое собственное паршивое самочувствие тоже неясно, чем вызвано.

– Выходит, так. Надо убираться, срочно... жаль только, непонятно, где остальные. Но если Стэн получит эти данные – остальных он достанет отсюда сам… и с большим шумом. Наша задача – доставить ему доказательства.

– Ну и убраться самим, пока живы, – заметил Бентен.

– Это точно, – мрачно поддержал Брюс. – Как минимум для Клэр эти их опыты кончились совсем плохо.

– Джайка бы сюда...

– Алекса бы сюда...

Фразы прозвучали одновременно.

Брюс медленно закрыл крышку компьютера.

– Не знаю, кто такой Джайк, но, поскольку ни его, ни Алекса, здесь нет, придется выбираться самим. Главное – не заблудиться.

А вот эту задачу им решить самостоятельно оставалось не по силам. Да и Джонни предупреждал…

Сенгоку хмыкнул. Бентен посмотрел на друга вопросительно и получил в ответ решительный кивок.

– А мы с собой Джонни возьмем. Во-первых, он найдет дорогу, а во-вторых – нельзя же его здесь бросить, а к юрисдикции твоего начальства он не относится.

Брюс встал, по-прежнему держа в руках закрытый ноутбук.

– Сейчас только найдем, во что бы замотать эту штуку – и пойдем обратно.

Возражений против идеи пополнить команду четвертым спутником у него явно не возникло.

###

Ночи в Центре становились все веселее и веселее. В этот раз Джонни проснулся от стука открывшейся настежь двери. Соображалось спросонок туго, и потому что хочет от него троица почти товарищей по несчастью, он понял не сразу.

– Блин, вы там, в шахте башкой не бились, а? – мягче сформулировать ответ не вышло. Джонни рывком скинул почти неподвижные ноги с кровати, привычно ухватился за поручень на стене и, подтянувшись на руках, встал. – Куда, я, к чертовой матери, пойду? Как?

– То есть, принципиальных возражений у тебя нет, – весело уточнил Сенгоку.

Джонни ненадолго задумался. С одной стороны, покинуть город он мог только мечтать. С другой стороны, Блэр вряд ли имел хоть какое-то отношение к планируемому побегу – и ведь наверняка хватится. Не оставлять же ему записку, дескать, не дергайся, я тут сбежал наверх. С третьей же стороны, Блэр в городе не только ради него, и, вполне возможно, исчезнув, он перестанет быть обузой. Были еще третья, четвертая, пятая стороны – например, как потом искать этого Блэра наверху, и куда там вообще деваться, но обдумывать все тонкости Джонни не стал.

– Конечно, нет. Какие тут могут быть возражения?

Бентен достал стандартную аптечку.

– У нас осталось четыре дозы стимуляторов и полный набор анальгетиков.

– А меня с ваших стимуляторов к праотцам за здорово живешь не свезет?

На расшифровку вопроса киберам потребовалось несколько секунд.

– Нас до сих пор не свезло, – наконец, отреагировал Гоку. – Все проверено на себе и не по одному разу.

Брюс, стоявший у двери, вроде бы, хотел что-то сказать, но передумал. Джонни сел обратно на койку.

– А валяйте. Хуже-то уже по-любому не будет.

Бентен протянул ему тонкую пластинку.

– Под язык.

– Ну, – невнятно пробубнил Лемье через пару секунд, рассасывая стимулятор, – так с каких дров вы вообще решили, что у вас есть шансы? Там снаружи лес непролазный, между прочим. Не говоря уже про болото.

Что такое «болото» он знал только по рассказам да урокам природоведения двадцать лет назад. В его представлении это было нечто мокрое и смертельно опасное. Лес представлялся менее угрожающим – когда-то, в детстве, они с братом часто гуляли в парке у дома. И там и там деревья – вроде, ничего страшного. Но ведь ухитрялись же в нем заблудиться, потеряться и погибнуть другие выходцы из города. Иногда – целыми партиями.

– Ну-у-у, не такой уж и непролазный, – ухмыльнулся Брюс. – Я тут, вообще-то, местность как свои пять пальцев знаю. И болото это не один раз исходил. Сильно удивлюсь, если в Полисе найдется хоть один такой же знаток, так что преследовать нас будет некому.

Дело упрощалось: сам Джонни не сомневался, что сможет провести всех по техничке до одной из вентиляционных шахт. С постом охраны, которая непременно выставлена у выхода, будет сложнее. Но если вот тот предмет на поясе у женственного блондина – кобура, наверное, и здесь особенных проблем не должно возникнуть. Через лес и болото проведет Брюс. Вот только куда?

– Хорошо. Значит, с лесом разберемся. Ну а дальше-то что?

– База, – после недолгого раздумья сказал Брюс. – Нам главное до Стэна добраться.

Значит, какой-то Стэн на военной базе готов их принять. Просто отлично – оттуда уже никакие исследователи не достанут, будь они хоть не семи, а всех семнадцати пядей во лбу.

– Я-то ему там точно не уперся, – уточнил Джонни. – Ладно, это не главное. Пошли, что ли?

Брови Бентена выразительно изобразили непроизнесенный вопрос "занятно, а что тогда главное?!", но вслух красавчик после коротких раздумий выдал:

– Слушай, а ты в таком виде в лесу не замерзнешь?

– А у нас, можно подумать, есть варианты, – встрял Брюс.

– Нет смысла вытаскивать отсюда человека, чтобы с высокой вероятностью угробить его воспалением легких.

Джонни с Брюсом переглянулись. Выражение лиц у обоих стало отчего-то до крайности схожим.

– Как это... гуманисты! – наконец, пояснил Брюс уважительно.

– С Луны свалились, – согласился Лемье.

А что, скажите на милость, можно еще подумать о людях, которых беспокоит гипотетическое воспаление легких, причем настолько, что они напрочь забывают о вполне реальной угрозе отдать концы прямо в этом Центре и, возможно, прямо завтра, если здешней начальнице что-нибудь вступит в голову. Только то, что у них и в мыслях не водится второй вариант развития событий. Тепличные они, что ли?

– Лишь бы ты в лесу не попросил у меня куртку, потому что я ее не дам, – усмехнулся Бентен.

Джонни заржал.

– Ты только не обижайся, приятель, но я и не попрошу. Размерчик не мой, треснет в плечах, как пить дать.

Брюс придушенно фыркнул и отвернулся. Конран мазнул взглядом по окаменевшему от ярости напарнику и легким тычком в спину направил его к дверям.

– Так. Проверяем пути отхода – и валим. Ты первый. Дальше будем решать задачи по ходу.

Стимулятор оказался волшебным. То есть, ноги, наверное, болели по-прежнему, но до сознания это доходило только смутным отголоском. Было даже непривычно просто пройти по коридору, ни за что не цепляясь, выйти в холл...

В холле творилось такое, что от анализа собственных ощущений Джонни отвлекся сразу и надолго. Здоровенный шкаф, сдвинутый в сторону, почти отгородил пост. Из раскрытых дверей в лифтовую шахту тянуло сыростью и пылью. Дежурная же мирно спала на полу, как-будто так и надо.

– Молодцы, – одобрил Лемье. – Если сможете задвинуть этим гробом выход из лифтов – будете вдвойне молодцы.

– Зачем? – спросил Брюс. – Не, я понимаю твое желание нагадить в душу местному персоналу, но ведь времени-то у нас не густо. И остается все меньше.

– Вот время и выиграем, – пояснил Джонни хладнокровно. – Пока они утром сюда еще попадут, пока разберутся, что случилось и почему. Пара часов форы лишними не будут.

И, не дожидаясь ответа, направился к шахте. Присел на корточки на краю, посмотрел вниз, прикидывая, что дешевле выйдет – спускаться или подниматься. В памяти четко, как по заказу, всплывали планы технических, аварийных и запасных переходов. Типовых и не очень. Не зря же он с ребятами когда-то исползал техничку вдоль и поперек, возникая иногда в самых неожиданных точках города. Жаль, не сообразил увести своих наверх, когда полиция потихоньку начала их прижимать – может, и были бы сейчас живы. Оказывается, он ничего не забыл. Даже то, что и хотел бы.

За его спиной послушался скрежет и натужная ругань.

– Пойдем вниз, так проще всего, – сообщил Джонни, продолжая вглядываться в темную глубину. – Первым должен пойти самый сильный. На случай, если кто-нибудь сорвется.

###

Спуск казался бесконечным. Они все спускались и спускались, а светлое пятно от открытых дверей наверху все еще оставалось видным. Где-то внизу, невидимая в темноте шахты, их ждала первая остановка – крыша кабинки лифта. Куда им надо будет двигаться дальше, Джонни не объяснял, буркнув только что-то вроде «Доберемся – увидим».

Чертовы ступеньки якобы лестницы с каждой следующей становились все острее и острее.

– Если так пойдет дальше – я отсюда ляпнусь, – пробормотал Брюс, останавливаясь. – А руки висеть останутся.

– Не советую, – проговорил Джонни снизу. – Костей не соберешь. Я пробовал.

Перчатки были только у киберов, и запасных взять было неоткуда.

– Так, не тормозите оба, – посоветовал Гоку, спускавшийся первым.

– Да погоди ты, – буркнул Джонни. – Интересно, тросы от лифта уже сперли или еще нет, кто-нибудь видит?

– А где они должны быть? – Бентен не очень охотно опустил визоры на глаза. Аккумулятор жил уже только на одном честном слове да на том, что техники Особого отдела, похоже, заложили в конструкцию запас на разгильдяйство личного состава.

– Один – по центру, еще четыре – по периметру. Ближний к нам точно сгинул, а дальше я не вижу ничерта.

– Центральный вижу, – доложил Кането. – И что с ним делать?

– Общительные мои, – снова подал голос Конран. – Вам не кажется, что на фиг эксперименты, а?

– Не-а, – отозвался Джонни. В былые времена он бы спокойно прыгнул на этот трос и спустился по нему – так бы и быстрее вышло. Такие трюки он когда-то проделывал по десятку раз на дню. Сейчас такое не удалось бы ни под какими стимуляторами – ногами хрен оттолкнешься, как надо, если от этих ног одно название осталось.

– Если до него добраться, спустимся гораздо быстрее – и целее будем точно, – пояснил он вслух.

– Эмм… - пробормотал Брюс, - съезжать по стальному тросу?! Спятили?

– Он в пластике, - пояснил Джонни.

– Я что-то сомневаюсь в своей способности туда допрыгнуть, – признался Брюс. – Меня опять мутит, будь они неладны со своими исследованиями!

– А тебе и не надо, – отозвался Бентен сверху. Примерился, оттолкнулся и прыгнул. Трос оказался толстенным и удобно лег в руки. Правда, при этом поднялось изрядное облако мелкой пыли и первые несколько секунд Кането судорожно чихал, не имея даже возможность освободить хотя бы одну руку и разогнать клубы, по плотности напоминающие дым.

Дальше оставались сущие мелочи – раскачаться вместе с удивительно свободно двигающимся тросом так, чтобы его мог поймать Гоку, и придержать, пока Брюс и Джонни будут на него перебираться. Внизу шуршало и грохотало, но, вопреки опасениям, не чрезмерно.

– Кабина на упорах стоит, – пояснил Джонни. – Тебя одного маловато, чтобы ее сорвать с места. Потому и у троса слабина, а то хрен бы ты его раскачал.

Спуск значительно ускорился, хотя дышать стало почти нечем. На крыше кабинки все четверо долго чихали и отплевывались.

– Темно, как у господа в кармане, – проворчал Брюс, наконец. – Куда двигаемся дальше?

– Внутрь, – объяснил Джонни, красноречиво тыкнув пальцем вниз. – Тут есть люк.

Люк он нашел безошибочно и даже открыл без затруднений. Внутри кабинки оказалось еще темнее – сюда уже не попадал слабенький свет сверху.

– Надеюсь, мы здесь ненадолго, – несколько сдавленно проговорил Бентен.

– Ага.

Джонни наощупь нашел двери лифта.

– Закрыто… сейчас отковыряем.

– Все повторяется, – хмыкнул Гоку. – Ну, по крайней мере, сейчас мы уже знаем, где искать механизм.

– На фиг надо, – судя по звукам, Лемье легко подцепил одну из створок и отодвинул ее в сторону. – Все ж обесточено и давления нет в системе.

Дверь шахты отодвинулась так же легко.

– Слушайте, вы хоть мне говорите, что видите, – попросил Брюс. – А то у меня клаустрофобия разовьется.

– Еще только разовьется? – певуче спросил Бентен. – Да ты счастливчик. Там коридор, и довольно просторный. Нам туда надо?

– Именно туда нам и надо, – заверил невидимый во тьме Джонни. – Брюс, руку давай.

Судя по голосу он стоял совсем рядом.

– Веди, Сусанин, – хмыкнул Брюс, протягивая руку наугад куда-то в темноту и с облегчением чувствуя, как его ладонь сжала чужая. Оставалось надеяться, что Джонни хоть что-то видит. Или хотя бы знает, как тут ориентироваться вслепую.

– Кто-то? – растерянно переспросил Гоку.

– Черт его знает… Алекс так обычно говорил, – пояснил Брюс, с радостью отвлекаясь от насущных проблем. – Так что, наверное, какой-нибудь древний русский разведчик. Или картограф какой.

Что об этом коридоре было известно точно – так это то, что пыли в нем не меньше, чем в лифте. А то и побольше, только по фактуре другая – так что дышать, все-таки, стало полегче. По стене змеились то ли тросы, наподобие того, лифтового, то ли очень толстые кабели в пластиковой изоляции.

– Кто-нибудь что-нибудь видит? – спросил Брюс, когда его руку положили на один из этих непонятных предметов.

– Следуй по ним, не ошибешься, – посоветовал Джонни. – А то ведь тут еще могут незакрытые люки попадаться.

– Вот порадовал, – хмыкнул Сенгоку. – Аккумулятор-то того… совсем сел. Красуля? Ты где там?

– Я здесь, – отозвался Бентен. – И, похоже, из нас всех – последний зрячий. Потому что фонарик тоже сел. Не включается.

– Ничего. Глаза к темноте привыкнут – авось, что-нибудь и увидите. Пошли дальше.

###

После коридора была еще одна шахта, тусклый свет пыльной лампочки в которой показался всей компании обжигающе ярким. По этой пришлось ползти наверх, потом – по какой-то наклонной трубе, на звук – где-то вдалеке что-то ревело.

- Вентиляция, - пояснил Джонни. – Как доберемся, считай, полдороги прошли. В темноте кто-то судорожно вздохнул. Кажется – Бентен.

Рев приближался. Попалась еще одна скудно освещенная шахта, стены которой чуть ощутимо вибрировали. А за ней – еще одна. Большая часть осветительных приборов давно не работала, но редко разбросанных светящихся полос было достаточно, чтобы беглецы могли ориентироваться в пространстве. Они три раза сменили направление, где ползком, а где и в полный рост, продвигаясь по изнанке города-бункера. Пожалуй, по сложности все это хозяйство мало чем уступало начинке городских уровней Эдо. С одной только разницей – все, что им встречалось, выглядело основательно запущенным и заброшенным. И как местные живут спокойно, имея буквально за стенкой столько неконтролируемых ходов? И почему вообще в городе, где должны быть проблемы с энергией, так безрассудно расходуют ее на освещение неиспользуемых помещений?

Один раз они оказались в гулком зале, огромном, судя по эху их шагов, разносившемуся в темноте. Для чего он мог использоваться, можно было только гадать. Дважды попадали в освещенные квадратные каморки со следами каких-то полок и шкафчиков на стенах. На полу в первой валялся разбросанный инструмент. Еще в одной обнаружился ржавый топор без топорища. Из каморок выбираться было легко – выходили через обычные двери, ведущие на вполне нормальные лестницы. Один раз пошли вниз – и рев вентиляции в отдалении стал стихать. В другой раз поднялись наверх.

И Брюс, и оба кибера, давно утратили всякое представление и о времени, и о направлении движения, и никто из них, даже под страхом смерти, не сказал бы даже выше или ниже несчастного госпиталя они находятся. Они старались не переговариваться, чтобы хоть так спастись от вездесущей пыли, крупными хлопьями лежащей повсюду. После подъема по очередной вертикальной лестнице Конран, заметив, как Баттлер морщится, вытирая руку о штаны, подозвал его к себе и брызнул волонтеру на ладони какой-то остро пахнущей пеной – кожа рук тут же онемела. Брюс с облегчением выдохнул.

- Не хотел я этого делать, - проворчал Сенгоку, - надеюсь, контролировать хват ты сможешь.

- Не сомневайся. Жить мне еще не надоело.

- Парни, кажется у вашей чудо-таблетки кончается завод, - сообщил Джонни. Он с трудом выкарабкался на площадку и сделал несколько неуверенных шагов, сильно хромая. – Еще сколько-то я пройду, конечно, но недолго.

- Так быстро?! - удивленно пробормотал Кането.

- Это проблема?

Бентен колебался, припоминая допустимые дозы стимуляторов на килограмм массы тела. Чувства были противоречивыми: он поймал себя на мысли, что не столько беспокоится о здоровье Джонни, сколько о собственных шансах выбраться из этих катакомб, если их проводник свалится с сердечным приступом, и почувствовал, что краснеет. В конце концов, Гоку в сложных случаях мог принять три стандартных дозы – и даже не получить выволочки от Кармедион. Другой разговор, что драгоценных пластинок осталось так мало…

- Это полная задница. Но на полпути останавливаться поздно. Дотянешься?

- Лучше ты ко мне, - после паузы неохотно проговорил Лемье. – Оно как-то очень резко кончается.

Брюс прислонился к противоположной стенке коридора.

– Нам, главное, попасть наверх, - проговорил он. – Дальше-то дотащим уже.

- Дотащим, дотащим, - подтвердил Гоку. Он прошел по коридору чуть дальше и остановился.

- На всякий случай, - пояснил Джонни, разглядывая выданную пластинку с сомнением во взгляде. – Мы уже близко от поверхности. Скоро выйдем ко входу в систему вентиляции. Там рев такой, что поболтать уже не выйдет. В рабочую трубу не пойдем – нас там сдует и по стенкам размажет в лучшем виде, к тому же, из нее выхода нет, там такая дура здоровая вертится во весь диаметр. Так что мы пойдем по резервной, она пустая, с нее все давно сняли и на переработку пустили. Запомните, на всех ответвлениях поворачивать надо налево. Пока не выйдете в шахту. По ней поднимаетесь наверх до упора. Там снаружи, по идее, охрана стоит, человека четыре, не больше. С ними разберетесь, и свободны.

Он кинул пластинку стимулятора в рот, сильно оттолкнулся от стены и, припадая на левую ногу, пошел вперед. Сенгоку на всякий случай, пошел рядом, пока позволяла ширина коридора.

И действительно, вскоре разговаривать стало невозможно. Они перебрались по шатким железным мосткам через вибрирующую под ногами трубу толщиной в два человеческих роста, прошли коротким узким коридорчиком и вышли ко второму, точно такому же, мостку с точно такой же трубой. Джонни остановился на середине мостка, указывая вниз, где на массивном округлом теле трубы виднелся люк. Сенгоку первым перемахнул через перильца, Джонни прыгнул следующим и был вынужден цепляться за кибера, чтобы удержаться на ногах. Брюсу помог спуститься Бентен.

Люк основательно зарос пылью и грязью, вентиль проворачивался с огромным усилием, и провозились они добрых полчаса, прежде чем смогли его открыть. Основные усилия пришлись на долю Гоку и Джонни – остальные двое сразу признали, что по части силы в руках они существенно уступают, а больше чем двоим у вентиля было не развернуться. Кането, чувствуя подступающую слабость, сунул руку в карман и горько усмехнулся, вспомнив, что запасы сахара из дома Коры были изъяты бдительными местными медиками. Пришлось вскрыть одну из ампул глюкозы. Брюс и Джонни от угощения отказались, даже не разбираясь, что там именно им протягивают. Гоку на секунду задумался и тоже мотнул головой, предлагая напарнику употребить препарат единолично. Уговаривать Бентена не пришлось.

За проемом люка было черно – даже то скудное освещение, которое сопутствовало им до сих пор, там отсутствовало. Джонни попытался донести до окружающих какую-то информацию крича и энергично жестикулируя, но слова его тонули в непрекращающемся шуме. Горожанин махнул рукой и свесился в люк по пояс, пытаясь что-нибудь разглядеть – труба уходила в пол помещения. Гоку наклонился подсветить ему фонариком, но прибор выдал только блеклое белесое пятно и умер окончательно. Брюс уныло хмыкнул – запортальные чудеса тоже оказались небезграничны. Некоторое время назад, еще в более тихом месте, он видел, как Конран с сожалением выключил свое коммуникационное устройство, прокоммениторовав своему субтильному напарнику, что в противном случае аккумулятор долго не протянет. Красавчик печально с ним согласился. Похоже, зависимость цивилизованных людей от своих высокотехнологичных игрушек была куда выше, чем хотелось бы. Не хотелось думать, что и их нечеловеческая пластика и ловкость – тоже результат каких-то препаратов, которые могут внезапно прекратить свое действие в самый неподходящий момент.

Джонни вынырнул из люка, сел на трубу и принялся отрывать длинную полосу от своей пижамной куртки. Ткань оказалась плотной и рвалась плохо. Остальные трое, лишенные даже возможности спросить, что происходит, смотрели на него с любопытством и легким беспокойством – внезапное сумасшествие их проводника обрекало всю компанию на блуждание по этим катакомбам до самой смерти. Формально, оставшийся у Конрана комм вел запись их перемещений, но без привязки к плану здания эта запись все равно не могла быть безопасно использована для возвращения в более населенные места.

Первым догадался Брюс, обернулся к Бентену, и вместо того, чтобы пытаться перекричать вой воздуха, попытался донести свою мысль при помощи пантомимы - закрыл глаза, вытянул вперед руку и зашарил в пространстве. Бентен уныло кивнул: в трубе кромешная тьма и ничего не слышно. Если кто-то отстанет, то точно потеряется и не найдешь потом. Требовалось какое-то средство, которое могло бы помешать разбрестись в разные стороны.

Сенгоку понял идею и принялся помогать Джонни отрывать лоскуты грязной блекло-голубой ткани и связывать их в подобие веревки. Бентен кривил губы, поглядывая на их нового соратника, оставшегося в неубедительной по части защиты от холода майке и пижамных штанах. Ах да, еще в чем-то вроде тряпочных ботинок на ногах. Очень правильная обувь для прогулок. Мысль выйти в такой одежде в осенний лес казалась полицейскому самоубийственной. А ведь во флаере был моток отличного троса… впрочем, во флаере много что было. Кането был готов думать о чем угодно, только не о том, что им предстоит залезть в очередную трубу. Страх перед тесными замкнутыми пространствами превращал для него путь к свободе в абсолютный кошмар – Бентен до крови прикусил себе щеку изнутри, пытаясь не поддаться неконтролируемой истерике. Сердце бешено колотилось, ему не хватало воздуха, но паника была сейчас недоступной роскошью. Он едва не вскрикнул, когда Конран хлопнул его по плечу и жестом указал – "ты первый". Это было логично. Гоку совершенно правильно оценивал, у кого из команды наилучшие шансы исследовать новый путь - легонький цепкий Бентен мог выкрутиться там, где остальные рисковали сорваться. К тому же, его визоры все еще работали. Кането подхватил конец веревки, обвязал ее вокруг запястья, сделал несколько незаметных вдохов и полез в дыру.

Спуск довольно быстро закончился. Даже в бездействующей трубе ток воздуха был довольно ощутимым, и это почему-то сразу успокоило полицейского. Бентен постоял немного, переводя визоры из режима в режим, выключил их, отвязал с запястья лоскут и пробежался до первого поворота в направлении, которое Джонни указал как нужное. Ужас одиночества снова невыносимо стиснул ледяными пальцами сердце, и Кането принялся на ходу вполголоса декламировать мантру, стараясь расслабиться и обрести душевное равновесие. Под ногами хрустнуло. Сдержав невольный вопль, полицейский судорожным жестом активировал свое искусственное зрение и посмотрел под ноги – на полу шахты лежал мумифицированный скелет. Бентен захохотал и отступил на шаг. На обратном пути к люку он перевел визоры в режим экономии, оставив себе лишь метку возвращения в исходную точку маршрута, и несся в абсолютной темноте с такой скоростью, словно по пятам его преследовали чудовища. Несколько рывков за веревку послужили для остальных приглашением присоединиться к нему, и Бентен стоял, отступив от лесенки на несколько благоразумных шагов, и душил в себе желание найти повод прикоснуться к спускающемуся первым Брюсу, чтобы окончательно убедиться, что волонтер – не плод его воспаленного воображения.

Полная темнота, слегка вибрирующая стенка под пальцами левой руки, кусок импровизированной веревки в правой – и ни малейшей возможности узнать, что происходит. Визоры пришлось выключить – полицейские небезосновательно полагали, что они еще понадобятся, а идти по центру гладкой трубы можно было и не опираясь на зрение . Чтобы не заставлять кого-то одного все время идти по наклонной части тоннеля, без чего дотянутся до стены было нереально, постоянно меняли ведущего. К счастью, вторая пластинка стимулятора подействовала нормально, и Джонни мог выдержать довольно быстрый темп. Когда выборы вожака пошли на второй круг, шум воздушного потока, несущегося по основной трубе, начал стихать, удаляясь. Сенгоку провел перекличку. К счастью, все оказались на месте. Голос Бентена звучал неожиданно хрипло.

- Не простудись на сквознячке, красуля, - проворчал сердито Конран, и получил в ответ благодарный нервный смешок. Дальше шли быстрее, уже не придерживаясь стены, близость выхода воодушевила всех. Вскоре Джонни скомандовал остановку, но и без него остальные уже чувствовали, что до поверхности действительно недалеко.

- За следующим поворотом шахта наверх. – Джонни почесал нос и вздохнул, словно запоздало задумался, правильно ли поступил. Слушали его молча. – Можно уже решать, как будете справляться с охраной. Если вам повезет.

Брюс даже дернулся – настолько злым был раздавшийся рядом смех.

- Если им повезет – обойдемся парализаторами. – Голос Бентена спутать с другими было нельзя, но таких интонаций у миловидного улыбчивого пижона Баттлер раньше не слышал. Кажется, несколько часов пребывания в темноте подействовали на характер полицейского не лучшим образом.

- Заряды нужно беречь, - заметил как-то очень равнодушно Конран.

- Да? Значит, им не повезет, - подвел итог красавчик.

- Орите погромче, - посоветовал Джонни, - для везения во внезапном нападении будет самое то что надо. Короче, по опыту прошлых лет, там будет человека два-три. Вариант серьезного проникновения в город через эту шахту как-то не рассматривается, однако, недалеко выход действующей вентиляции, а за ней следят попристальней. Так что шума постарайтесь не поднимать, и не дайте им воспользоваться рацией. Вперед, герои.

За вставшим первым Бентеном остальным пришлось почти бежать – тот снова включил визоры и не желал больше тратить усилия на соприкосновение с ведущей стеной. Когда бесстрастный прибор зафиксировал слабое изменение освещения впереди, Кането сбавил шаг и тихо озвучил:

- Вижу лестницу наверх.

Температура ощутимо упала.

Полицейские шепотом посовещались между собой и потянули Брюса и Джонни ближе к шахте.

- Побудьте здесь, - распорядился Конран, нисколько не сомневаясь, что команда будет выполнена, и первым полез наверх. Бентен последовал за ним.

- Ну-ну… - пробормотал Брюс, задрав голову и глядя на мелькающие в неуверенном слабом свете фигуры в белых костюмах.

- Что, - шепотом хмыкнул Джонни, - не привык быть в арьергарде?

Баттлер почесал в затылке.

- Да как бы они там дел не натворили… странные.

Джонни не ответил, прислушиваясь к звукам снаружи. Потом ухватился за перекладину и бесшумно пополз к выходу.

Конец трубы скрывался широким навесом с сетчатыми ограждениями по бокам. Джонни аккуратно перебросил ноги через обитый ржавеющей оцинковкой край, поражаясь, что почти не чувствует холода - этот эффект иноземных таблеток следовало взять на заметку. Тело было сильным и послушным – давно забытые ощущения, приводящие в восторг и одновременно отравляющие горечью воспоминаний. Поблизости раздался крик, мгновенно придушенный, и звук тяжело упавшего тела. Джонни забыл об осторожности и спрыгнул на землю, всматриваясь в рассветную хмарь.

От машины, стоящей в доброй полусотне метров от шахты, шел Бентен. И лицо у этого якобы служителя закона и порядка было лицом законченного психа. Для завершения картины не хватало только, чтобы белолицый ангелочек с наслаждением облизнул окровавленные пальцы. Джонни даже задумался, стоит ли сию секунду пролезать под сеткой, чтобы выбраться наружу, или имеет смысл оставить между собой и этим опьяненным придурком хотя бы эфемерную преграду. Бентен посмотрел прямо на горожанина в упор, чуть сощурившись, словно вспоминая, и тут же метнулся куда то в сторону. Раздался выстрел. Пуля звонко клацнула о металл.

- Говорил же, надо тихо! – рявкнул сердито Джонни, припал к покрытой инеем земле, просочился под ограждением и вскочил на ноги, глядя в направлении источника выстрела. Больше никто не стрелял. Из кустов неторопливо вышел Конран с обрезом в руках. Бентена видно не было.

- Операция завершена, - спокойно сообщил темноволосый полицейский, - я, вроде, велел внизу сидеть.

- Я не шуметь велел, да не заметил, чтобы кто-то послушался, - отрезал Джонни. За его спиной на землю тяжело спрыгнул Баттлер.

- Трое возле машины и один там, - Конран указал через плечо на место своего появления. - Если у вас тут нет средств обманывать визоры, то на этом все.

- А кто теперь будет ловить твоего ручного психа? – спросил горожанин, оглядываясь.

Сенгоку хохотнул.

- Сам придет. Пошли, осмотрим машину.

Охранников стащили к автомобилю и обыскали. Брюс первым делом отцепил с пояса неудачливого стрелка рацию и еще одну разыскал в салоне. Джонни вытряхнул самого крупного из стражей из его зимней куртки, сапоги тоже пришлись впору. Конран собрал в обнаруженную сумку все, что опознал как съедобное, Брюс добавил к этому почти полную бутылку, из которой предварительно с удовлетворением глотнул.

- Они оглушены? – спросил Джонни, так и не найдя на теле одного из охранников никаких видимых повреждений.

- Да, - отозвался Конран, - Кроме одного.

- Угу.

По настоянию Сенгоку они потратили время чтобы разместить раздетых горожан в автомобиле, оставив снаружи лишь четвертого, которому холод был уже нипочем. Бентен вернулся как раз к тому моменту, когда они уже подобрали Брюсу и Джонни теплые вещи и были готовы выступить.

- Проверь соседей, - коротко приказал Конран напарнику. Беловолосый без слов запустил на визорах режим сканирования и крутнулся на каблуках.

- Никого в пределах видимости.

- Тогда не будем терять времени.

- Это все? – Джонни потрогал носком сапога оставшиеся куртки, - Никто из вас не собирается немного приодеться?

Лицо беловолосого исказилось мгновенной судорогой. Конран втянул носом воздух и покачал головой.

- Нет. - И, подумав, добавил: - Но с собой мы кое-что возьмем.

###

Было уже совсем поздно, но Аико еще не ложилась. В борьбе между желанием соблюсти режим (госпожа Амикава за долгую жизнь неоднократно убеждалась в том, что недостаток сна не компенсируется никакими стимуляторами, и когда есть возможность спать – надо спать) и желанием по свежим следам занести в дневник события прошедшего дня победила отчетность.

Из Полиса сообщали, что Кането и его друг живы, здоровы и находятся в полной безопасности, что сняло изрядных размеров камень с души майора Императорской гвардии. Вместе с тем, расслабляться было определенно рано.

- Как я теперь понимаю, характеристика господина Шеппарда, выданная нам господином Сегардом, содержала изрядную долю иронии, хотя и была полностью правдива. Именно к нему наш консультант адресовал нас за «субординацией, регламентом, логикой и здравым смыслом» и это действительно так. Однако, если в части логики и здравого смысла все верно, то с субординацией и регламентом дела обстоят несколько сложнее. За все время пребывания здесь я не встретила ничего, хотя бы отдаленно указывающего на участие в делах округа вышестоящих офицеров, командования или других руководящих органов, как бы они тут у них не назывались. Настоящей ключевой фигурой на этой территории является сам Стэн Шеппард.

Она замялась, подбирая формулировку. Это было настолько непостижимо уму цивилизованной японки, служащей одной из самых престижных организаций Империи, что Аико впервые в жизни всерьез опасалась, что просто не сможет объяснить происходящее. У местной армейской иерархии отсутствовала верхушка. То есть, если де-юре подполковник Стэн Шеппард подчинялся указаниям свыше (и то как-то странно – сразу главному штабу), то де-факто он действовал совершенно самостоятельно. И в обозримом пространстве не наблюдалось никого, кто мог бы воспрепятствовать ему творить, что заблагорассудится.

- На самом деле, господин Шеппард мог бы считаться полновластным правителем территории, известной, как округ «Виннипег». Упомянутые же субординация с регламентом, как сдерживающие факторы, выбраны им самим. Либо для придания легитимности своей власти, либо как самостоятельно установленные сдерживающие факторы для него самого. Возможно, встроенность в четкую иерархию задает ему некие внутренние ориентиры, являясь своеобразным средством психологической поддержки. И я совершенно не удивлюсь, если выяснится, что упоминаемый местными, как вершина иерархии Сил Обороны, Главный Штаб больше не существует физически.

Ну вот. По мере накопления материала формулировки можно будет и уточнить, но главное она зафиксировала. Заглядывать в будущее и прогнозировать, как будет развиваться (а скорее, деградировать) округ «Виннипег» в дальнейшем, она пока не могла. Если повезет, это сделают аналитики ИСБ, получив ее отчеты, а Императрицу-мать все равно интересуют в первую очередь другие вещи.

- В любом случае, это незаурядный человек, с которым будет очень интересно работать в дальнейшем, - подытожила Аико.

Вторая половина дня выдалась менее шокирующей, чем первая. По правде говоря, после возвращения из руин девушку предоставили самой себе, и она вдоволь нагулялась по базе, присматриваясь и прислушиваясь. В некоторые места ее вежливо не пустили, но Аико и не требовались местные стратегические секреты. Обрывков разговоров и наблюдений за действиями обитателей «Элис» было достаточно. Еще один человек, с которым ей хотелось бы переговорить, мелькал в ее поле зрения два раза – и оба раза словно испарялся, стоило ей хотя бы пристально посмотреть в его сторону. Очень жаль. Пожилой человек с фотографий, привезенных Лэнсером, мог бы помочь ей в решении еще одной задачи – сборе информации о скрытном консультанте.

Информации по-прежнему не хватало. Из огромного объема записей, сделанных отделом мониторинга за все время пребывания Иеро в Эдо, удалось выловить всего три имени. Трое людей, которые могли бы ждать пилота здесь. Стэн, Брюс и Алекс. Со Стэном Шеппардом Аико уже общалась и пока не представляла, как начать разговор о консультанте, сдержав данное Лэнсеру обещание. Алекс, по всей видимости, Александр Гростар, главный инженер базы, по мнению Лэнсера способный сходу разобраться в характеристиках трансгрессивных полей, с поразительной ловкостью исчезал. Про Брюса Баттлера она знала только то, что он пропал без вести, и вся ее невеликая команда сейчас занята и его вызволением тоже. Так что с этим тоже побеседовать без свидетелей не получится. Еще одно имя стало известно уже здесь – Кора Клеменс. По словам Джайка, эта леди счастливо воссоединилась с пилотом и была до слез рада его видеть. Еще один источник информации временно недоступен. Увы.

Аико вздохнула и вернулась к описанию результатов своих наблюдений.

- Сегодня раскрылась одна интересная деталь. Мы получили официальный ответ из Полиса, города-государства, образовавшегося на базе подземного бомбоубежища, о местонахождении наших мальчиков. И вот что интересно: городские власти всерьез озабочены эпидемиологической безопасностью. Я была готова предоставить им данные, а также, если это необходимо, помощь в устранении возможных последствий. Подполковник Шеппард просто не воспринял угрозу эпидемии всерьез и назвал письмо «отмазкой». Кстати, жаргонизмы в его речи прорываются достаточно часто, но ранее я не замечала их в общении со мной. Видимо, это означает, что я получила какой-то кредит доверия. Что касается эпидемиологической опасности, то, по его мнению, вполне естественная для нас в таком случае стратегия изоляции возможных источников инфекции является просто отговоркой. То есть, обычно ни Силы Обороны, ни правительство Полиса просто-напросто не занимаются этой сферой здравоохранения. После этого я перестала удивляться, что никто из местных жителей, контактировавших со мной, не имел никаких средств защиты. Увы, до этого я предполагала наличие как минимум носовых антибактериальных фильтров и соответствующей обработки воздуха на базе, но ничего этого нет. Местные об этом просто не задумываются. Не знаю, в силу ли врожденной беспечности или потому, что все равно не могут ничего предпринять ввиду полного отсутствия ресурсов для этого.

Представив себе выражение лица Его Высочества Сэйто при таких новостях, Аико улыбнулась. Пожалуй, когда контакт будет налажен, медики первыми смогут выбить себе право побывать здесь. Не в последнюю очередь – прикрываясь необходимостью собрать данные об эпидемиологической обстановке. Только, в отличие от местных, они эти данные действительно соберут и используют. Впрочем, и силовики, и научно-исследовательский центр тоже найдут чем обосновать свое право присутствовать в первой же экспедиции. Причем у НИС будет козырь в виде принадлежности проводника именно к их епархии. Последнее соображение снова напоминало о второй возложенной на Аико задаче.

Первой, разумеется, было возвращение домой Кането с другом. Работа по выполнению этой задачи пока шла успешно – так или иначе, а договоренность с Полисом будет достигнута. Стэн Шеппард казался человеком, способным решить эту проблему самостоятельно, от Аико требовалось только дождаться результатов.

Путей решения второй задачи пока не появлялось - вернуть в Эдо не только пропавшего внука Микадо с компанией, но и консультанта. Аико не сомневалась, что Шеппард охотно выделит ей проводника. Что договориться о дальнейшем сотрудничестве ей тоже удастся без особых проблем – в силу взаимной заинтересованности сторон. Ситуацию осложняло только одно условие: императорская семья желала видеть в качестве представителя Беттенчи в Эдо именно господина Иеро Сегарда. И дело было даже не в том, что с ним успешно сработались сотрудники пресловутого НИС ИСБ. Просто Божественный Микадо находил правильным присутствие в Империи именно этого человека. А желание Божественного – это закон.

Аико пока даже не удавалось выяснить, что же подумает по этому поводу сам Иеро, не говоря уж о его руководителе. По части добычи информации приходилось полностью полагаться на сотрудника Особого Отдела полиции Саймена Сивера. Не то чтобы майор Амикава ему не доверяла. Но почему-то не сомневалась, что, в случае чего, он будет действовать в интересах Лэнсера, как их понимает.

Последнее сообщение от Джайка было очень интересным. Из него следовало, что в ходе похождений спасательного отряда, усиленного госпожой Клеменс, по армейскому складу, Лэнсеру все-таки пришлось пообщаться с начальством. Более детальными сведениями о том, почему это произошло, Джайк то ли не обладал, то ли не пожелал делиться своими соображениями. Чего сделанный выбор стоил его подопечному, Сивер тоже не сообщил. Аико остро пожалела, что ее в этот момент не было рядом. Чисто по-человечески она пилоту сочувствовала – ей самой, окажись она перед подобным выбором, оставалось бы только уповать на милость Микадо. Пожалуй, сейчас пилоту не помешала бы психологическая помощь…

Аико фыркнула, внезапно осознав, насколько бредова последняя мысль. Да он, скорее всего, слов-то таких – «психологическая помощь» – не знает. И, если уж на то пошло, человек, который не сошел с ума, попав отсюда в Эдо, и так быстро сориентировался в обстановке, способен озадачить даже подчиненных Сэйто. Гибкость психики у местного населения наблюдалась потрясающая. По крайней мере, у тех его представителей, с которыми Аико довелось пообщаться. Их, наверное, уже ничем не шокируешь. Пожалуй, это стоило тоже отметить в дневнике.

- Я пока не установила детально, какие события происходили здесь в последнее десятилетие, но те представители…

Стук в дверь помешал ей закончить фразу. Аико остановила запись и разрешила:

- Войдите! – Беглый взгляд на комм напомнил, что сейчас третий час ночи. Или, скорее, утра. Что же у них случилось?

Дверь неторопливо открылась, и на пороге появился тот самый главный инженер базы.

- Прошу прощения за поздний визит, - церемонно проговорил пожилой мужчина. – Меня зовут Александр Борисович Гростар. Я хотел бы пригласить вас в нашу диспетчерскую. У нас появились очень интересные новости.

###

В три часа ночи в диспетчерской не оказалось никого, кроме Стэна Шеппарда. Впрочем, группа молоденьких солдат попалась им с Александром Борисовичем навстречу: подполковник бесцеремонно выставил отдыхать ненужных свидетелей грядущего разговора.

Сам Шеппард, расхаживающий по просторному помещению, выглядел бодрым и отдохнувшим. Правда, он был небрит и чуть более чем обычно взъерошен. Только это и свидетельствовало, что его подняли среди ночи, максимум – пятнадцать минут назад. Что-то точно случилось.

Диспетчерская оказалась на удивление похожа на уменьшенную копию одной из лабораторий отдела сетевого мониторинга Императорской Службы Безопасности. Разве что вместо голограмм применялись большие плоские экраны, и несколько шлемов, аккуратно уложенных в гнезда на просторной панели, мало чем напоминали «корону» сетевого оператора, зато как две капли воды походили на летный шлем Эльзы. Еще одна точка, техническая оснащенность которой находилась на принципиально ином уровне, чем у большей части окружающей действительности.

- А, госпожа Амикава… Извините, что побеспокоили вас в такую рань.

- Все в порядке, - заверила Аико. – Как я понимаю, у вас есть новости?

Инженер аккуратно прикрыл за собой дверь и уселся около нее на стул. Молча. Интересно, сколько ему лет? Пожилому человеку требовались совсем другие условия, нежели те, в которых он обитал и работал. Пожалуй, одним из пунктов будущего соглашения не просто может, а должно стать по-настоящему качественное медицинское обслуживание для обитателей базы… На остальное население мощностей медик-части не хватит, придется разворачивать современное оборудование прямо здесь.

Аико поймала себя на том, что опять слишком далеко забегает вперед. Даже если она действительно завоевала доверие подполковника Шеппарда, это еще не означает, что стоит строить планы на дальнейшее сотрудничество. Все еще может сорваться и пойти плохо.

- Вы присаживайтесь, - проговорил Стэн. – Новости действительно есть. К сожалению, с вашим делом они связаны только косвенно, но могут на него повлиять… не в лучшую сторону.

Аико послушно села за столик, стоящий в дальнем углу, на обшарпанную деревянную табуретку. Почему-то она была уверена, что устраиваться в одном из ложементов перед панелью не стоит.

Подполковник остановился у центрального экрана, на котором застыло изображение обширного и тускло освещенного помещения. Где-то в подземной части базы? Или не базы?

- Видите ли, - доверительно сказал Шеппард, - незадолго до появления ваших потеряшек у нас уже пропадали люди. В этом не было бы ничего необычного, у нас есть неспокойные участки, но пропадали исключительно проводники. Двое из пятерых пропали вместе со своими ARK’ами.

Майор Амикава молчала, тщательно контролируя выражение лица. Ничего необычного в исчезновении людей. Как на нижнем уровне. Хотя нет, если бы самый никчемный рядовой хотя бы с той же злополучной базы ПВО, под командованием Фумиды, пропал на нижнем уровне – уровень вывернули бы наизнанку. Пять пропавших проводников. Пять! Аико точно знала, где находится только один из них. Стоило ли предположить, что остальные четверо и еще один самолет теперь составляют проблему американских или российских коллег? Сейчас Аико остро не хватало возможности связаться с Большой Тройкой и предупредить о возможном сюрпризе.

Стэн продолжил рассказ и от души немного отлегло.

- Двадцать минут назад диспетчеры обнаружили один из пропавших истребителей. Сейчас мы можем с точностью до метра определить его местонахождение. Машина находится в Полисе. Это серьезное нарушение всех договоренностей между нами и городским руководством.

- Говори проще, - подал голос главный инженер. – А то долго объяснять будешь.

Почему-то именно в этот момент Аико почувствовала себя принятой в компанию.

- Можно и проще, - Стэн уселся на край панели, вытянув ноги. – Грубо говоря, эти… гхм… словом, горожане, незаконно удерживают моих людей и армейское имущество. А чуть раньше осуществили незаконный же захват. Что переводит мои отношения с городом в силовую плоскость, и я имею полное право вытряхнуть из них всю пыль. И я хотел бы спросить вас, госпожа Амикава, хотите ли вы продолжать переговоры с городом по поводу ваших паданцев, или вас устроит, если мы извлечем их оттуда за компанию с нашими проводниками?

Хорошо, что они догадались ее спросить!

- Я бы предпочла исключить вариант, в котором господа Сугеро и Инадзуми могли бы стать заложниками. Сколько времени вы можете мне дать на улаживание проблемы путем переговоров?

- Ровно столько, сколько мне потребуется на сбор необходимой информации, - любезно пояснил Стэн. – В том числе и информации о реальном положении дел и с моими людьми в Полисе, и с вашими.

- Я могу вам чем-нибудь помочь? – осведомилась Аико. Ну не затем же ее позвали сюда в три часа ночи, чтобы просто поставить перед фактом?

- Конечно, - Шеппард улыбнулся. – И именно по части сбора информации.

Он повернулся и щелкнул одной из множества клавиш на панели. На центральном экране пошло воспроизведение записи. Несколько видов все того же пустующего помещения собрались в трехмерный макет, потом развернулись в панораму. Посреди помещения появилось трехмерное же изображение истребителя, как две капли воды походившего на «Дэйту», обросло текстурой, став почти реальным.

- Изображение передал «Йорк», - теперь снова говорил инженер. – Один из двух пропавших истребителей. Он собрал воедино фрагменты записей со всех своих камер и обсчитал собственное положение в ангаре. Все, что будет дальше, тоже смонтировано из разных кусков и смоделировано в 3D. Если захотите увидеть реальную картинку, скажите.

Из кабины на крыло выбралась девушка в текучем камуфляже. Судя по надписи на бейдже, незнакомка носила один из запасных комплектов формы самой Аико. Второй человек словно отделился от стены ангара, на ходу гася камуфляж, и нетерпеливо махнул рукой. Девушка отважно сиганула вниз с пятиметровой высоты, напарник аккуратно поймал ее и поставил на ноги.

- Извольте видеть, - съехидничал подполковник, - мои лучшие люди, практически. Заботливо передают привет, надо понимать, иначе даже «Йорк» бы их разглядел с трудом в этой чудо-одежке.

Александр Борисович хмыкнул.

- Ее все равно не удалось бы удержать, - заметил он, словно продолжая какой-то разговор.

- Да знаю я, знаю, - отмахнулся Стэн. – Ничего же не говорю.

Двое на экране обходили ангар, уделив массу внимания массивным запертым воротам.

- Так вот, госпожа Амикава, это – действительно мои лучшие люди. И как минимум один из них Вам тоже знаком. Проблема заключается в том, что у меня нет с ними связи, и потому даже если они захотят что-нибудь мне сообщить, то просто не смогут. А у Вас связь с вашим проводником просто обязана быть, насколько я себе представляю вашу цивилизацию.

Полковнику Иширо просто непременно нужно будет пообщаться с господином Шеппардом, решила Аико. Это будет очень интересная и крайне полезная беседа.

- Вы можете всецело располагать моими ресурсами, - сказала она вслух. И, подумав немного, добавила: – И мной тоже.

Flashback – Десять лет назад.

Следующее утро было ясным и тревожным. Жители поселка то и дело косились в безмятежно синеющие небеса, ожидая возвращения инсэнтов. Бывшие бандиты с тем же опасением косились на группу Шеппарда – ощетинившиеся вооружением ARK’и, теперь стоящие прямо на виду, на заснеженном поле, внушали им почти благоговейный страх. Группа Шеппарда, точнее, то, что от нее осталось, ни на кого не косилась, пребывая в упадочном настроении.

К полудню стало окончательно ясно, что сами по себе Лэнс и Клэр не объявятся. Поиски в окрестностях воронки и в лесу тоже результатов не дали. И было почти очевидно, что уже и не дадут.

Примерно тогда, вырвавшись, наконец, от общительных горожан, почему-то решивших, что вот теперь военные решат сразу все проблемы, Стэн попытался связаться с «Монреалем». База не отвечала, словно ее и не было в природе. Вот только этого еще не хватало. Шеппард не поленился вгрузиться в систему полностью и попытаться связаться с диспетчерами или с любым другим ARK’ом в округе – безнадежно. Пока Брюс и Алекс перегоняли из леса «Йорк» и осиротевшую «Дэйту», «Омега» видела хотя бы их. Но никого больше. Как-будто Силы Обороны, и так-то довольно малочисленные, сгинули куда-то в полном составе. Если «Монреаль» постигла участь базы «Манитоба», то дело совсем плохо. Да еще и настроения в группе оставляли желать лучшего.

Хуже всего приходилось волонтерам: до сих пор им везло. С того момента, как к группе присоединились Кора и Брюс, еще не приходилось терять своих. Да, конечно, каждый раз по возвращении на «Монреаль», они узнавали, что тот или другой погибли, не вернулись, пропали без вести. Но еще никогда потери не были так близко. Хотя… если верить личному делу, Кора в начале войны потеряла всю семью. А потом – партизанский отряд, заменивший ей семью. Но сейчас от этого становилось только хуже.

Стэн старательно не замечал зареванной физиономии девчонки, справедливо полагая, что если она и нуждается в утешении – то не от него. Единственная, кто могла бы ее утешить, пропала этой проклятой ночью, а всем остальным лучше даже вида не подавать, что они что-то заметили.

Брюс впал в совершенно нехарактерную для него мрачную задумчивость – и отчего-то часто останавливался и замирал, вглядываясь в небо над полем.

Алексу было немногим легче. Он прекрасно помнил тех пятерых, которых группа успела потерять до присоединения волонтеров. Инженер скорбно молчал, поджав губы, и бесконечно полировал ветхой тряпочкой свои очки, чтобы чем-то занять руки. Да и самому Стэну было до крайности паршиво, и поэтому он с головой погрузился в проблемы, которые мог решить прямо сейчас.

Допинать жителей Китченера до разбора завалов. Заставить их похоронить своих мертвецов и сжечь мертвых насекомых. Поставить дежурных у склада, просто на всякий случай – заодно и волонтеры будут при деле. Заставить Алекса протестировать все машины и попытаться, все же, выйти хоть с кем-то на связь. Снова пообщаться с жителями, объясняя им, что к чему. В объяснении здорово помогла давешняя бабка, но черт бы ее побрал с ее ничем не замаскированным сочувствием и участием. Хотя без ее помощи вряд ли удалось бы сподвигнуть бывших бандитов прочесывать окрестности. Спохватиться, и в принудительном порядке отправить подчиненных поесть, умыться и выспаться, пока не перебрались на склад окончательно из бабкиного дома. Спохватиться второй раз и поесть самому.

Легче стало к вечеру. Подходя к костерку, который Брюс развел у дверей склада, Стэн услышал обрывки разговора.

- И оба думали, что никому ничего не видно, - почти весело сказал Алекс.

- Да что уж там, - Кора фыркнула, почти как всегда, но когда заговорила снова, слова звучали несколько в нос – вот-вот разрыдается. – Лэнс, так тот точно считал, что Клэр ни о чем не догадывается, а Клэр думала то же самое в его адрес.

- Это только к лучшему, - Брюс говорил неестественно весело. – Представьте, какие бы у них пошли дети! Это же тихий ужас!

Разговорились – это к лучшему. Стэн подошел к костерку и присел рядом на перевернутый ящик. Волонтеры не теряли времени даром: площадка перед складом была расчищена до голого бетона, из снега выложен бруствер, защищающий от ветра, несколько ящиков, несомненно, вытащенных с того же склада, служили сиденьями и столом.

- К нам тут местные делегациями ходят, - поделился Алекс, как ни в чем ни бывало. – Уговаривают ночевать в поселке.

- Посмотрим, - предложение, конечно, было заманчивым. Но и машины в поле без присмотра оставлять совсем не хотелось. – Что со связью?

- Все у нас в порядке со связью. Это на «Монреале» с ней чепуха какая-то – вроде, и связался с диспетчерской, то есть, живые они там – а не слышно ни черта. И не видно. Только аватарка в визуале и отсвечивает.

- Живые – и то ладно, - подвел итог Стэн. Кора слева громко шмыгнула носом. – Местные прочесывают окрестности, ищут хоть какие-нибудь следы. Пока ничего.

- Ты думаешь, что-нибудь найдут? – все так же натянуто-оптимистично спросил Брюс.

- Что-нибудь – точно найдут. Испариться Клэр с Лэнсом не могли.

- Еще как могли, если тараканы утащили их с собой, – уныло проговорила Кора.

Увы и ах, этот вариант был ближе всего к реальности. Фактически, он был единственным.

- Это сложнее, - признал Стэн. Только не давать им опустить руки. – Придется найти тараканью базу. Возможно, придется ждать подкрепления.

Ему стоило известного усилия сказать это, как нечто совершенно обыденное. Здравый смысл подсказывал, что он несет полную ахинею: согласно разведданным, хоть и устаревшим, никакой инсэнтской базы тут и близко не было. И даже если удастся ее найти, то вчетвером ее штурмовать – чистое самоубийство. И уж о каком подкреплении можно говорить, если весь «Монреаль» как вымер и связи толком нет?

- Думаешь, они живы? – не выдержал Брюс.

Кто «они» можно было и не уточнять.

- Я их мертвыми не видел, - отрезал командир. – Так что с панихидой придется подождать.

- Лет пятьдесят, желательно, - пробормотал Алекс. Кора неуверенно улыбнулась.

Утром всех разбудил Алекс. И по его лицу было за версту видно, что, в кои-то веки раз, случилось что-то хотя бы не очень паршивое.

- Связь есть, - сообщил он. – Но не с «Монреалем». От «Монреаля» мало что осталось, весь народ оттуда расконсервирует базу «Элис», это недалеко от Виннипега. Они были рады меня слышать, но желают как можно быстрее услышать тебя, - он ткнул пальцем, чуть не попав Стэну в глаз. – Так что вставай и топай, вгружайся. Кажется, у них там чуть ли не праздник.

И новости, действительно, были хорошими. Во-первых, когда инсэнты снесли с лица земли базу «Монреаль», почти все ее население на базе отсутствовало. А большая часть присутствующих благополучно укрылись под землей. Во-вторых, новости из Евразии, последнего оплота человеческого сопротивления, радовали душу – инсэнтов там били по всему материку, и, кажется, наконец, переломили ход войны. Не в последнюю очередь благодаря тому, что модифицировали симбионты – и теперь сканеры обнаруживают противника раньше, чем противник их. И скоро на североамериканский континент, и даже точнее – в Канаду, должно прибыть подкрепление на этих модифицированных машинах. На базе пока сами толком не осознали, откуда возьмется это подкрепление и в глаза его не видели, зато пояснили, что у них, помимо прочего, обновленная система связи, и потому до тех пор, пока специалисты не добрались до оборудования базы, евразийцев не видно и не слышно даже в общем визуале. Только когда они сами того захотят. Что именно и как исправили в технике, тоже пока никто не знал, но технологию, благодаря которой, наконец-то, тараканов начали бить, тоже должны были привезти… интересно, что же за модификацию придумали спецы корпорации ARK, что ее можно проделать почти на коленке? Не забыть бы спросить Алекса.

На новой базе царила эйфория – так, во всяком случае, казалось по контрасту с новостями месячной давности. И Стэн их понимал. Наступление! Отсюда, из оккупированной полностью Канады, это казалось просто чудом. Ненаучной фантастикой.

Мобильной группе Шеппарда предписывалось пока оставаться в Китченере, контролировать местное население, беречь чертов склад, как зеницу ока – совсем скоро его содержимое очень даже понадобится – и ждать, пока их сменят. Где-нибудь через пару недель.

Целых две недели чтобы найти базу инсэнтов, собрать данные и вытащить оттуда пленных. Если повезет – не только своих. А потом сообщить о ее местонахождении тем же евразийцам и снести ее к чертовой матери.

Закончив разговор, Стэн откинулся в ложементе, глядя сквозь прозрачный фонарь кабины в небо. И тут же снова резко сел: в небе, почти над самой «Омегой», мерцало вращающееся серое пятно, похожее на крохотную, но буйнопомешанную тучку. Поморгал. Пятно не исчезало. Переключился на «зрение» ARK’а – ничего, кроме зимнего неба. Открыл «забрало», снова посмотрел наверх - нет, ничего. «Туча» бесследно исчезла.

- Алекс! Иди-ка сюда, - свесившись из кабины, проорал Шеппард. – Дело есть!

Вскоре инженер, сидя на крыле «Омеги», скептически осматривал небеса, слушая краткий пересказ новостей и описание предположительных галлюцинаций.

- Нет, никаких пятен не вижу, - признался он в конце концов. – А вот насчет изменений в системах обнаружения и связи – это интересно.

Еще бы не интересно. Корпорация, названная по первым буквам фамилий отцов-основателей, «Абрахам – Рикарди – Королев», производила симбионтную боевую технику, начиная с 2000 года. И именно эти машины стояли на вооружении и Сил Обороны, и экспедиционного корпуса долгие годы. Технологический прорыв, который должен был вывести человечество на новый уровень, техника, граничащая с чудом или даже чудом и бывшая, в первую очередь появилась у исследователей космоса – и уж потом у военных планеты.

За двадцать пять лет они довели свою продукцию почти до совершенства, явственно отдавая предпочтение авиации. То ли предчувствовали, а может, и точно знали, что следующий противник будет летающим. И то ли то же предчувствие, то ли паранойя, а возможно, и какие-то коррупционные схемы, вынуждали правительство объединенной Земли закупать, закупать и закупать технику и боеприпасы впрок, вгрохивать невероятные деньги в склады, бомбоубежища, запасы и базы, львиная доля которых была законсервирована вскоре после постройки. Карикатуры, изображавшие президента, в ужасе прячущегося под стол от зеленых лупоглазых человечков, или представителей ARK, лупящих пришельцев по голове мешком с бюджетными деньгами, были в ходу, сколько Стэн себя помнил. Память о двух гражданских войнах, особенно – о второй, была еще свежа, и тратить деньги на вооружение налогоплательщики совсем не хотели.

На президента теперь оставалось только молиться: и тем, кто сидел в «ненужных» бомбоубежищах, и тем, кто жил за счет «совершенно излишних» запасов на «бессмысленных» складах, и, особенно, тем, кто не вылезал из кабин самолетов, построенных на «разбазаренные деньги».

От этих молитв ни президенту, ни персоналу заводов корпорации теперь уже было бы ни жарко, ни холодно. Во всяком случае, с точки зрения атеиста. Потому что в 2029 производственные мощности ARK в России, Африке, Австралии, были уничтожены полностью. Почти одновременно. Уж что-то, а это сделать инсэнты сообразили очень быстро. Абрахам умер от рака в военном госпитале главного штаба еще в 2027. Престарелый Королев пропал без вести при неудачной попытке эвакуировать хотя бы часть русского производства, и, скорее всего, его кости теперь заносило снегом вместе с костями пятисот сотрудников завода. Джанни Рикарди и вся верхушка технических специалистов, лучшие из лучших, чудом спаслись при бомбардировке штаб-квартиры корпорации в Лондоне, и теперь их местоположение держали в строжайшем секрете. От могучих лабораторий и огромных исследовательских корпусов не оставалось и следа. Строить новые машины было бы негде, серьезно изменить вооружение тоже не вышло бы, но сливки технической элиты упорно пытались сделать хоть что-то, что дало бы любое, пусть самое мелкое, преимущество перед захватчиками. И, похоже, преуспели.

- Ты ж понимаешь, - бодро пояснял Алекс, - ничего серьезно в железе они переделать не могли – негде и новые узлы взять неоткуда. Конечно, по складам дохрена чистых мозгов от любой техники, но менять бортовые компы на чистые – это ж верх идиотизма. Она же, - Алекс ласково погладил по крылу «Омеги» - самообучающаяся система. Ставить чистый мозг – это или потерять все данные, все наработки, все тактические схемы, вообще все, или пару месяцев данные копировать. Вряд ли у них в Евразии, было два месяца спокойной жизни, чтобы поменять компы всему составу. Значит, изменения где-то в софте – и, может, в настройках железа. Пока мы тут отдыхаем, я могу попробовать покопаться.

- Попробуй, - согласился Стэн. Серое пятно больше не появлялось, но сейчас Шеппард был уже практически уверен, что ему не померещилось. – И вот еще что. Сегодня же собери данные с «Азы», «Четырнадцатого» и «Омеги» и попробуй разобраться, откуда прилетели инсэнты прошлым вечером. Чем точнее, тем лучше.

- Понял, - кивнул инженер и неуклюже спустился на землю, спрыгнув прямо в сугроб. – Слышь, попроси, что ли, местных, помочь. Хоть намек на капониры построить, а то торчим в чистом поле, как… пень на морозе.

- Попрошу, - заверил Стэн, снова откидываясь в ложементе и глядя в небо, где не было ровным счетом ничего, кроме проплывающего в вышине кудрявого белого облачка. – Непременно попрошу.

###

На расшифровку данных Алексу понадобилось три дня. Все это время Стэн приглядывался к Брюсу. Тот по-прежнему, время от времени проходя по полю, начинал вглядываться в небо. Точно в ту точку, где сам Стэн увидел свое серое пятно. И молчал. Молчать для Брюса было нехарактерно совершенно. Даже с горя.

Кора пропадала в недрах склада, разыскивая для Алекса то одно, то другое. Как-то раз она застряла там на добрый час, и Стэн уже хотел пойти и поторопить ее лично, да инженер отговорил.

- Не ходи. Дай девке пореветь спокойно.

Стэн внял мудрому совету и ушел к «Омеге», вокруг которой копошились с десяток местных мужиков с лопатами и ведрами, разгребая снег и аккуратно утрамбовывая его в подобие оборонительного сооружения.

Похоже, через две недели группа у него будет деморализована процентов на пятьдесят. Надо было срочно что-то предпринимать.

За ужином, понаблюдав за Корой, еле ковырявшей вилкой в банке с кашей, Алекс развернул лаптоп.

- Значит, я выяснил, откуда прилетали наши насекомые друзья.

Брюс осторожно отставил кружку. Кора застыла с банкой в руках.

- Не тяни, - попросил Стэн.

- Хотите верьте, хотите – нет, а прилетели они отсюда. С этого самого поля. То есть, если бы их база была где-то в округе, то была бы она прямо здесь. С «Четырнадцатого» не очень видно, а вот «Аза» успела засечь. Осы уже были здесь, а вот муравьи прямо там, в чистом воздухе и возникали.

- Телепортация? – заинтересованно спросил Брюс. Интересно, что эта идея не вызвала у него ни малейшего отторжения.

- Похоже, что так, - согласился Алекс. – Теперь бы понять, это у них техническое достижение или личная особенность, и попробовать повторить.

- У нас есть еще больше недели, - с надеждой сказала Кора, снова принимаясь за еду, на сей раз, с аппетитом.

Стэн невольно посмотрел в темное небо над полем. И поймал на себе заинтересованный взгляд Баттлера.

###

Две недели ничего не дали. Нет, Алекс с точностью до метра рассчитал точку, в которой возникали тараканы. Потом что-то долго мудрил со сканером «Омеги» - но результата не было. Серое пятно, которое должно было находиться в той же точке, больше не появлялось. Зато и сама «Омега» теперь на сканере отображалась только бледным силуэтом. Инженер чертыхался, сутками просиживал за лаптопом и бортовыми компами истребителей, но желаемого результата полностью так и не достиг. Все, чего удалось добиться – теперь, по идее, инсэнты должны были видеть симбионты группы Шеппарда только с гораздо более близкого расстояния.

- Ничего больше сделать не могу. Видимо, у них что-то все-таки в прошивке, - развел руками Алекс, имея в виду загадочную евразийскую модификацию. – Если нашли архивы Королева – там и не такое может быть.

- Ничего, - утешил его Стэн. – Нам должно хватить и этого.

Для чего хватить, он не уточнил. Даже если серое пятно – действительно проход к инсэнтской крепости, его все равно не видно. Это уже не говоря о том, что о самой крепости данных вообще никаких нет. Если удастся ее найти – внезапность и невидимость будут единственными преимуществами.

###

Обещанная смена начала прибывать в субботу, к вечеру: в том же поле, уже изрядно истоптанном и развороченном, приземлилось звено «десяток». То есть, ARK-10. Четыре относительно тихоходных, бронированных штурмовика, прозванных в народе «гребенками»: разнообразное вооружение, обильно подвешенное к плоскостям крыльев и впрямь делало машину похожей на гигантскую расческу. «Гребенке» сесть в чистом поле было куда сложнее, чем, скажем, 12 или 13-й модели, однако, эти ребята справились играючи.

- Явились, не запылились, - проворчал Брюс. – Скучно нам тут без них было, можно подумать.

- Помолчи, а? Без тебя тошно! – Кора успела отреагировать быстрее старших.

Как ни удивительно, Баттлер замолчал. Стэн неохотно поднялся с ящика, на котором сидел, и неторопливо направился к прибывшим.

Человек, командовавший звеном, выглядел странно: выгоревшие почти добела светлые волосы и сильный загар как-то не вязались с окружающими поле сугробами. Впрочем, присмотревшись, Стэн решил, что это все-таки уроженец Канады – разрез глаз выдавал родство с индейцами. Куда более отдаленное, чем у Брюса, и почти уже незаметное. Отсюда и смуглая кожа… правда, откуда тогда светлые волосы вообще непонятно, не красится же он в перерывах между боями. Но после некоторых, непринужденно линяющих из пепельного в сиреневый и обратно, удивляться уже не приходилось. На шлеме, который штурмовик держал под мышкой, красовался незнакомый позывной – «Blaire» - но эмблема ВВС Сил Обороны была на месте. Ну хорошо хоть, не еще один экспедиционник.

- Старший лейтенант Сил Обороны, Стэн Шеппард, - угрюмо представился Стэн. – Это, - он махнул рукой в сторону ожидающих товарищей, - моя группа.

Белобрысый кивнул.

- Отлично. Вы молодцы, лейтенант, - и на этом официальная часть, видимо, закончилась. – Я – полковник Гатчински, позывной - Блэр. И у меня тут пачка распоряжений относительно вас: сейчас я вам солью софт с исправлениями, пусть ваш инженер развернет на всех машинах, включая эту сиротку, - кивком головы указал в сторону «Дэйты». – А как отставитесь, отправитесь на базу «Элис». Координаты солью вместе с софтом.

По уму, Стэну следовало ответить «Да, сэр!», взять под козырек и отправиться выполнять приказ. Но ужасно захотелось понять, наконец, что происходит. И заодно, протянуть время. Улететь сегодня означало начисто перечеркнуть все планы спасения, и без того призрачные. И раз уж штурмовик так расположен к… неформальному общению, то стоит попытаться этим воспользоваться.

– Вы же не с «Монреаля», - заметил Стэн. И посмотрим, как он отреагирует.

- Нет. Я вообще очень сильно не отсюда, - отреагировал Блэр так, как-будто прилетел сюда исключительно поболтать. – Нас буквально только что перебросили из Монголии. Евразия зачищена от тараканов полностью, в Африке тоже уже просвет виден. Как закончат, подтянутся сюда, и займемся обеими Америками. Так что всем, кто еще может отдыхать – стоит отдыхать.

Такие новости могли и с ног свалить.

- Африка?! – выдохнул Стэн потрясенно. – Ладно, Евразия, но Африка?! Как? Откуда резервы?

- Какие уж тут резервы! – отмахнулся полковник. - Суворов собрал в Европе все, что смог, включая остатки Экспедиционного Корпуса, призвал все, что еще шевелится и может хоть как-то водить ARK, оставил по местам только мобильные группы, вроде вашей, и начал зачистку поэтапно, не распыляясь по всему шарику. И если бы не новые сканеры да еще кое-какие научные новости – и из этой затеи могло ничего не выйти.

- И что это за научные новости? – не удержался Стэн. Он волей-неволей участвовал в изысканиях Алекса и теперь, не меньше, чем инженер, хотел знать отгадку.

Старший по званию и глазом не моргнул.

- Не имею права сказать. До базы доберетесь – узнаете… если, конечно, допуска хватит.

Ага. Блэру, похоже, допуска хватило. Может быть, хватит Алексу. А вот остальным уже вряд ли – секреты ARK всегда охранялись хорошо. Иногда осознание того, что машина, от которой зависит твоя жизнь, внезапно может оказаться не полностью под твоим контролем, страшно нервировало.

Полковник отвернулся, оглядывая поле. Штурмовики выбирались из кабин медленно, без привычных переговоров и шуток, один из троих, чернокожий, пройдя два шага по снежной целине остановился, зачерпнул пригоршню снега и теперь ее рассматривал.

- Чем быстрее вы окажетесь на базе, - озабоченно проговорил полковник, - тем лучше. Так что не тяните с софтом.

На базу Стэну лететь не хотелось. А придется – прямой приказ старшего по званию, даже с панибратскими замашками, остается прямым приказом, иначе начнется форменный бардак. Мда. Кажется, не только волонтеры нахватались от пропавшего Иеро странного.

- Мне не хотелось бы лететь ночью, - проговорил Стэн. – Мы потеряли двух человек и у меня двое волонтеров… в растрепанных чувствах. Это может быть опасно.

Полковник посмотрел на него с неожиданным интересом, как-будто только что проснулся и обнаружил незнакомого лейтенанта, стоящего прямо перед ним. Наклонил голову набок, словно прислушиваясь и предлагая продолжить. Стэн промолчал. Пауза чуть затянулась. А потом Блэр кивнул и разрешил:

- Понимаю. Полетите утром. Тем более что утром начнет прибывать мой полк. Они тоже слишком устали, чтобы добраться сюда сегодня.

Представив себе, во что превратится поле, когда на нем расположатся тридцать восемь «гребенок» и звено тринадцатых, неизменно сопровождающих штурмовиков, Стэн мысленно пообещал себе, что завтра поднимет всех с первыми петухами, только бы убраться из Китченера прежде, чем начнется столпотворение. Если только за ночь ничего не изменится. Коротко кивнул Блэру и отправился к истребителям, около которых уже крутились остальные члены команды. Умница «Омега» принимала данные от ARK-10 по имени «Дракон», по всей видимости, машины полковника.

- Ну что? – спросил Алекс, появляясь из тени «Четырнадцатого».

- Завтра утром отправляемся на новую базу.

- И все? – поинтересовалась Кора, задумчиво разглядывающая «Дэйту», сиротливо стоящую на отшибе.

- А что еще?! Это приказ, - без особой уверенности ответил Стэн.

Брюс опять промолчал. Он лежал на крыле «Йорка», закинув руки за голову и созерцая небеса. Молча. Это было уже совсем ненормально.

- Баттлер, что ты там увидел?

Брюс помотал головой.

- Извини, командир… кажется, я с ума сошел. Ты сам посмотри…

Стэн автоматически проследил за направлением его взгляда.

Она была там. Сумасшедшая тучка, воронка, которая померещилась ему тогда утром, снова висела в темнеющем небе, чуть подсвеченная жемчужным светом, вращаясь и переливаясь оттенками серого.

- Хм. Внимание. Все видят то же, что и я?

Алекс и Кора тоже подняли головы.

Первой высказалась волонтерша:

- Чертовщина какая-то… Это что еще за галлюцинации?

Алекс чуть запоздал со своим выводом:

- Можно считать, что теперь мы точно знаем, почему эти твари появляются, где захотят, из воздуха.

- Ага, - подтвердил Стэн. – И исчезают так же.

- Нам бы так, - вздохнул Брюс.

- Нам нельзя, - Алекс не скрывал сарказма. - У нас есть приказ, и экспериментов нам никто не разрешал, - продолжил он ровным тоном. – Жаль, что пока мы объясним, что бы мы хотели попробовать, и Лэнс, и Клэр будут уже мертвы. Если, конечно, сейчас еще живы.

- Не драматизируй, - поморщился Стэн. – Если их изначально прихватили с собой – то вряд ли для того, чтобы сразу убить.

- Но они там уже достаточно долго, - тихо возразила Кора.

- Она права, - поддержал Алекс.

- Да каждые пять минут, которые они там – лишние, - высказался Брюс.

Впервые за все прошедшее со злополучного боя время, оба волонтера оживились. Достижение.

- С этим не поспоришь.

В корне неправильное решение далось неожиданно легко.

– Получасовая готовность. Через 29 минут все должны быть в машинах и загружены. И имейте в виду – сорвется сейчас – другого шанса не будет.

###

На той стороне воронки был день. Солнечный, ясный день, с искрящимся внизу нетронутым снегом. Восторженный вопль Брюса раздался словно бы прямо над ухом. Эмоции волонтера, Стэн, пожалуй, разделял, но радоваться, определенно, было рано.

- Рано радуешься, - Алекс успел раньше. – Теперь нам надо эту базу найти, да и не ждут нас там с распростертыми объятиями.

Пока они разговаривали, база нашлась сама. Хрустальное, сияющее отраженным светом, многогранное сооружение, совершенно не похожее на муравейник или осиное гнездо, возвышалось над заснеженной равниной на добрых двадцать метров. И до него было не больше пятидесяти километров.

Внешне вражеская база напоминала перевернутый стакан из праздничного сервиза, слегка сужаясь кверху и не имея видимых входов-выходов. Гладкие стены казались монолитными, и только в верхней части, там, где многочисленные грани начинали сходиться и пересекаться, виднелись темнеющие отверстия.

Что и где находится в этой дьявольской штуке, никто понятия не имел.

- Алекс, вы с Брюсом снижаетесь, садитесь и пытаетесь проникнуть внутрь. Если надо, снесите стену. Кора, следуешь за мной, будем прикрывать.

Когда два истребителя свечой ушли вверх почти над самым «донышком» гигантского стакана, следом за ними сорвалась стая «ос».

- Сядешь ли ты здесь – вот вопрос, - проворчал Алекс. Силуэт «Йорка» как приклеенный маячил внизу и справа поля зрения. Пока волонтер справлялся сносно. На сверхмалых скоростях они скользили почти над самой землей, с северной стороны муравейника, не похожего на муравейник. На южной стороне начинался воздушный бой, а здесь пока еще было тихо. Интересно, сколько времени им смогут выиграть Кора и Стэн, уводя рой подальше?

- Сяду, - обиженно отозвался Брюс.

Вблизи стена уже не казалась хрустальной, приобретя матовую молочную белизну. И ничего, хотя бы отдаленно похожего на вход. Насекомым проще, они, скорее всего, вылетают через вершину. Что за стеной тоже неизвестно: шарахнешь туда ракетой, а у них там какая-нибудь энергоустановка. «Четырнадцатый» пошел на посадку на автопилоте, сам рассчитывая расстояние, высоту, параметры работы двигателей и закладывая поправки на глубину снежного покрова. Жаль, все-таки, что когда-то отказались от системы вертикального взлета…

- Ты что делаешь? – заорал Алекс, снова обратив внимание на «Йорк». Поздно. Подняв настоящую снежную бурю, «Йорк» прополз по снежной целине, все еще на слишком высокой скорости, и с грохотом врезался в белую стену. Стена… лопнула. Как мыльный пузырь, взметнув в воздух тучу мелких брызг, переливающихся и блестящих, которые осыпались добрых полминуты, в которые «Четырнадцатый», наконец, остановился в десяти метрах от образовавшегося проема идеально круглой формы.

- Баттлер, мать твою! – Из проема показались первые встречающие – черно-оранжевые многоножки, чья броня несла на себе подобие огнемета.

Заработавший пулемет «Йорка» подтвердил, что Брюс жив. Старое, доброе оружие, которое еще до войны обзывали архаичным и хотели снять с вооружения. Что бы они все сейчас делали без устаревшего, древнего, надежного авиационного пулемета?

Когда черно-оранжевый завал под стеной вырос почти в человеческий рост, нашествие временно прекратилось. Перед глазами пополз индикатор процесса перезарядки вооружения. Брюс выпрыгнул из кабины «Йорка» и скрылся в проеме – почти двухметровая бронированная фигура, вооруженная до зубов. Алекс подключился к полю зрения младшего товарища и принялся терпеливо ждать, готовясь в любой момент прикрыть его – неважно, один он вернется или нет. Еще предстояло придумать, как, собственно, вывозить отсюда еще двоих человек. Вторая кабина «Четырнадцатого» - это не автомобильный салон.

###

За проломом расстилалась широкая дорожка из какого-то пористого, слабо светящегося материала, огибающая весь «стакан» изнутри и по спирали уходящая вверх, оставляя по центру обширное пустое пространство. Наверху гудело, шуршало и стрекотало целое облако ос и еще какой-то относительно мелкой «мошкары» и Брюс с трудом поборол желание выстрелить в него. Если его пока почему-то игнорируют – это несказанная удача. Он подскочил к краю дорожки и заглянул вниз – так и есть: светящаяся лента уходила вниз даже дальше, чем наверх, центральное пространство сужалось, уступая место ажурным конструкциям, отходившим от стен. А двумя витками ниже у дорожки появлялись перила. Совершенно человеческого вида. Зачем они существам, из которых половина летает, а вторая может запросто ползать по стенкам с отрицательным уклоном?

Брюс мотнул головой, выдохнул, и побежал по дорожке вниз.

Первый человек встретился ему на середине третьего витка. Когда-то крепкий, кряжистый мужик, в невообразимых обносках, пошатываясь, стоял у края и судорожно цеплялся за перила. Его безудержно рвало.

Драгоценное время уходило стремительно, двумя витками ниже уже видно было какое-то нехорошее шевеление, мелькали яркие фосфорецирующие пятна – оранжевые, сиреневые, желтые – к пролому неторопливо направлялось подкрепление. Только что проблевавшийся источник информации сначала попытался пробить кулаками нагрудник брони, потом, когда Брюс его поймал за руки и выматерил, сообразил, что перед ним человек, и теперь очень быстро и очень путано говорил – на английском, с выраженным испанским акцентом – безумно тараща глаза и брызгая слюной.

Брюс ухитрился понять почти все. Там понимать-то было особенно нечего – два или три десятка гражданских, исключительно молодых мужчин, содержались внизу, уже давно, иногда их заставляли что-то делать – что-то, повергавшее мужика в ужас - иногда оставляли в покое, кормили плохо… но суть была не в этом. За истекший месяц новых людей среди пленных не появлялось. Тем более, женщин.

Мужик был слишком взволнован, чтобы пытаться его расспрашивать, и все махал руками, выкрикивая одно и то же.

- Посылай его наверх, - посоветовал Алекс. – Пусть хоть идет, хоть ползет, хоть как. И остальных, кого встретишь, гони сюда. Не нравится мне это затишье…

Следующий человек, встреченный уже ниже уровня земли, когда от спиральной дорожки начали отходить длинные коридоры вглубь скального основания, одет был аккуратно, хотя и странновато, не кричал, не блевал и не дергался. Он стоял прямо на середине дорожки и целился в приближающегося волонтера из гранатомета. Пришлось стрелять первым, и человек упал, а Брюс побежал дальше. Его самого начинала уже тревожить пустота в муравейнике и бездействие насекомых, клубящихся под куполом.

Еще витком ниже пришлось ненадолго остановиться: он врезался в толпу оборванцев, похожих на первого встреченного. Люди стояли, как-то квело озираясь, пошатываясь и даже не переговариваясь. Вылитые зомби, с опущенными головами и повисшими вдоль тела руками. Пришлось гнать их наверх, как стадо, добрых полвитка, пока они, наконец, не побежали сами, запинаясь, падая, снова поднимаясь, но на ходу приходя в себя.

И только еще витком ниже ему снова встретились многоножки, но как-то странно – ни одна не пыталась его атаковать, даже когда Брюс открыл огонь.

- Что за чертовщина? – завопил Брюс в пространство. Судя по тому, что в этом самом внутреннем пространстве системы связи “ARK” было слышно – Стэн и Кора были слишком заняты, чтобы отвечать, а Алекс сам ничего не понимал. Самый очевидный вариант и называть было незачем. Оставив позади очередной завал из черно-оранжевых, кое-где еще подергивающихся тушек, Брюс побежал дальше. Если это действительно ловушка – то он все равно уже вляпался по самое дальше некуда. На выходе из очередного коридора сучил ногами и вертелся муравей, какой-то новой, неизвестной породы – без крыльев и с ярким рисунком на броне. Из мерзкой головы торчал тонкий металлический прут, прямо из того, что могло бы быть глазом.

- Да сдохнешь ты уже или нет, тварь паршивая?! – словно услышав пожелание, муравей перестал крутиться, прополз на подгибающихся ногах через дорожку и канул в черном провале.

И только тут Брюс разглядел человека, прижавшегося к стене коридора и судорожно переводящего дыхание. Ну, наконец-то.

- Народ, я нашел Лэнса, - радостно завопил волонтер в эфир и поднял стекло шлема. Полдела было сделано, оставалась вторая половина. – Ты знаешь, где Клэр?

- Знаю. Не здесь, - ответил тот, как ни в чем ни бывало. – Потом объясню.

- Выбирайтесь оттуда, - напряженно сказал Стэн в эфире. – Тут черт знает что происходит!

###

Они выбрались наверх как раз вовремя, чтобы увидеть, что имел в виду командир: весь наличный состав насекомых огромным облаком висел над донышком стакана, больше не пытаясь атаковать ни «Омегу», ни «Азу», выписывающих круги на малой скорости. Осы даже не преследовали очнувшихся пленных, со всех ног удиравших по снегу в сторону недалекого леска.

- Их как-будто выключили, - озадаченно проговорила Кора, пока Лэнс карабкался по фюзеляжу «Четырнадцатого», а Брюс запрыгивал в кабину «Йорка».

- Включите радио, - посоветовал Алекс. – Лэнс, кажется, хочет что-то сказать.

Без «Дэйты», без брони, без умного шлема, Иеро никак иначе не смог бы сейчас поговорить с товарищами, с головой загруженными в визуал.

- Ну? – Стэн включился первым. – Где Клэр? Что с ней вообще?

- Нигде, - очень ровным голосом ответил Лэнсер. – С ней все хорошо. Она – местная командующая. Поэтому они больше и не нападают. Мы ей нужны живыми.

И замолчал, не реагируя на поднявшийся в эфире шум.

###

Они вывалились из воронки, увидели внизу знакомое поле, только теперь заставленное самолетами полностью, и тут связь ожила. Да еще как.

- Шеппард, твою мать, ты какого хера вытворяешь? Щенок… – полковник Гатчински неизящно, невозвышенно и совершенно не по уставу орал. Матом. Поминая всю родню Стэна до восьмого колена. Интенсивность табуированных высказываний в единицу времени стремилась к рекордно высокой, и с изобретательностью у полковника проблем не оказалось. Проблемы у него оказались с выдержкой. К счастью, в его страстной речи пока не мелькало слов типа «трибунал» или «под суд».

- Какая встреча, - пробормотал Лэнсер, ненадолго выходя из своего ступора. – Никогда не думал, что услышу, как ты получаешь по ушам за нарушение устава.

Общий звуковой канал затих, чтобы спустя секунду, Блэр скомандовал:

- Всем, кроме группы Шеппарда, уйти с канала.

- Есть, сэр, - вразнобой отозвались несколько голосов. Остальные, видимо, последовали приказу молча.

- Мы возвращаемся на базу согласно переданным вами координатам, - начал, было, Стэн, но полковник его перебил.

- С чего бы это? Вы, мать вашу, все пятеро, сейчас садитесь и подробно все разъясняете. А уж потом летите на базу. И 12-й свой забираете, нафига она мне тут, и так не повернуться.

Судя по количеству машин внизу, штурмовиков вызвали сюда значительно раньше запланированного. И, весьма вероятно, что из-за исчезнувшей у всех на глазах мобильной группы. Мелькнула на секунду шальная мысль не подчиниться, но Стэн подавил ее в зародыше.

- Брюс, Кора, вы первые на посадку. Алекс, ты следующий. Я последним.

Сели они, как на параде, образовав безупречную линию с брошенной в поле «Дэйтой». И у них было около пары минут, чтобы сообразить, что врать, пока Блэр отключится от системы, вылезет из кабины своего «Дракона» и прискачет к ним.

- Говорить будем правду, - сразу пресек Стэн полет фантазии дорогих подчиненных. – Это важно. Если кто-то кроме нас еще на такое способен – это здорово помогло бы в зачистке.

- Это если не считать того, что весь муравейник сейчас стоит на ушах, - заметил Лэнсер. – И ждет.

- Ты вообще сиди тихо, - посоветовал Алекс. – Тебе еще «Дэйту» до базы вести, а тебя штормит, как с литра спирта.

Полковник уложился в полторы минуты. По полю он буквально бежал. Бегать в унтах и зимнем обмундировании по сугробам не очень удобно, но он справился. А подбежав, огорошил странной просьбой:

- Ты… Как там тебя? Сегард? Руку дай.

Лэнсер деревянным движением протянул руку ладонью вверх. Полковник схватил его за запястье и, неожиданно для всех, воткнул Лэнсеру в ладонь иголку.

- Что происходит? – заинтересовался Стэн, начиная опасаться, не повредился ли старший по званию в рассудке от бешенства. Он и с самого начала не казался особенно уравновешенным.

- Он проверяет, не заменили ли меня инсэнтом, - отсутствующим тоном Иеро, заслужив уважительный кивок. Блэр замер на несколько секунд, глядя, как на месте укола выступает темно-красная капля. Кровь как кровь. Ничего особенного.

- Чисто, - кивнул полковник, с недоверием разглядывая начавший засыхать кровяной шарик. – Ну что, Шеппард. Повезло тебе. Победителей, как водится, не судят.

Он выпустил запястье Лэнса, и тот незамедлительно вытер руку об одежду.

- Рассказывайте. Сегард, сначала ты.

Лэнсер медленно кивнул.

- Значит, вы уже знаете, что они бывают, как люди.

- Знаем. Их таких в Европе было много. На базе объяснят. Что там у них есть?

- В муравейнике? Псевдо-людей там немного. От силы трое или четверо… считая того, которого Брюс завалил. – Клэр он не упомянул. - Муравьев дюжины четыре. Остальные – осы, их там целый рой. И многоножки кишмя кишат. Насколько я понял – это не военная база, скорее исследовательская. И «людей» из своих они там же делают.

- Все еще исследуют пленных? – полковник, похоже, знал о происходящем куда больше Стэна и компании. Может быть, если бы они знали это раньше, им не пришлось бы рисковать. И Лэнс не провел бы в муравейнике столько времени.

- Массово – нет. Им нужны какие-то отдельные экземпляры. Преимущественно это оказываются наши… военные или партизаны какие-нибудь. Они исследуют психику, - Лэнсер поморщился, - в общем, разными способами.

Кора покосилась на приятеля и сделала шаг поближе. Словно на случай, если он сейчас рухнет.

- Есть предположения, где находится муравейник?

На этот раз взял слово Стэн.

- У нас есть точные навигационные данные, - сообщил он.

- Все-таки башка у тебя варит, - к Блэру вернулось душевное равновесие. – Ну и везучий ты сукин сын. Если б мои проводники уже такого не делали, так хрен бы я тебе поверил, и мариновались бы вы тут под арестом, пока за вами бы из штаба не прибыли.

- Ваши… кто?! – не выдержал Брюс и Стэн порадовался, что юный волонтер его опередил: а то бы он сам задал этот вопрос и таким же обалдевшим тоном.

- Да, нам всем интересно, - подтвердил Алекс.

- Проводники, - ухмыльнулся полковник. – Люди, умеющие проходить через воронки. Такие же, короче, как вы. И как я. Вон, отдыхают.

И он махнул рукой в сторону четырех истребителей, выделявшихся на фоне неуклюжих с виду штурмовиков. Как минимум два из них – «Хаген» и «Патрик» - были прекрасно знакомы всей группе.

- В общем, с благополучным возвращением. И примите соболезнования по поводу судьбы вашей медички. А теперь убирайтесь отсюда к чертовой бабушке. То есть, на «Элис». Я передам им, чтобы подготовили операционную… может понадобиться.

Не дожидаясь ответа, он развернулся на пятках и неторопливо отправился к своим, глазевшим на сцену издали.

- Ты как? Полетишь пассажиром или сможешь сам? Вручную-то? – поинтересовалась Кора у Лэнса.

- Идите все к черту, - нелюбезно отозвался тот. – Где моя «Дэйта»?

###

Как командира группы Стэна допустили в госпиталь, но увидеться с подчиненным не получилось. Тот спал, и, со слов медиков, занимался этим примерно четвертые сутки кряду. Шеппарду было дозволено только через стеклянную стену бокса полюбоваться на это малоинформативное зрелище. С виду никаких серьезных отличий не наблюдалось: Лэнсер как Лэнсер, разве что коротко остриженный. Стэн, было, ухмыльнулся, представив, какой хай тот поднимет по этому поводу, как только очнется, и тут же охота смеяться пропала: кто сказал, что он вообще очнется? Врачи, во всяком случае, по этому поводу ничего обещать не могли, о чем честно и сообщали.

Сероватое марево вокруг фигуры спящего тоже уже не казалось чем-то необычным – с момента первого прохода через портал, Стэн уже привык видеть подобное сплошь и рядом – серым ореолом были окружены товарищи по команде, добрая половина населения базы, часто им же окутывались самолеты, а уж инсэнтов и вовсе окружало серое грозовое облако. Сейчас с этим разбираться было некогда, хотя и следовало бы. Но вот через две недели группу обещали отправить обратно в Китченер, там времени будет, хоть отбавляй.

- И чего ты на него пялишься? – невежливо поинтересовались рядом. Как уже знакомый белобрысый полковник ухитрился так беззвучно материализоваться рядом, да как он вообще здесь оказался, осталось тайной. Отвечать не хотелось – этот тип Стэну не очень нравился с первой же встречи. Впрочем, тому, кажется, ответа и не требовалось.

- Очухается твой гаврик, никуда не денется. Только от того, что ты будешь тут торчать и его гипнотизировать – вряд ли быстрее.

Желание рявкнуть что-нибудь некорректное Стэн успешно подавил: помогло уважение к старшему по званию, даже если он ведет себя как гопник.

- Хотел бы я быть в этом так же уверен.

Блэр уже знакомым манером склонил голову на бок, критически посмотрел сначала на лейтенанта бодрствующего, потом на лейтенанта спящего.

- Он же у тебя говорил даже. Уже после муравейника. Мои двое какими оттуда вынули, такими остались – один мычит и под себя ходит, второй рычит и на всех бросается. А этот – просто спит, эка невидаль. И потом – у него же фон нормальный.

- «Фон»? – медленно переспросил Стэн.

- Фон, - подтвердил штурмовик. – Ты же видишь вокруг него… ну, свечение? Или, наоборот, дымку? Как на воронках?

- Серую?

- Да хоть зеленую в крапинку – цвет всем разный мерещится.

- Вижу, - согласился Стэн.

- Ну? И она равномерная и чуть пульсирует?

- Э-э… Ну да.

- А инсэнтский фон замечал когда-нибудь?

- Замечал.

- Ну так и что, лейтенант, сравнить-то слабо? Я тебе по одному фону могу сказать: он не инсэнт, он здоров, и как только выспится – очухается в лучшем виде, никуда не денется.

- Это как-то… эфемерно.

- А ты в морг сходи. Там тебе неэфемерное покажут. Только сильно не радуйся, как сравнишь, - выражение лица полковника стало кислым. – В следующий раз ты его увидишь через пару месяцев.

Стэну совершенно не хотелось поддерживать эту беседу. Но он все-таки спросил:

- Это еще почему?

- Из-за этого случая ученые на ушах стоят ровно с того момента, как ты доложил о возвращении. Им, видите ли, мерещится какой-то шанс, мать их за ногу… Ладно. Иди, собери своих. Мне высочайше велено, чтоб им, провести вам, таким рисковым, небольшой инструктаж. Чтоб не совались больше куда ни попадя.

###

Очнувшись, Лэнсер некоторое время рассматривал потолок. Потолок выглядел почти точно так же, как на «Монреале». Такая же длинная лампа, даже так же противно мигающая и потрескивающая. Только вот плафон другой. Помимо потолка и лампы, странностей хватало. Во-первых, противно ныло слева, под ребрами. Во-вторых – больше нигде и ничего не болело. Так что, скорее всего, это вовсе не реальность, а очередной фантом. Не первый и не последний. Первый раз, очнувшись в пустующем школьном классе на «Фортресс-6», он чуть не сошел с ума, пытаясь понять, что ему померещилось – заснеженный городок Китченер на оккупированной Земле, или же родная станция, каждый закоулок которой он знал, как свои пять пальцев. Только то, что на станции не было ни одной живой души, подсказало, где реальность, а где бред. Как инсэнты это делают, и, главное, зачем, он не знал, и сейчас его это даже не очень интересовало, но они с легкостью моделировали для него любую картинку из его прошлого… а потом и вообще любую. События, места, люди, ощущения – все это казалось реальным, вплоть до запахов и болевых ощущений. «Фортресс-6», база «Монреаль», тот злополучный город на юге, с мирными жителями редкой паскудности, уничтоженная эскадрилья «А6», снова гибнущая у него на глазах, незнакомый пейзаж со слишком большой Луной, и, наконец, черная пустота, в которой не было вообще ничего, кроме легкого сквозняка. Последней было больше всего и через некоторое время нахождения там Лэнсер начинал разговаривать сам с собой, орать или ругаться, просто чтобы убедиться, что он вообще еще существует.

Реальность муравейника была хуже любого фантома. Просто потому, что была реальностью. Хотя тоже не всегда. Особенно обидно было, когда Иеро удалось бежать – а потом он очнулся, лежа на столе и глядя в сияющий потолок и понял, что это опять была липа.

Итак, лампа. С одной стороны, обычная лампа дневного света. Но плафон не тот. С другой стороны, на «Монреале» плитка на потолке белая, а здесь – бежевая. С третьей стороны, он же не может быть на базе. Ну никак.

- Вообще-то, это реальность, - проговорил незнакомый голос справа.

Лэнсер повернул голову на звук. Увидел белую больничную стену, у которой стоял самый обычный стул. На стуле сидел невысокий белобрысый тип, не отводящий глаз от какой-то электронной игрушки. Одетый в камуфляж и с полковничьими нашивками на левом рукаве. Совершенно незнакомый полковник ВВС Сил Обороны – это слишком даже для галлюцинации. К тому же, пространство вокруг него явственно отливало ядовито-сиреневым. Этот сиреневый цвет Иеро просто преследовал в муравейнике – со временем он убедился, что это еще одна галлюцинация, только накладывающаяся на реальность, а не отдельная.

- Что? – растерянно переспросил пилот.

- Ничего, - полковник выключил игрушку и сунул в нагрудный карман. – Что слышал. Это не галлюцинация и не очередной инсэнтский тест, тебя вытащили из муравейника вот уже неделю назад, и если ты это не вспомнишь сам, придется тебе напомнить.

У него был забавный акцент: сглатывал гласные, как-будто очень торопился выпалить слово целиком. Лэнсер продолжал молча его рассматривать, выискивая несоответствия.

- Тупишь, - неодобрительно констатировал полковник. – Дело было так: твоя группа, во главе с твоим командиром, внезапно открыла в себе паранормальные способности, точнее, это они так думали. И ломанулись в муравейник через инсэнтский же портал. Ломанулись, как орава малолетних дебилов – без данных и планов, очертя голову, буром, как на буфет. Просто чудо какое-то, что они тебя оттуда достали, а не рядышком с тобой глючить обосновались. Дуракам, говорят, везет.

- Стэн. Без плана. Очертя голову. Не верю.

- Ага. Из ряда вон выходящее событие.

Что-то такое вспоминалось. Например, мат этого вот полковника в эфире, потом фокус с булавкой… И еще восхитительное зрелище «Йорка», стоящего наполовину внутри муравейника. Черт, я ведь даже долетел до базы! Только это не «Монреаль».

- Вижу, вспомнил.

- Не совсем, - честно признался Лэнсер и осторожно попытался сесть. У него это даже получилось.

- А эт не суть, успеешь еще. И, раз вспомнил, дай-ка я тебя просвещу. Если вкратце: мы с тобой, парень, в жопе. Не такой, конечно, как ты был неделю назад, но преизрядной.

- Обнадеживает, - пробормотал Иеро. – Скажите хоть, как вас зовут, что ли?

- Блэр меня зовут. И я на «ты». Со всеми, по возможности.

- Ага, - Лэнсер подтянул подушку и устроился на койке поудобнее. – Итак, мы остановились на жопе.

- На ней. Суть такова: кроме тебя у нас есть два живых бойца, которых вынули из разных муравейников после экспериментов. Один только мычит и ходит под себя. От другого удалось кое-что узнать, так, обрывками, например, про тесты эти их. Я так понял, что они моделируют человеку ситуацию и смотрят, как он будет выкручиваться. Ну, вроде как мышек белых по лабиринту гоняют, только с меньшими затратами – все в твоих же мозгах происходит – и без риска потерять подопытный экземпляр. Больше от него ничего добиться нельзя – говорит он бессвязно, отрывочно и редко, все больше на людей бросается и рычит. Ну и, наконец, ты. Никто не знает, что они с тобой делали. Врачи могут только сказать, что недавно у тебя было воспаление легких, никак не укладывающееся во временные рамки, да посчитать мелкие и не очень травмы, которые ты еще мог успеть заполучить, но никак не мог успеть вылечить. Но сейчас ты почти идеально здоров.

- Это плохо?

- Смотря как взглянуть. Ты здоров, ты почти нормален, если не считать изменений пигментации волос, ты человек, в конце концов – но при этом сканер от тебя клинит, и показания за горизонт улетают. Причем трюк с пигментацией у тебя, судя по всему, врожденный. В общем, тут уже собрались с Евразии ученые подтянуться, посмотреть на такое чудо чудное.

Пожалуй, Блэр выразился мягковато. «Жопа» - это даже отдаленно не описывало ситуацию. Как ни странно, эмоций происходящее не вызывало почти никаких. Умом Лэнсер понимал, что дело плохо. Но даже расстроиться не мог, настолько ему было все равно.

- То есть, ты будешь сидеть в госпитале до упора, сослуживцев видеть в перерывах между их миссиями, когда их к тебе пускать будут, а ученые идиоты будут пытаться понять, что же с тобой случилось. Я это уже проходил, и мне не понравилось совершенно.

- Не хуже тех тестов, - равнодушно подытожил Лэнсер. – Польза-то будет какая-нибудь?

- Сомневаюсь, - ворчливо ответил полковник. – Чай, не Королев с Абрахамом с того света приедут. Знаю я их, интеллектуалов, практического толку от них ноль целых хрен десятых. Теперь часть, которую ты пропустил: выяснилось, что человек тоже может пройти инсэнтским порталом. Портал, если ты не в курсе – это вот та дырень в небе, через которую тебя притащили в муравейник, я не верю, что ты ее не видел. Так вот, люди могут по ним ходить. Но не все. Я могу. Вольф и Дебуа, ко мне приписанные, могут. Ребята с «Манитобы», сколько их там осталось, могут. Шеппард твой и компания – тоже могут. А вот штурмовики мои – ни хрена. И бомберы из Африки – тоже не могут. И я уже чуть не надорвался нахрен, таская через эти порталы войска то из Монголии, то из Сомали.

- Думаете, я тоже могу? – вяло поинтересовался Лэнсер.

- Да я не думаю, я знаю. Поэтому и предлагаю: я могу забрать тебя отсюда и научить разбираться со всей этой хренью. У меня карт-бланш от Суворова персонально, если уж ради этого у меня забрали мой же полк. Я тут могу что угодно делать, при условии, что подготовлю хотя бы еще одного хорошего проводника для Канады. По-хорошему, конечно, учить следовало бы всех, так ведь возможности нет, это ж займет, пожалуй, пару месяцев.

- И почему именно я? А не, скажем, тот же Стэн. У него того… психика стабильнее.

- Так я ж сказал, - пояснил Блэр. – Сканер от тебя клинит, а не от Стэна. Не знаю уж, что тараканы хотели из тебя сделать, но думаю, что хорошо было бы повернуть это против них. До кучи, ты все равно временно выбыл из строя, тебе тут же и контузию твою припомнят, и все, с нею связанное, и допуска на управление симбионтом ты от них не допросишься. А так – и оклемаешься, и научишься, потом вернешься к своим – ученые, к тому моменту, проматерятся и успокоятся, командованию результаты важнее научных изысканий, и, если честно, сейчас не до них.

Вообще-то, таких вещей, то есть, фальшивого выбора, Лэнсер не любил. И не любил сильно. Настолько, что даже сейчас ему захотелось немедленно дать собеседнику в морду, послать подальше и пойти разбираться.

- Мне бы на твоем месте тоже не понравилось, - заверил полковник. Что он, телепат, что ли? – Но что делать-то, если иначе никак не вытанцовывается?

- У вас что, с учеными соревнование? Кто первый успеет?

Блэр несолидно фыркнул.

- Да нет, не соревнование. Просто очень хочется их обломать. Мелкая, понимаешь ли, мстительность.

Пожалуй, он начинал Лэнсеру нравиться.

- Святое дело, - Иеро понимающе кивнул. – Грех не помочь.

###

Скандал разразился утром. Мишель в пять часов утра проснулась от настойчивого трезвона – кто-то желал общаться. Очень настойчиво. На проводе оказалась девочка, дежурная по «тюремному блоку». И она была в панике. Захлебываясь рыданиями, она пыталась что-то сказать, но выходило только невнятное бормотание, перемежаемое всхлипами.

«Где, черт бы ее побрал, Ким и почему я должна разбираться с ее сотрудниками?»

Велев дежурной успокоиться, сосчитать про себя до десяти и потом изложить заново, Мишель торопливо оделась и уселась перед терминалом.

- И в стене дырка, шкаф отодвинут – и нету никого! Ни тех двоих, ни Лемье, ни даже этого, с поверхности! А до Ким не дозвониться, и Уолтер тоже куда-то пропал, а я не знаю… - сбивчиво тараторила Келли.

История, изложенная зареванной дежурной, выходила премерзкой. Девушка, как обычно, заснула на рабочем месте, понадеявшись, что сигнал тревоги, если что-то случится, ее разбудит. Но тревоги не было. И, пока девушка спала, то ли гости, то ли Баттлер, а может, и Лемье, отодвинули шкаф, закрывавший вход в одну из старых лифтовых шахт, открыли как-то двери – и исчезли бесследно. Келли, конечно, как только проснулась и обнаружила, что в холле стало одним лифтом больше, попыталась связаться с руководством, но ни Ким, ни эксперт трубку не брали.

Мишель мрачно вздохнула. Видимо, как всегда никого не поставив в известность, Ким выполняла свое обещание отвлечь подполковника Шеппарда от происходящего в городе. И это предсказуемо оборачивалось неприятностями.

- Остальные пациенты на месте?

- Нет, - судорожно всхлипнула Келли. – Трой тоже пропал! Но дверь в третьем блоке была закрыта! И взлома нет…

«Поубивала бы!»

- Ничего не трогай. Переведи контроль доступа в ручной режим – и никого, кроме дневной смены, не впускай. И, тем более, не выпускай.

Толку-то, если пациенты ушли в шахту и теперь плутают где-то в хитросплетении технических ходов? Если они там заблудятся, их мумии можно будет найти лет через пять, и то при известном везении.

Келли кивнула и снова шмыгнула носом.

- А и не получится никого впустить, - борясь со слезами прогнусавила девушка. – Они лифты шкафом задвинули... а мне его не оттащить!

- Я скоро буду, - утешила ее Мишель и дала отбой. Надо было позвонить Дагу и попросить и его об услуге. Конечно, можно было напрямую сообщить охране и перекрыть все входы и выходы из города. Но для этого потребуется санкция городского Совета. Совет в полном составе, от мысли, что вот-вот прямо к ним в теплую квартирку завалятся неизвестно чем больные «гости», в компании с дикарем сверху и мятежником, неминуемо впадет в панику, потом затеет обсуждение длительностью часа на четыре – и за это время уже может случиться вообще все, что угодно. Проще попросить Дага. И если и будить коллег по Совету, то, уже имея точные данные о том кого, где и на каком выходе из города надо искать. Если, конечно, они попытаются воспользоваться штатными выходами. В другом случае придется все-таки вовлекать во все это Михалева и Стюарта, у которых и так дел по горло и которых отвлекать, не имея точных данных, просто бесчеловечно.

Поймав себя на том, что искренне желает всем четверым беглецам (или пятерым, если считать Троя?) благополучно убраться куда подальше и избавить ее, заведующую системой здравоохранения, от всей этой гадкой ерунды, Мишель фыркнула и снова сняла трубку. Искать Дагласа в пять утра в сети было бы пустой затеей.

К половине шестого она уже знала, что ни на одном выходе из города не происходило ничего из ряда вон выходящего. В начале первого уехала Ким со своими «строителями». Убыли на двух машинах через один из складов, без странностей. В два часа ночи сменились посты охраны вентиляционных шахт и прочих внешних объектов – тоже без происшествий.

Значит, все пропавшие сейчас плутают по техническим ходам.

Госпожа Сандерс сосчитала до десяти, потом повторила в обратном порядке и взяла себя в руки. С «гостями» ушел Лемье. С одной стороны – это хорошо. Банда, которую он возглавлял во время знаменитого мятежа, перемещалась по техничке совершенно свободно. То есть, они не заблудятся, и, к тому же, будут идти медленно. С другой стороны – это очень скверно. Мишель не питала иллюзий, что Джон Анри обладает хотя бы зачатками патриотизма по отношению к городу. И уж тем более не испытывает нежных чувств не только к персоналу исследовательского центра, но и ко всей городской верхушке, а то и ко всем горожанам разом. Ах, да. Еще же Баттлер. Тоже предубежденный против города и горожан, только с другой стороны. И Трой… С Троем картина происходящего вообще переставала складываться: если они побывали в третьем блоке, почему не забрали и остальных двоих? И как попали внутрь, не взломав дверь?

Последний вопрос напомнил о давешнем разговоре. Был ведь еще загадочный диверсант. Который тоже мог преподнести гостям совсем другой взгляд на ситуацию. И, вернее всего, уже преподнес, иначе с чего бы им вдруг собираться вместе и бежать. Не из чистого же любопытства. И хорошо, если они намерены просто уйти из города, а не отомстить. Кажется, хочешь, не хочешь, а Стюарта придется будить, пока на техничке что-нибудь не случилось. Зная Лемье, можно было предположить что угодно, хоть отключение электроэнергии на нижнем уровне.

А еще надо быстро пересчитать весь персонал центра и выяснить, кто из них пропал. И сделать это без помощи со стороны. Но Михалева тоже придется разбудить.

Кир Стюарт к телефону не подходил. Больше минуты Мишель слушала длинные гудки, пока не убедилась, что телефона начальник службы технической безопасности попросту не слышит. Она перебрала в памяти последние городские события – может, Кир днюет и ночует на каком-нибудь аварийном объекте – и поняла, что, увлекшись деятельностью Центра, совсем упустила из виду происходящее в остальном городе и теперь понятия не имеет, где Стюарт может болтаться в пять утра, или после чего отсыпаться, отключив телефон.

Михалев отозвался быстрее, после пятого гудка. Правда, первую минуту все равно ничего не соображал и проснулся окончательно, только после того, как Мишель гаркнула в трубку «Лемье бежал!». Кто такой Джон Анри Лемье начальнику городской полиции объяснять было не нужно: именно Майклу Михалеву пришлось спешно перекраивать всю структуру своего подразделения, чтобы дать достойный отпор гуляющей по техничке банде и вернуть в город привычную безопасность.

- Доигрались, черт бы вас побрал! – выругался коп, после чего, к тихой радости Мишель, перешел к более конструктивным рассуждениям. Да, он помнит про карантин, но в сложившихся обстоятельствах придется рискнуть. И до Стюарта он сейчас доберется сам и разбудит хоть пинками, а по пути запросит отчеты мониторинга технической безопасности, но на них особенно рассчитывать нечего, Кир уже два года талдычит Совету, что у него медленно умирает оборудование, ему уже почти нечем латать дыры в системах и скоро он потеряет контроль над изнанкой города, а средств все равно нет.

- Я буду на административном этаже Центра, - сообщила ему Мишель. – В кабинете Готье. Звоните туда с любыми результатами.

Ей могли сколько угодно не нравиться убеждения, воззрения и методы обоих безопасников, но на них, хотя бы, можно было положиться. В отличие от остального Совета. Жаль, что охраной внешнего периметра занимался не Михалев, а ставленник мэра, Мэтчо. Теперь проблем не избежать…

Первым, что бросилось в глаза в кабинете Ким, был перевернутый сейф. Худшие опасения подтверждались – оружие гостей исчезло. Да даже без оружия люди, способные уронить вмурованную в бетон тумбу, представляли огромную опасность.

«Господи, о чем мы думали, затевая игры с этими пришельцами?»

На этот раз Стюарт взял трубку. Как и предполагалось, Майкл был уже у него – и оба отреагировали на известие о том, что гости вооружены, одинаково мрачно.

Собирать весь персонал Центра не имело смысла – если диверсант и существовал, то он просто обязан оказаться среди тех двух смен, которые контактировали с гостями. Ночная смена, за исключением Келли, запертой в «тюремном блоке», обнаружилась сладко спящей в комнате отдыха административного этажа. Ну да. В случае проблем с любым из пациентов, Келли должна была их вызвать… ну, и чем бы они ей помогли, даже если бы она и не проспала все на свете?

Медики просыпались и приходили в сознание быстрее, сказывалась специфика работы. Старший смены сразу же убежал в кабинет Ким – вызывать дневную смену и ординатора, приставленного к Лемье. Остальные столпились в холле, по очереди заглядывая в темную шахту, зияющую за гостеприимно распахнутыми дверями грузового лифта.

- Что, прям туда и ушли?

- Да ты с ума сошла, что ли? А Лемье они что, на веревочке туда спускали? А Трой? Он же только ржет и рыдает…

- Зато Трой ходит своими ногами.

- Трой тут вообще не причем, его наверняка Ким забрала – Уолтер с ним весь вечер что-то мудрил. Небось, опять на местность выехали.

Мишель вслушивалась в доносящиеся до нее обрывки оживленного обсуждения, тупо глядя на рассыпавшиеся из сейфа бумаги. Что, кроме оружия, они могли оттуда забрать? Где эта чертова идиотка Готье хранит свою документацию, и поняли ли они в ней хоть слово? Если до Шеппарда дойдут хоть какие-нибудь из этих бумаг, городу конец.

Сделав над собой усилие, госпожа Сандерс встряхнулась, как мокрая кошка, подошла к сейфу и открыла первую же папку. Там оказались списки препаратов строгой отчетности и от сердца немного отлегло. Вторая папка тоже ничего криминального не содержала. В третьей, с самого верха, лежала большая цветная фотография Клэр. Военврач взирала с куска картона строго и невозмутимо, толстая коса перекинута через плечо, на заднем плане какая-то зелень. От нехорошего предчувствия у Мишель екнуло сердце. Ощутив противную слабость, она уселась на подлокотник покосившегося кресла, прислонилась спиной к перевернутому сейфу и перелистнула страницу.

Досье было подробным. С копиями армейских документов, выписками из личного дела, медицинскими заключениями. А также с личными наблюдениями каких-то неизвестных Мишель людей, фрагментами чьей-то переписки и огромным количеством фотоматериалов.

«Откуда это здесь?» - голоса все еще спорящих в холле медиков стали доноситься, как сквозь вату. Кто и когда собрал для Ким эти материалы? Кто и когда мог передать ей копии документов для служебного пользования? Военные округа «Виннипег» этого точно не делали. Перебежчики? Или надо брать выше и Шеппарду подложило свинью его же собственное начальство? И даже если так – при чем тут Клэр? Почему именно она?

Ответ нашелся в копии медицинской карты Клэр Сегард (Ларош), на самых последних листах. Мишель автоматически перелистывала страницы, когда взгляд ее уперся в строку в почти стандартном бланке анализа крови. «Содержание гемоцианина» - было приписано от руки к типографским строкам бланка. И цифра.

Гемоцианин означал, что кровь Клэр на воздухе приобретала синий оттенок. Одна из группы Шеппарда была инсэнтом. И военные об этом знали.

- Госпожа Сандерс! – окликнули Мишель от дверей. И, похоже, не в первый раз. – Госпожа Сандерс, дневная смена пришла. И там еще из технической безопасности сверху спрашивают, можно ли им спуститься по шахте?

Кажется, за неимением других руководящих работников, этот кризис предстояло разрешать заведующей городским госпиталем. Мишель связала аккуратным бантиком потрепанные завязки, сунула папку под мышку и решительно встала.

- Очень хорошо. Соберите всех в конференц-зале, пока я разговариваю с техниками.

###

Кофе, который Аико предложили, когда стало ясно, что идти спать уже не имеет смысла, был крепким. Очень крепким, горячим и натуральным. На этом его достоинства исчерпывались. Кто-то терпеливо обжарил вручную зерна отнюдь не лучшего качества, добиваясь хоть сколько-нибудь приличного вкуса. Довольно удачно.

В Канаде не растет кофе. Представить невозможно, откуда они его вообще берут, какое уж тут качество.

К пяти утра они обговорили почти все дальнейшие действия. Немедленно штурмовать город Стэн не собирался, озабоченно пояснив, что максимум гражданского населения ему хотелось бы сохранить живым и здоровым. Он собирался просто начать выкручивать руки городскому совету, возможно, угрожая силой. Сразу после того, как Аико проведет свои переговоры и либо заберет своих паданцев, либо убедится, что отдавать их ей не собираются.

Новости, поступившие от Джайка, ничего в общей картине не изменили: он скупо доложил, что Лэнсер с Корой вернулись во флаер и что следующей целью выбран инфекционный блок городского госпиталя. Собранные данные, по мнению Саймена, явственно указывали, что к настоящему инфекционному отделению эта часть города если и имеет отношение, то только косвенное.

Шеппард при этом известии только руками развел, не сочтя нужным даже сказать что-нибудь, освященное временем, вроде «Ну, я же говорил». Он по-прежнему обращался к Аико на «Вы», но остатки официальности из разговора исчезли окончательно.

Задача номер один находилась в процессе решения и, воспользовавшись моментом, Аико осторожно сворачивала разговор к решению задачи номер два.

- Мне бы хотелось знать, насколько мы ограничены временем, - проговорила она.

- Времени у нас – вагон и маленькая тележка, - сообщил Александр Борисович. – По крайней мере, пока горожане не паникуют. Вот когда запаникуют – придется пошевеливаться.

- Я имела в виду, - Аико поставила чашку и по очереди оглядела обоих собеседников, - не закроется ли наш портал к тому времени.

- А! – Инженер, сидевший в одном из ложементов, провел рукой по сенсорному полю. На центральном экране возникла карта местности, покрытая разноцветными пятнами и линиями. – Нет, не закроется. Вот, смотрите… - Ярко-синяя точка, расположенная неподалеку от ниточки проселочной дороги, рывком приблизилась, разрастаясь в огромное пятно неправильной формы.

Пятно напоминало воронку гиперпрыжкового портала с солидной вмятиной сбоку. Кажется, оно даже вращалось, ровно пульсируя.

- Он стабильный, - пояснил Стэн. – По крайней мере, теперь стабильный. Вы говорили, что вы – не специалист, госпожа Амикава. Поэтому я не буду спрашивать, как вам это удалось.

- Это вас настораживает? – прямо спросила Аико. Следовало пользоваться создавшейся атмосферой, пока можно.

- Конечно, - вместо подполковника ответил инженер. – Вас, кстати, тоже должно бы. И, не дожидаясь риторического вопроса «Почему», продолжил. – Суть в том, что открывать, закрывать и настраивать порталы умеют только представители расы инсэнтов и больше никто. Надеюсь, хотя бы это Лэнс вам рассказывал?

Кажется, о трудностях получения информации от нынешнего консультанта НИС ИСБ его прежние сослуживцы знали не понаслышке.

Аико кивнула.

- Рассказывал. Хотя и довольно скупо. Именно он помогал нам выявлять представителей этой расы среди нашего населения.

- И как? – с непонятной интонацией спросил Стэн. – Успешно?

Интересно, что за подвох в этом простом вопросе? Или подвоха нет вовсе?

- Частично, - Аико подняла глаза на рослого собеседника и пожала плечами. – Фактически, мы только начали. И крайне заинтересованы продолжить.

- Понятно, - Стэн коротко кивнул. – Вы сможете продолжать это… выявление сами? Без помощи Лэнсера или кого-нибудь еще из наших.

- Это будет затруднительно, - уклончиво ответила исб-шница.

- Но не невозможно, - проворчал Алекс. – Я правильно понимаю?

- Правильно, - кивнула Аико. – И, тем не менее, я уполномочена просить вас о помощи.

- И как вы себе видите эту помощь? – спросил Стэн. Вопреки формулировке, вопрос был задан совершенно серьезно.

- Нам понадобится консультант. То есть, человек, который мог бы предоставлять нам информацию как о порталах, так и об инсэнтах. До сих пор этим занимался господин Сегард.

Алекс и Стэн переглянулись и синхронно кивнули – то ли друг другу, то ли Аико.

- В любом случае, - проговорил Стэн, - мне придется выделить вам проводника. И достаточно опытного, чтобы пройти кривым порталом, да еще провести вас всех. С консультантом же все намного сложнее.

- Я представляю, сколь непросто вам сделать это в сложившихся обстоятельствах, - вздохнула красавица, - и вы вправе потребовать любую компенсацию. Поверьте, если только в силу нелепой случайности она не выйдет за рамки наших этических ограничений, то в остальном, чего бы вы не попросили - это вряд ли покажется чрезмерным. Мы в сложной ситуации.

Оба собеседника почему-то помрачнели.

- Видите ли, - пояснил Стэн. - Если провести вас домой я могу приказать любому, то для того, чтобы он там остался, мне придется искать добровольца. Иначе это выйдет за рамки наших этических ограничений. Особенно если мы воспользуемся предложенной компенсацией.

- Говори проще, - посоветовал Алекс. - Не путай человека.

- Хорошо, проще, - покладисто согласился Стэн. - Если даже оставить в покое юридические приблемы, от которых в нашей ситуации можно с ума сойти, то останутся проблемы, связанные... А, да. Проще. Проще - такой обмен человека на компенсацию у некоторых может породить ассоциацию с работорговлей. Чего мы допустить не можем.

- И я даже знаю этих некоторых, - хмыкнул инженер, ткнув пальцем в сторону экрана, на котором все еще красовалось изображение, пересланное "Йорком".

- Обрисуйте мне приблизительные границы этого психологического феномена, - растерянно пробормотала японка. - Так ведь можно решить, что, например, возмездное предоставление команды любых специалистов для оказания услуг третьей стороне является работорговлей.

- Это особенности нашей ситуации. Здесь и сейчас имеется вполне примитивная работорговля. Обмен людей - в прямом виде - на какие-либо блага для главы поселения. Ну, кто там у них - мэр, старейшина, кучка выскочек - неважно. Все, что имеет схожие внешние признаки может быть расценено именно так. А мы сейчас себе возникновения у мирных жителей сомнений в нашей чистоплотности позволить не можем.

- А еще у нас вернулся первый идеалист на деревне, - напомнил Алекс. - Что может добавить и внутренних проблем.

Аико потребовалось несколько секунд, чтобы вникнуть в смысл идиомы.

- Во-первых, вы никого не обязаны посвящать в подробности нашего договора, то есть - кто кому что и за что. А первого идеалиста может убедить ваш доброволец - что делает это добровольно.

Стэн хмыкнул.

- В любом случае, это надо обдумывать. Кто-нибудь из детишек вам не подойдет. А остальные все настолько на виду, что их исчезновение будет здорово заметно... Разве что организовать у вас там дежурство вахтовым методом.

- Если это может быть учтено, то я уполномочена передать вам просьбу моего Господина, чтобы это был Иеро Сегард. Частично это решает вашу проблему с заметным исчезновением.

Алекс рассмеялся, снял свои чудовищные очки и начал протирать их неведомо откуда взявшейся салфеткой. Правое стекло было намного грязнее левого, автоматически отметила Аико.

- Зато усугубляет проблему первого идеалиста, - заметил Стэн. – Я даже не буду спрашивать, почему вам нужен именно Лэнс.

- Но это же очевидно, - пожала плечиками японка, - Он успел адаптироваться к нашей реальности, мы уже знаем, что в состоянии находить с ним общий язык. Подозреваю, что любой другой потратит немало времени на освоение.

Теперь оба уставились на нее с интересом, граничащим с невежливостью.

- Мда. Находить общий язык - это серьезно, - протянул инженер, обращаясь, скорее, к Стэну, чем к японке.

- Не, ну если он согласится - почему нет-то, - ответил Стэн. - Мало ли...

- Если не согласится, - скептически парировал Алекс, - то ты ему даже приказать не сможешь. На данном этапе. Он же тебя послал?

Аико терпеливо ждала. Это тоже была информация и не последней степени важности. Когда еще они так разговорятся при посторонних.

Стэн махнул рукой, словно отметая чьи-то возражения.

- Извините, - он снова повернулся к Аико. - Так, говорите, вы уверены, что в состоянии найти с Лэнсом общий язык?

Госпожа Амикава задумчиво слегка прикусила губку, словно подбирая слова.

- Чтобы не попасть в ловушку разночтений, давайте я перечислю вам некоторые факты, а вы сами сделаете из них выводы, возможно, после наводящих вопросов. За время, проведенное на нашей стороне портала, Лэнсер успел сработаться с полицейской командой, двух представителей которой вы имели сомнительное удовольствие узнать, - она смягчила свои слова ласковой усмешкой, - неоднократно действовал как защитник личных интересов этих людей, временами - с риском для себя. Успешно действовал в команде с нашими сотрудниками в операциях по пресечению преступлений против личности. Консультировал императорскую службу безопасности по всем вопросам, связанным с порталами и инсэнтами, и успешно, благодаря ему задержаны действительно опасные представители этой расы. Дальше - вам судить.

- И все это время он считал, что он у вас застрял, - проговорил инженер. - Надолго, если не навсегда.

- Да завязывай уже, - бросил Стэн. - Вот только рассуждений о глубине и непознаваемости мотиваций экспедиционных психов нам не хватало, в шесть-то утра.

Алекс согласно кивнул.

- Госпожа Амикава... Я, конечно, передам Лэнсу ваше предложение. Но на вашем месте не особенно рассчитывал бы, что он согласится. Ну, это помимо того, что он нам самим тут нужен.

"Если он даст тебе такую возможность," – мысленно засмеялась госпожа майор, - "как бы мне не пришлось передавать ему твои пожелания!"

Внешне, впрочем, она ничем не выдала подобных мыслей.

- Если исходить из практических соображений – то не знаю, как насчет "нужен", - заметил Алекс. - Четыре года обходились без него. Но лично я низменно и примитивно соскучился и хотя бы только поэтому предпочел бы хотя бы некоторое время наблюдать его на базе. Даже без практической пользы, что вряд ли. Даром, что теперь мне придется подбирать и настраивать под него новый ARK. Как только его угораздило «Дэйту»-то гробануть, идиота...

- Он был без сознания или почти без сознания после прохода портала. Причины мне неизвестны, - кротко заметила Аико.

Стэн нахмурился.

- Даже так? Скверно.

- Да что уж теперь - в сознании, без сознания, а машину все равно угробил, - проворчал Алекс. - Как ему еще крышу-то не сорвало окончательно от такой радости... Видите ли, госпожа Амикава, мы не зря тут вас расспрашивали насчет "находить общий язык". Лэнс - не самый лучший вариант, поверьте на слово.

- Который нас, тем не менее, полностью устраивает! - звонко засмеялась японка, утрачивая остатки своей церемонности.

- Да нас тоже, в общем-то, - сообщил инженер. - Слушайте, что вы о нем вообще знаете-то хоть?

- Ау! - Стэн помахал рукой перед носом у старшего товарища. - Ты не торопишься, нет? Он еще не согласился, сам говоришь.

- А ты сам знаешь, что уговоришь, - отмахнулся Алекс. – Причем, на что угодно.

Кажется, вопрос можно было считать решенным. С необычайной легкостью.

И опять, отметила Аико, они даже не задумываются о том, чтобы связаться со своим руководством. Что лишний раз подтверждает, что этого руководства просто нет.

И что же их убедило пойти навстречу просьбе Императора? Обещанная компенсация? Нет, в таком случае сгодился бы любой доброволец. И ведь Шеппард не просто цену набивает, нет. Он остро заинтересован в возможном сотрудничестве, хотя еще не представляет, не может представлять, масштабов помощи, которую ИСБ сможет оказать.

Доводы про незаметное исчезновение и легкую адаптацию? Если и сработали, то только частично. То, что у них каждый человек на счету – и именно без этого уже научились обходиться, так что потери будут минимальны? Тоже только отчасти.

Алекс разлил по чашкам остатки кофе из термоса, Стэн отвернулся к одному из экранов, что-то разглядывая. Люди, как люди, вроде бы. Ничего экстраординарного в их мотивах быть не должно.

- Значит, так и решим, - Шеппард снова повернулся к Аико. – Если только Лэнс не упрется в землю рогом потому, что ему там у вас сильно не понравилось. Хотя черта с два бы он от вас тогда не сбежал, как только ступил на родную землю.

Решающим фактором, поняла Аико, служило нынешнее местонахождение консультанта и то, чем он занимался. Прямо связанное с «защитой личных интересов» некоторых людей и личными же отношениями.

- А теперь, раз уж мы все равно не спим, а смена будет только в восемь, расскажите нам, что именно случилось с «Дэйтой» и в каком она сейчас состоянии, - вежливо попросил Алекс. – Это очень важный фактор.

###

Продолжение следует