Эдо, XXIX век. "Ответный визит".

- Да-а, примерно так я себе это и представлял, - высокий молодой человек спрыгнул с подножки флаера, перекинул за спину скрученный хвост густо-сиреневых волос и решительно зашагал в сторону от полицейской машины, старательно глядя себе под ноги. Даже спина его излучала сдержанный гнев.

- Они ушли? – спросила миниатюрная японка в камуфляже, фиксируя положение вещей на видео.

- Даже два раза! – рявкнул Лэнсер издалека, - Потому что изначально они сели явно не здесь!

Переход прошел настолько гладко, что Аико смогла отследить свершившийся факт только по неожиданной смене пейзажа. Впрочем, и для этого наблюдения следовало быть знатоком растительности островов-заповедников – одни деревья-гиганты сменились другими, только вот канадских кленов и тсуги на Аогасиме точно отродясь не водилось. Ведущий флаер Джайк тоже зафиксировал эту перемену и только хмыкнул, когда понял, что родной Эдо остался где-то далеко. Консультанту вести машину не доверили, так что он устроился на пассажирском месте и, казалось, дремал, чему стоило бы верить, если бы не безобразие, творящееся на экране сканера.

Небо потемнело, температура за бортом ощутимо понизилась. Лэнсер поднял голову, скучающе посмотрел на обзорный экран и пробормотал:

- Приехали. Джайк, проверь, что там с грунтом внизу – и можно на посадку... Если госпожа Амикава не возражает, конечно.

Аико оценила обстановку: флаер висел в паре метров над землей, прямо по курсу – непролазная чаща, где машина просто не прошла бы по ширине. Задний обзорный экран тоже не радовал наличием свободного пространства. Слева и справа места было чуть-чуть побольше. Внизу наблюдались заросли какого-то кустарника. С точки зрения жителя Эдо, сесть здесь было решительно негде – за повреждение зеленых насаждений по головке не погладили бы даже водителя исбэшного транспорта.

- Может, стоит поискать другое место для посадки? Где не так много растительности?

- Не думаю, - совершенно серьезно отозвался Лэнсер. – Растительность здесь никто не считает, а вот застукав нас над лесом, могут и подстрелить. Черт знает, кого сейчас носит в этом районе.

Джайк хмыкнул.

- Ты должен нам лекцию о том, кого здесь может носить и чем один отличается от другого. В ближайшее время.

- Так почему вообще садимся? – уточнила Аико.

- Почему-почему, - буркнул Лэнсер, - Вы знаете, где мы? И я тоже нет. Хотелось бы немного осмотреться, прежде чем дрова ломать.

Аико согласно кивнула, глянула на показания бортового комма и скомандовала:

Треска кустарника под решетками антигравов они не услышали.

Некоторое время после посадки все трое молча сидели, словно собираясь с силами. Аико очнулась первой.

- Я еще сама не знаю, зачем, но, наверное, стоит выйти?

- Сначала проверим очевидное...

Джайк поиграл с настройками бортового сканера и взмахом руки предложил своим спутникам полюбоваться на результат.

- Прошу. Это километров сто от нас. Маячок на борту их флаера.

- Ну, я и не надеялся, что они будут тихо сидеть перед порталом, - пробормотал Лэнсер.

- Ну... я надеялась, - сдержанным нейтральным тоном вымолвила Аико. Джайк покосился на исбэшницу и ухмыльнулся.

- Но и что их так далеко унесет, я тоже как-то не рассчитывал, - вздохнул Лэнсер. - У нас будет крайне веселая поездка. Джайк, а у тебя там ничего нет, чтобы нам быстренько подобие карты местности нарисовало?

- С земли? На сто километров? Нет.

- А жаль. Подниматься над лесом нам, определенно, не стоит, - консультант вздохнул. – Если нас заметят, получим ракету в борт.

- Нам так или иначе придется передвигаться, - возразил Джайк, - Кстати, это боевой флаер. Насчет ракеты в бок так просто я позволю себе сомневаться.

- От всех не отстреляешься, - проворчал пилот. - Видимо, первую разведку стоит осуществить пешком.

- Я не думаю, что это будет безопасно, - высказалась Аико, - Может быть, идти низко?

- Если мы сможем вывести флаер отсюда - это было бы оптимально. Нам ведь всего-то надо - добраться до них, взять обоих за шиворот и вернуться.

- Если не заботится о количестве сломанных веточек, - туманно и задумчиво протянул Джайк

- На веточки можешь смело наплевать и забыть, - посоветовал консультант.

- Тогда я не вижу достойных препятствий.

- Главное, насколько я поняла, это чтобы достойные препятствия не увидели нас, - проговорила Аико.

Чертов портал открылся ровно через полчаса после того, как габаритные огни джипа Коры растаяли в темноте.

- Вовремя она удрала, - добродушно заметил Даниель. – Ну что, слетаем, проверим?

- Я слетаю, - неожиданно охотно предложила Эльза. Дэн уловил подвох, только когда напарница, уже опуская стекло шлема, крикнула из кабины своего симбионта: - А ты встреть молодняк, как прилетят. И сообщи на базу!

И "Патрик", ARK Эльзы, покинул импровизированный микроаэродром четы Баттлер-Клеменс. Можно было бы сказать, что растаял в потемках, если бы не неизбежные и оглушительные звуковые эффекты при отбытии.

- Вот так всегда – оставила мне все самое интересное, - пробормотал себе под нос Даниель и неторопливо отправился к собственному самолету. Во-первых, посмотреть на открывшийся портал хотя бы на сканере, а во-вторых, проверить, нет ли в визуале кого-нибудь, кто поближе к базе – Дэн ужасно не любил пользоваться проводной связью, да еще с чужого терминала.

Уже в полете, оценив показания сканера, Эльза порадовалась собственной предусмотрительности – она не поленилась влезть в полную броню, хотя обычно для таких коротких полетов даже шлемом пользовалась постольку-поскольку. "Патрик" утверждал, что портал мало того, что открылся, так еще и продолжает оставаться открытым и вообще, стабилизировался в этом состоянии. Как будто еще вчера все сканеры не указывали недвусмысленно, что портал пульсирующий. Кто умеет открывать и закрывать порталы по своему пожеланию, Эльза помнила очень хорошо, и даже мимолетно подумала, не стоит ли поднять общую тревогу прямо сейчас. Но в окрестностях портала, если верить "Патрику" не наблюдалось ничего похоже на "живую" технику инсэнтов. И ни одного симбионта – тоже. А вот есть ли кто-нибудь еще, следовало попробовать определить поближе к месту событий – лес существенно сокращал прописанную в ТТХ машины 50-километровую зону обычной видимости.

Садиться пришлось на такой узкой лесной дороге, что еще лет пять-шесть назад Эльза посчитала бы это попросту невозможным. В этом она немного завидовала Алексовым "детишкам" – тем навыки по обращению с самолетом в совершенно неподходящих для этого условиях прививались сразу. Наверное, конструкторы ARK в свое время поседели бы, если бы им сказали, что их детище будет взлетать и садиться посреди густого леса, населенного пункта, болота или пашни. Хотя… Судя по тому, что при всех этих маневрах так никто с "Элис" и не убился – может, они и такую возможность заранее предусмотрели.

До портала надо было добираться пешком – он находился в добром полукилометре от дороги, и, по закону подлости, в самых густых зарослях. Эльза опустила поднятое, было, стекло шлема и пошла напролом, сверяясь с показаниями сканера, чтобы не потерять направление. Левый бедренный привод брони слегка заедало, и женщина подумала, что по возвращении надо будет попросить Алекса посмотреть, что там стряслось. На всякий случай. Ему все равно будет нечего делать, пока молодняк сломя голову будет носиться по округе…

…будничные мысли разом вылетели у нее из головы, когда стало ясно, что ей больше не приходится ломать корпусом сплетенные ветки. Потому что чуть раньше по зарослям перемещалось нечто гораздо более крупное, проложив широкий коридор. Обращение к "Патрику" ничего не дало – бортовой комп по-прежнему не регистрировал поблизости ничего, кроме деревьев, кустов и самой Эльзы.

Вариантов действий было три – немедленно вернуться в кабину "Патрика" и сообщить на базу о происходящем, дойти, все-таки, до портала и посмотреть, что творится там, и, наконец, попытаться поиграть в следопыта и вычислить хотя бы, в каком направлении убралось это загадочное "нечто". Впрочем, первый вариант не отменял остальных двух.

- Шоу должно продолжаться, - наставительно изрек Алекс, когда в половине шестого утра к нему в "кабинет" влетела встрепанная связистка с сообщением, что в третьем округе все опять не слава богу. Хорошо хоть, что это была не Лизхен. Лизхен в такую рань и с такими новостями была бы уже перебором.

Девушка цитаты не оценила, да и вообще, похоже, неважно соображала после ночного дежурства. Правда, ее соображения хватило для того, чтобы не пытаться в пять утра ломиться с этой новостью к Стэну, а вспомнить, что кроме подполковника на базе имеются и другие начальники… если б она еще вспомнила, что существуют старшие офицеры – цены б ей не было. И это хорошо еще, что она его в ангаре застала, а то разбудила бы еще и Елену с Машкой.

Алекс сунул подчиненной термос с кофе, заготовленный для Эльзы с Дэном.

- На, пей. А потом иди к диспетчерам и как хочешь, хоть пинками, буди – от моего имени. Будут возражать, напомни, что я обязательно поинтересуюсь, как это они ухитрились проспать все на свете.

Энтузиазма у связистки вторая часть распоряжения не вызвала, но Алекс ни секунды не сомневался, что девочка выполнит все в точности. А оторвать головы диспетчерам всегда успеется. Главное, чтобы кто-нибудь, наконец, вышел в общую сеть.

К счастью, подниматься наверх, к связистам, пешком не пришлось – в последнее время Алекса мучила одышка, и только она сподвигла его на прошлой неделе разобраться, что же случилось с лифтом, не работавшим добрых полгода. Сейчас лифт пришелся как нельзя кстати – Дэн, наверное, уже устал дожидаться.

- Где Эльза? – первым делом поинтересовался инженер.

- У портала, - ответил Дебуа. – Ждет дальнейших указаний и без них с места не тронется.

Это было хорошо. Если бы на месте Эльзы оказалась та же Кора – она бы сообщила о происходящем в духе: "Кажется, я их засекла, и они, черт побери, стреляют". В общем, отправлять Кору в разведку было чревато непредсказуемыми последствиями.

- Она сказала, какого размера это "нечто" и каковы его примерные характеристики?

- Характеристики? – Дэн искренне удивился. – Известно только то, что эта штука летает. На высоте от полуметра до метра над землей. И при этом не производит никаких изменений в фоне, то есть, не малейших. О размерах известно больше – шириной это что-то не больше двух метров, и, похоже, крыльев не имеет. В высоту – примерно столько же. Больше ничего сказать нельзя, пока, по крайней мере.

- Отлично. Значит, во-первых – свяжись с Корой, где бы она ни была, и предупреди. Во-вторых, Эльзе передай, чтобы крайне осторожно попыталась проследить, куда это "нечто" отправилось. При эксцессах – в бой не вступать, отходить. Ты оставайся на месте и страхуй ее.

- А с молодняком что? – поинтересовался Дэн.

- Пока ничего, - с некоторым сомнением ответил главный инженер и по совместительству – второе по старшинству лицо на базе. – Пока Стэн не подтвердит вчерашнего распоряжения, я ни одну живую душу с базы не выпущу без крайней необходимости.

Уж на это его полномочий хватало с лихвой. А теперь следовало самому вспомнить о наличии других офицеров кроме Стэна и перевалить на них часть работы. Для чего следовало извлечь оставшихся вышеупомянутых офицеров, вместе с их подчиненными, из седьмого округа. Как ни жаль, а идти в диспетчерскую все-таки придется…

Белоснежный флаер Особого отдела, как и полагается транспорту службы обеспечения общественного порядка, должен был быть заметен за несколько километров и светился в лесном полумраке подобно глыбе льда. В отличие от флаера исбэшного, огромной тяжелой боевой машины, оснащенной всем необходимым оборудованием для того, чтобы мимо него можно было пройти в десятке метров и даже не заподозрить его наличия.

Аико подошла к полицейскому транспорту, коснулась отпирающего устройства и поморщилась.

- Закрыто… где была моя голова! Я не взяла отмычку.

- Угу, - буркнул Джайк, - Если вас не затруднит подвинуться, мисс…

- Ты всегда оставляешь себе доступ в их машину? – поинтересовался Лэнсер. На взгляд Саймена, с момента перехода на эту сторону портала в облике пилота появилось что-то новое. Самоуверенность?

- Я, на минуточку, официальный шеф этих двух болванов…

Замок тихо клацнул и дверь флаера сдвинулась в сторону. Джайк забрался внутрь и уже в салоне услышал досадливое:

- Какая жалость! Значит, право первым надрать их уши принадлежит тебе.

- Ты не заболел ли? – повысил голос Саймен, так, чтобы его услышали снаружи, - С каких пор ты согласен соблюдать субординацию?

Бортовой компьютер послушно зарегистрировал все происходящее внутри флаера и то, что зафиксировали его камеры. Саймен запустил копирование информации и вывел в голосферу запись в ускоренном воспроизведении.

- А не подняться ли вам сюда, господа… У нас тут есть портрет местного жителя.

- Просто потрясающе, - пробормотал пилот себе под нос. – Интересно, с кем они ухитрились познакомиться в такие короткие сроки.

Аико изящно, словно была одета в бальное платье, а не в камуфляж, поднялась в салон. Опустилась в кресло рядом с пилотским и нахмурилась, глядя на смутно знакомое лицо в голограмме.

- Я ее видела. На фотографиях. Это…

- Госпожа Кора Клеменс-Батлер, - услужливо подсказал зависший в дверях пилот, для которого внутри не нашлось места. Голос его подозрительно дрогнул. – Надеюсь, они нашли общий язык.

- Нашли, нашли, - успокоил его Саймен, - Прошу полюбоваться.

Камера показала удаляющиеся фигуры женщины и стоящего рядом с ней Сенгоку, глядящих снизу вверх на поднимающуюся машину.

- Ну. И что это может означать? – спросила Аико, - Наши потеряшки в надежных руках?

Пилот помолчал, обдумывая ответ.

- Да как бы не в слишком надежных…

Сообщение Дэна застало Кору в Бэхоме, где она пыталась обнаружить хоть какие-то следы беглецов. Ну не могли же они растаять в воздухе, выскочив из машины? Однако по всему выходило, что именно так они и поступили. Все, что удалось выяснить – так это что парочка спустилась с дороги и направилась в руины. Потом кого-то из них стошнило. А вот куда они делись потом, оставалось загадкой. Могли, конечно, попытаться добраться до своего флаера пешком… но это ж добрых сорок километров по прямой, а не по прямой – еще больше. И где их теперь искать? Планомерно прочесывать леса и поля? Оставалось надеяться, что с воздуха гостей все-таки найдут до того, как те отыщут себе какую-нибудь трясину и там сгинут.

Кора решила все-таки навестить и флаер, на случай, если ребята все-таки туда добрались – кто ж их знает, что еще высокотехнологичное было распихано по карманам их формы – и вернулась к машине. Как раз вовремя чтобы услышать, что кто-то жаждет с ней общаться.

Новости от Дэна госпожу Клеменс изрядно озадачили. Нет, она примерно представляла себе, что за загадочное "нечто" прошло портал. Разве что флаер, на котором прибыли гости, был существенно поменьше, чем этот, второй. Но почему никаких следов активности в фоне? А как же "Дэйта"? Она бы в любом случае была заметна в визуале, да и на сканерах должна была светиться за версту. В то, что Лэнсер отправится в портал без своей машины, верилось слабо. Сразу вспомнилось оброненное Кането "Если ему разрешат прийти за нами"… Ситуация складывалась аховая, с какой стороны ни посмотри. Кора уже почти пожалела, что не просветила начальство относительно предполагаемой личности проводника "с той стороны", но тут же решила, что сейчас такая информация только осложнит обстановку. Ну а что такое "флаер" остальные скоро узнают и без ее помощи.

- Я дам знать, если найду их, - пообещала Кора Даниелю. – Сразу же.

Кажется, чем быстрее она доберется до флаера, тем будет лучше всем.

- Ты имел в виду "в слишком надежных" или наоборот? – поинтересовался Джайк, на долю секунды опередив Аико, которая тоже уловила странное построение фразы.

Лэнсер медленно кивнул, соглашаясь, что вопрос резонен.

- И то, и другое одновременно. Кажется, самое время для обещанной лекции – пока у нас есть еще какое-то время. Сразу предупреждаю, что, скорее всего, времени у нас не так уж много.

И полицейский, и спецслужбистка, оговорку про время оценили.

- "Немного" – это сколько? – уточнила Аико.

- Не знаю, - честно признался пилот. – Все зависит от того, насколько и в какую сторону за четыре года изменилась ситуация. Учитывайте это оба, пожалуйста.

- Отлично. Значит, давай лекцию о положении дел четыре года назад, - резюмировал Джайк, снова запуская ускоренное воспроизведение записи. Ни Аико, ни Лэнсер воспринимать информацию в таком темпе способны, разумеется, не были. Зато господин Сивер мог, и здраво рассудил, что если время в дефиците, то лучше, чтобы ключевые события знал хотя бы один из троих.

- На тот момент, когда я вляпался во всю эту историю, базой командовал мой бывший командир, некто Стэн Шеппард. Самое краткое и цензурное, что я могу о нем сказать – зануда. Он умный, очень ответственный и малость зациклен на том, что все должно быть правильно. То есть, если не по уставу – то хотя бы логично.

Аико деликатно улыбнулась. С ее точки зрения, все вышеперечисленное характеризовало господина Шеппарда как человека, с которым исбэшникам было бы крайне удобно вести дела – в силу схожести в воззрениях. Хотя научно-исследовательский сектор и на нынешнего консультанта не жаловался, из-за чего в возложенной на нее дипломатической миссии появились отдельные моменты, которым следовало уделить особое внимание.

- База называется "Элис" и фактически отвечает за всю бывшую провинцию Манитоба, плюс-минус триста-четыреста квадратных километров. То есть, докуда дотянемся. Поскольку хватка у Стэна такая, что любой бульдог обзавидуется, к сороковому году мы эту территорию практически полностью контролировали.

Аико отметила для себя это "мы", сопровождавшееся почти незаметной гримасой. Точнее, незаметной для человека, не имеющего привычки улавливать оттенки эмоций на вечно неподвижном лице Божественного.

- Практически контролировали? – переспросила спецслужбистка, выделяя первое слово.

- Именно что. В Манитобе было одно из двенадцати подземных убежищ. И оно, как ни странно, осталось в целости и сохранности. В сороковом году это был город-государство, закрытый, не очень-то дружелюбный, амбициозный, и с руководством, которое после окончания войны вдруг осознало, что совершенно не испытывает восторга от расположения почти под боком военной базы. Последнее взаимно. Собственно, это ответ на вопрос кто может нас заметить и нам встретиться – вариантов всего два: или это будут люди Стэна, или это будут люди из Полиса. Во втором случае неприятности могут быть куда более крупными, чем в первом.

- Почему? – быстро спросила Аико.

- Потому что как они себя поведут, я вообще предсказать не могу. Ситуация за эти годы вряд ли улучшилась.

- Но пока все указывает на то, что наши полицейские сейчас на базе?

- С одной стороны – да. И тогда они "в слишком надежных руках". Новость про параллельные миры и техногенные империи в них Стэна обрадует просто-таки до обострения профессиональной паранойи. Но, по крайней мере, там с этими двумя кретинами ничего не случится. Есть одно "но" – они не с кем-нибудь, а с Корой. Кора может сообщить о паданцах на базу суток через трое.

- "Паданцах"? – Джайк даже не повернул головы, продолжая копировать данные с бортового компьютера флаера. Куда именно он их копирует, Лэнсер предпочитал не думать – каждый раз при попытке хорошенько осознать, что именно находится в черепной коробке капитана "Иронсан" помимо собственно мозга, ему становилось не по себе.

- Жаргонизм. Так называют людей, которые неосознанно прошли портал, - кратко пояснил пилот.

- И с чего бы твоей подруге не сообщить о них на базу вовремя? – Судя по ухмылке, ответ Саймен знал заранее.

- С того, что она может запросто не посчитать это явление достаточно важным, чтобы рапортовать о нем сию секунду. Особенно если у нее есть другие дела. Что у самой Коры, что у ее мужа, в головах точно такая же вентиляция, как у Сенгоку с Бентеном. То есть, думают они спорадически. И, кстати, то, что этот флаер стоит здесь, а не на базе в ангаре, говорит в пользу второго варианта.

- А я-то голову ломал, откуда у тебя такие выдающиеся способности к дрессировке…

Аико не сдержала короткого смешка, но тут же снова посерьезнела.

- Господа, вернемся к делу. Какие еще могут возникнуть проблемы?

- Еще одна проблема связана со мной, - ухмылка Лэнсера веселой даже не казалась. - Тут наклевывается сложная ситуация. Я пропал черт знает когда. В лучшем случае – четыре года назад. Это раз. Я выгляжу непонятно как. Это два. Что логичнее всего сделать, если на твоей территории, где все и так идет наперекосяк и какие-то странные люди из кривых порталов вываливаются, вдруг объявляется такой типаж, да еще так "вовремя"? – Иеро сделал театральную паузу. - Правильно, выяснить у него все, что только можно, предварительно убедившись, что он тот, за кого себя выдает. А это требует времени, которого у нас нет. К тому же, он считает, что знает меня, как облупленного, и я совершенно не поручусь, что картинка в его голове совпадает с реальностью.

- Ты тоже считаешь, что знаешь его как облупленного, - заметил справедливый Джайк.

- Ну, если я ошибаюсь, то нам же лучше. Хотя я, на месте Стэна, получив такую замечательную информацию, просто бы заподозрил черт знает что, а он, скорее, просто учтет все возможные версии событий. Начиная с самых неприятных. И последний момент. Я понятия не имею, что я буду делать, если Стэн окажется против идеи вернуть вас четверых в Эдо и запретит мне это делать. И не хочу это выяснять.

- Выяснять все равно рано или поздно придется, - вздохнула Аико. Ей, как потомственному офицеру, последняя проблема была очевидна еще тогда, когда они только готовились к этой экспедиции, и госпожу майора ИСБ даже удивляло, почему консультант об этом даже не задумывается. Следовало догадаться, что он, по обыкновению, о своих сомнениях просто умалчивает.

- Надеюсь, отношения со Стэном я буду выяснять не раньше, чем вы, все четверо, благополучно окажетесь дома. А пока предпочту просто не показываться ему на глаза.

- К счастью, господин полковник Иширо рассматривал такой вариант, - исбэшница позволила себе усмехнуться. – Для этого, в том числе, я здесь и нахожусь. И беру общение с господином Шеппардом на себя. Полностью.

- Заботливость Его Высочества не знает границ, - буркнул пилот. – Ну, зато это упрощает нашу задачу.

Бентена разбудил шум льющейся воды. Открыть глаза было трудно, под веки словно песка насыпали, а мерзкий вкус во рту напоминал худшие моменты после подпольных хирургических вмешательств. Бентен, выбрав между гигиеной и желанием потереть веки не в пользу гигиены, прижал ладони к лицу и резко сел.

Незнакомая комната в бежевых тонах, напоминающая средней руки гостиничные номера, где уже можно встать во весь рост, но еще нельзя забыть о казенности обстановки. Две кровати, что-то вроде экрана в стене и ничего, похожего на окно. Здесь было тепло и немного сыро из-за открытой двери в соседнее помещение, откуда валил пар.

- Эй! Ну, наконец-то.

Из клубов пара выглянул голый по пояс Конран с мокрыми волосами.

- Я собирался разбудить тебя попозже.

Бентен спустил ноги на пол, нащупывая ботинки.

- Я уже запутался во времени и пространстве… где мы?

- В Полисе. – Конран перешел на японский, - Ты проспал большую часть дня после того, как местные эскулапы поколдовали над тобой. Пришлось, к слову, лишить их удовольствия надругаться с помощью ножниц над твоей курткой. Можно было бы предположить, что они не знают, как открывается застежка, но я-то не отходил от тебя ни на шаг и всегда мог бы помочь с этим сложным делом.

Гоку выудил откуда-то полотенце и принялся энергично вытираться.

- Полагаю, им просто хотелось кусочек ткани для анализа, - медленно проговорил Кането.

- Отбросив идею, что это был фетишизм, я пришел к такому же мнению, - кивнул Сенгоку. – С нашими любезными хозяевами нужно держать ухо востро. И да – твоих тканей для анализа они взяли более чем достаточно.

- О! Чем нам это грозит?

- Понятия не имею…

Конран прислонился плечом к косяку.

- С одной стороны, их продвинутость в некоторых вопросах несказанно меня радует. Мы могли бы попасть к каким-нибудь неандертальцам.

- Или нас могли бы принять за каких-нибудь колдунов…

- Или просто не суметь тебе помочь.

Бентен скривился.

- Ты выглядишь усталым.

- С удовольствием передам тебе вахту! – засмеялся Конран, - Если ты уже способен на такой подвиг. Можешь двигаться?

- Почему нет?

Бентен нагнулся, выуживая один из ботинок из-под кровати.

- Ну… местные гении сулили тебе неделю постельного режима. Я не стал делиться с ними своими соображениями по этому поводу, к тому же, они слишком часто говорили между собой по-французски, и я не понимал ни слова.

Беловолосый хмуро посмотрел на напарника из-под нависшей челки.

- Неделю? Из-за пищевого отравления?

- Нам стоит впредь быть более разборчивыми в еде, - осторожно заметил Конран, - Местная микрофлора может оказаться смертельно опасной, а с лекарствами у нас уже практически никак. Будь моя воля, я бы сейчас и кипяченой воды ни глотка не сделал, черт знает, какой живучей дряни можно наглотаться.

- А я как раз собираюсь сделать глоток некипяченой… и не один.

Бентен попытался отстранить Конрана, преграждающего ему путь к душевой, но был крепко взят за плечо.

- Спятил, красуля?

- Шучу! – вымученно улыбнулся Бентен, - Только умоюсь и прополощу рот. Но за питьевую воду готов отдаться.

- Так некому! – ехидно развел руками Гоку, - Но ты можешь испробовать свои чары на здешних красотках из верхнего эшелона. Вспоминая Лэнса, очаровывать мужчин не советую.

Лицо беловолосого застыло.

- Красуля, - мягко заметил Конран, - это не попытка тебя задеть. Это местная реальность. И я очень прошу тебя отнестись к этому со всей серьезностью.

- Кому какое дело?!

- А если и здесь найдутся свои ортодоксальные религии?

Бентен с трудом выдавил из себя:

И хлопнул за собой старинной распашной дверью, из-за которой вскоре раздались звуки текущей воды.

На базе отреагировали оперативно, и Эльза смогла приступить к поискам уже под наблюдением диспетчера (правда, довольно сонного), что гарантировало практически мгновенное появление подкрепления в случае любых неприятностей. Кроме символического обозначения базы, в поле зрения летчицы, чуть левее ориентира, означающего собственное местонахождение, возникла синяя точка с подписью "Хаген" – ARK Дэна. Представив, как Дэну понравится многочасовое сидение в тесной кабине, где никак нельзя вытянуть больную ногу, Эльза предпочла поторопиться.

- Я скоро, - сообщила она в общее пространство.

- Я на это надеюсь, - отозвался напарник. – Валяй, действуй.

Эльза вернулась к режиму прямого изображения окружающей реальности, и карта, свернувшись, исчезла где-то в правом верхнем углу внутренней поверхности забрала шлема. Чуть поколебавшись, женщина выбрала картину, передаваемую "Патриком", решив, что оптика у АRK явно получше, чем даже ее собственное идеальное зрение.

Забравшись обратно в кабину, она изучила результаты расчетов. По всему выходило, что "Патрик" вполне способен выследить вышедшее из портала нечто по оставленным в лесу следам. Может, конечно, бортовой комп был и не в состоянии сразу выдать конечную точку путешествия, но зато утверждал, что проследовать за аппаратом пришельцев на малой скорости вполне способен.

- Умница мой, - ласково проворковала капитан Вольф и откинулась в кресле. Хуже нет летать на сверхмалых скоростях, особенно низко, над лесом, а потому "Патрик" получил полную свободу действий. У автопилота нудная работа всегда получалась гораздо лучше.

- Между тем, наше время истекло, - Джайк даже не оторвался от приборов. – Некий летающий объект будет здесь минут через пятнадцать, судя по скорости.

- Прямо здесь – вряд ли, - пожал плечами Лэнсер. – Не сядет, поищет площадку метров в триста-четыреста, или дорогу. Но над нами пройдет, и если пилот не совсем зеленый – может много чего интересного увидеть.

Аико улыбнулась.

- Ну что же, пусть тогда увидит только то, что мы хотим ему показать. Господин Сивер, вы закончили копировать данные?

- Давно, - лаконично отозвался кибер.

- Тогда давайте вернемся в наш флаер, - предложила исбэшница. – Пожалуй, даже, вы вернетесь, а я останусь. Пока, во всяком случае.

Несмотря на то, что рабочие "очки" начисто лишали взгляд Джайка хоть какой-нибудь выразительности и изрядно ограничивали мимику, сомнение в правильности такого решения кибер ухитрился продемонстрировать вполне доходчиво.

- Да. Я бы тоже попросил аргументировать, - проговорил Лэнсер. – Кратенько.

- Хорошо, - Аико не стала давить исбэшным авторитетом. – Вы справедливо не хотите встречаться с бывшим собственным руководством. В то время как моя задача как раз и заключается в налаживании контактов, в первую очередь, с господином Шеппардом. А капитан Сивер, - девушка кивнула Джайку, - по-прежнему является вашей охраной и должен оставаться с вами.

- Рано или поздно они о моем присутствии все равно узнают, - вздохнул пилот. – Если, конечно, наши красавцы не найдутся на базе, в целости и сохранности.

- Непременно узнают, - "утешила" спецслужбистка. – Но вам ведь важно избежать очного контакта. И если Кането и Конран на базе не найдутся – то кто-то тем более должен оставаться снаружи. Так что лучше посоветуйте, что, по-вашему, мне следует говорить господину Шеппарду.

- А что хотите, - пожал плечами Лэнсер. – Детекторов лжи тут не существует, так что выбор фактов, которые вы хотите раскрыть, утаить или исказить, ничем не ограничен. Впрочем, он и чистую правду способен переварить и не свихнуться при этом.

В способности любого исбэшника сочинять что угодно правдоподобное и не завираться при этом, пилот был уверен на сто процентов.

- Тогда – расходимся. И будьте на связи.

Неизвестный летчик не собирался беречь барабанные перепонки гостей и прошел над самыми макушками деревьев, так что рев двигателей ARK не заглушила даже могучая звукоизоляция боевого флаера. Аико, оставшейся снаружи и небрежно прислонившейся к борту полицейского транспорта, наверное, пришлось еще хуже.

- Ну вот что за пижон, - пробормотал Иеро. – Кто это такой ас выискался, интересно?

- Если тебе действительно интересно, - в этот раз Джайк, приличия ради, все-таки отвернулся от приборов, - то бортовой номер этого трюкача – М-13-0144.

Лэнсер хмыкнул.

- Ноль сто сорок четыре? Это "Патрик". Странно, Эльзе здесь делать нечего. Я ожидал, что это будет Ко.

- Расшифруй, - миролюбиво предложил кибер.

- "Патрик" – это машина. Владелица "Патрика" – некто Эльза Вольф, с бывшей базы "Манитоба". А этот округ закреплен за Корой Клеменс-Батлер. Конечно, я не знаю, за кем сейчас числится соседний четвертый… Но все равно должна была быть либо Кора, либо Брюс.

Капитан Иронсан пожал плечами.

- Видимо, чем-то заняты. Или расхлебывают последствия спорадического мышления. Такое, знаешь ли, иногда случается.

- Тоже может быть, - согласился пилот. – Ладно, с Эльзой даже проще. Она куда более предсказуема.

Место незваные гости выбрали идеально – приземлиться ближе, чем почти в километре от их загадочной техники оказалось невозможным. Вид сверху ничего не разъяснил – странная белая штука, которая стояла около оврага меньше всего напоминала летательный аппарат, хотя имела достаточно обтекаемую форму, чтобы можно было предположить, что она может перемещаться с изрядной скоростью.

- Вот ведь… до места только пешком, - пробормотала Эльза в пространство.

- Дай картинку на всех, - попросил Дэн.

- Поддерживаю, - судя по голосу, диспетчера базы только что сменил не кто-нибудь, а Стэн лично. – Эльза, ты пойдешь к нашим гостям. Дэн, ты ее прикрываешь, а вас обоих прикроют… - Стэн на секунду задумался, и капитан Вольф затаила дыхание. Вот сейчас командир вспомнит про Кору и неизбежно заинтересуется, а что это при таком чрезвычайном происшествии, "Азы" в окрестностях ни следа. Но Стэн не вспомнил и продолжил, как ни в чем не бывало.

- …Джина и Макс. Сейчас они вгрузятся в свое железо и можно будет идти.

Эльза послушно дождалась, пока на вновь развернувшейся карте загорятся еще две синие точки, и разрешила общий доступ к своему полю зрения. Фонарь кабины открылся вверх и назад, и, лишний раз порадовавшись, что она все-таки в броне, летчица спрыгнула с пятиметровой высоты на землю, запоздало вспомнив про барахлящий левый привод. Но на этот раз все обошлось благополучно, и девушка бегом углубилась в лес, рассчитывая, что через пять минут будет на месте. Расчет не оправдался – то ли гости случайно забрались в непролазный бурелом, то ли специально подгадали, чтобы к ним нельзя было подобраться незаметно, но потребовалось чуть ли не вдвое больше времени. И шума в процессе прохождения через подлесок было столько, что Эльза всерьез начала опасаться, как бы ее не приняли за какого-нибудь шального медведя и не открыли огонь. Это было бы, мягко говоря, неудачным началом знакомства. Хотя, что уж там – с учетом ночных событий, ситуация и так красивой не выглядела, с какой стороны ни посмотри.

За буреломом обнаружилась небольшая площадка на краю оврага. И прямо посреди этой площадки и возвышалась чужая машина, на поверку оказавшаяся не совсем белой, но заметная все равно издали. На удивление маленькая… если сравнивать с "Патриком", конечно. И вокруг – ничего похожего на спасательную команду. Не считать же адекватной заменой отряду спасателей одну миниатюрную женщину, стоящую около агрегата и со спокойным любопытством ожидающую, что же такое вот-вот появится из зарослей.

По правде говоря, большинство подруг и ровесниц всегда казались Эльзе невысокими. Как и немалая часть мужчин, к их глубокому сожалению. Высокий рост, кроме некоторых преимуществ, создавал и множество проблем. Но эта гостья была ростом меньше даже Коры. И, пожалуй, несколько субтильнее.

Интересно, они специально выбрали кого-то побезобиднее, что ли?

Впрочем, сомневаться, что миниатюрная дама прибыла из-за портала, не приходилось. Даже если бы у нее не было характерного фона. Во-первых, одежда. Серый комбинезон со множеством пряжек, застежек, и, почему-то, с капюшоном, по местным меркам выглядел бы вызывающе. По той же самой причине, по которой форма предыдущих двух гостей показалась бы неприличной – слишком уж облегал фигуру. И, кстати, если первые двое гостей в своей одежде заметно мерзли, эта девушка и без видимых теплых одеяний выглядела как человек, чувствующий себя вполне комфортно. Во-вторых, внешность. Азиаты, в Канаде, конечно, встречались, но редко, но даже не в этом дело. Если Корины паданцы показались Эльзе слишком уж лощеными, то как тогда назвать эту даму - было непонятно. Потому что те двое рядом с ней выглядели бы перемазанными мальчишками, весь день игравшими на ближайшей помойке. Ну и, в-третьих, такие правильные лица могли быть только у моделей, чьи фотографии красовались в довоенных журналах, да и то, после обработки в графическом редакторе. Словом, маленькая красавица-японка с длинной черной косой, небрежно перекинутой через плечо, категорически не вписывалась в реальность, и выглядела, скорее, будто актриса, изображающая заблудившуюся в джунглях дамочку, не растрепав прически и щеголяя в ослепительно белом платье.

Тяжело вздохнув, Эльза сделала еще два шага вперед и остановилась. На неподготовленного человека пилот ARK любой модели, облаченный в броню, может произвести слишком сильное впечатление. Иногда, конечно, этим стоит воспользоваться, но сейчас – точно не тот случай.

- А. Так вот как это выглядит в целом виде, - заметил Джайк. Пилот, с живым интересом наблюдавший на обзорном экране флаера за вышедшим из кустов двухметровым бронированным монстром, хмыкнул.

- Не всегда. Эльза сама по себе высокая – это раз, а два – "Патрик" тринадцатой модели, там броня тяжелее, чем у двенадцатой. Кстати, обрати внимание – слева, у основания шеи, видишь черный квадрат? Под ним есть лючок, для аварийного отключения всех систем. На случай, если надо кого-то извлечь из брони.

- Это ты на будущее?

- Нет, на настоящее. Если Эльзу придется нейтрализовать – я не хочу, чтобы она поймала кровоизлияние в мозг от разрыва связи.

Адресовано последнее было, скорее, Аико. Лэнсер не стал выяснять, почему коммы импровизированной спасательной экспедиции продолжают работать, как ни в чем не бывало, в отсутствие спутника, а также, почему исбэшница прекрасно обходится без наушника и микрофона. Если бы речь шла о том, что это просто исбэшная разработка, пилот, может, и усомнился бы. Но это была исбэшная разработка, в которой покопался еще и небезызвестный Саймен Сивер. Так что Иеро просто принял к сведению, что комм – работает, связь – есть, а как это работает, он спросит, когда захочет окончательно почувствовать себя идиотом.

Аико, там, снаружи, скромно опустила глаза в лучших традициях Цветов Императорского Букета и чуть улыбнулась. Услышала.

- И я очень надеюсь, что это знание никому из вас в ближайшем будущем не понадобится, - добавил пилот.

- Эльза, не стой столбом. Не надо, чтобы она перехватила инициативу, - если Стэн и был хотя бы наполовину также заинтригован, на нем это никак не отразилось.

Не без внутреннего содрогания, летчица подняла стекло шлема. Теперь она не видела своих и не могла получить картинку от "Патрика". Утешало только то, что остальные продолжали видеть все происходящее, да и ARK был вполне способен дать о себе знать другими способами.

- Здравствуйте.

Все-таки не успела. Голос у незнакомки оказался подстать внешности – мягкий и певучий, с тем же акцентом, который Эльза уже успела про себя окрестить японским. Приветствие сопровождалось легким поклоном, заставившим Эльзу мотнуть головой от абсолютного диссонанса окружающей действительности с этим салонным поведением.

- Приношу свои извинения, что побеспокоила вас своим бесцеремонным появлением.

- Нет, ну, насчет "бесцеремонного" она, допустим, несколько преувеличивает, - хмыкнул в наушнике Стэн. Эльза, услышав голос начальника, очнулась от морока, набрала воздуха и выдохнула:

- Ничего страшного. Мы вас ждали.

- Умница! – одобрил Шеппард.

- Вот черт! – буркнул Лэнсер, - Что-то мне это не понравилось.

Красавица снова поклонилась.

- Я надеюсь, что в моих силах будет сгладить последствия от появления незваных гостей. Я приложу к этому все усилия. Уповаю на вашу помощь и расположение.

Эльза снова утратила дар речи.

- Мда. Те двое все же попроще как-то были, - несколько неуверенно протянул Шеппард.

- Вот тебе и будет перед кем блеснуть интеллектом, - вставил Алекс, - А то остальные все как-то не ценят. Но, однако, вот это я понимаю - дама!

Эльза сердито фыркнула и тут же мило улыбнулась женщине, чтобы она, не дай бог, не подумала, что фырканье адресовано ей.

- Я буду рада помочь вам всем, чем смогу. Ваши… друзья, - она с запинкой подобрала нужное слово, - произвели у нас здесь фурор.

- Я этого опасался, - мрачно высказался Джайк.

- Ясно, - кивнул Лэнсер, - Значит, Стэн уже на ушах и зол как черт… он, знаете ли, очень не любит, когда на его территории кто-то… эээ… производит фурор! Что делать будем?

- Я приложу все усилия, чтобы избавить вас от них и сгладить последствия, - кротко повторила японка, - Вы знаете, где они находятся?

Эльза слабо вздохнула.

- Вчера вечером были у нас на базе.

- Правду говорит, - кивнул Джайк.

Лэнс нахмурился.

- И вряд ли куда-нибудь делись за ночь, - промямлила Эльза.

- Незапрошенная информация, - пробормотал пилот, - признак сам знаешь чего.

- Ты прав. Тут она лжет, - сухо отозвался Саймен.

- Тогда, полагаю, для начала нам стоить посетить базу… если вы не возражаете.

У Эльзы вытянулось лицо.

- Соглашайся, - с нажимом порекомендовал Стэн.

- Э… да, разумеется. – Эльза на секунду задумалась, каким образом предполагается доставить эту куколку за пару сотен километров отсюда. Не на одноместном "Патрике" же! - Я провожу вас.

- Я в вашем распоряжении, - поклонилась красавица, - Если вы не против, я возьму свой транспорт.

Маленькая ручка указала на белую машину.

- Мне по умолчанию не нравится цивилизация, которая посылает женщин в полную неизвестность, вести переговоры с неизвестно кем. Кто ж нас знает, может, у нас тут сплошь свихнувшиеся садисты-людоеды по лесам бегают, - заметил Алекс.

- Согласен. Но есть множество случаев, при которых такое положение вещей может быть нормальным. Начиная с того, что нашу гостью надежно прикрывают и, заканчивая тем, что у них там махровый матриархат, и они уже все испереживались за слабых бедных мальчиков, возможно, попавших к мутантам-людоедам. На садистах не настаиваю. Ну и в промежутке между этими двумя находится еще бесконечное множество вариантов.

- Что прикрывают – это и к гадалке не ходи, это и так понятно. Хотя бы потому, что этот… флаер, около которого они стоят, раскрашен в цвета формы наших беглецов. А на этой госпоже совсем другая одежда. И не проводник она, а значит, тот, кто ее через портал провел, где-то здесь же, но на глаза показываться не спешит.

- Фон у нее довольно веселый. В теории, конечно, могла и сама пройти, - Стэн задумчиво уставился на сканер. – Но только совсем в голой теории.

- Отчего же? На практике, помнится, был случай в 38 году. Ну, когда в шестом округе что-то вывалилось, помнишь?

- Ключевое слово – "вывалилось". И ведь никто даже не понял, что это при жизни было. Но… прошли же живыми и здоровыми те двое. Хотя тоже туда же, не проводники.

- Не совсем туда же, - поправил Алекс. – От них фонило сильнее, значительно. Особенно от Инадзуми, там вообще фон такой, будто он с инсэнтами на "ты" и за руку пару лет прообщался. Я такое в последний раз видел, когда еще Клэр жива была, у нас тогда у всех примерно так же было.

- Это надо бы штабных ученых как-то известить – может быть, именно так проводниками и становятся. Но сейчас нам, определенно, не до них.

- До штаба мы месяц только дозваниваться будем, - подтвердил инженер.

- Итак, сойдемся на том, что ее прикрывают. Это объясняет, почему она так спокойно беседует с Эльзой, хотя та в полной выкладке никак безобидной не выглядит. Но эта мадам согласилась полететь на базу, куда ее прикрытие вряд ли сможет за нею проследовать.

- Саму гостью тоже со счетов скидывать не стоит. Тот парнишка, беленький, тоже выглядел довольно субтильным. А что ночью вытворял? А он ведь всего-навсего из полиции, которую в такие спасательные экспедиции вряд ли отрядят. Скорее, какой-нибудь спецназ.

Понятие "спецназ" Стэну, практически не заставшему нормальной жизни в сколько-нибудь зрелом возрасте, было знакомо скорее, теоретически. Но не согласиться он не мог.

- Тоже учтем. Однако, милая леди, из какого бы спецназа она ни была, не представляет, что можем, знаем, и умеем мы. Про ночной эпизод ей точно неизвестно. То есть, поступает она, по меньшей мере, крайне самоуверенно. Или проявляет странную доверчивость. Ты видишь логическую дыру?

- Не вижу, - ворчливо ответил Алекс. – Не все в жизни поступают логично. За примерами, знаешь ли, далеко ходить не надо. Тебе – особенно.

Тут главный инженер был стопроцентно прав, и знал это. Но строить какие-то стратегически важные выводы на основании того, что люди склонны вести себя идиотски, было невозможно. Оставалось придержать эту версию на крайний случай, и рассмотреть все остальные.

- Такой вариант тоже учтем, - вздохнул Стэн. - Но если отбросить вариант с самоуверенностью, иррациональным прекраснодушием и эльфийской верой во все лучшее и светлое, то дырка вполне ощутимая.

- Почему же, - ухмыльнулся инженер. – Мы же тоже приглашаем ее в гости, совершенно ничего о ней не зная.

- Но мы могли получить какую-то информацию от тех двоих. – Стэн вздохнул. – Теоретически. Она-то не знает, что ничего путного они не сказали. А этим спасателям такую информацию взять неоткуда. Или есть? Как думаешь?

- Ну, если уж совсем теоретически – у нас пропало пять человек. И только в случае с Брюсом у нас есть явное указание на Полис. Вероятность того, что хотя бы один из оставшихся четырех ухитрился попасть в параллельный мир… ну, допустим, не нулевая, но крайне низкая.

- Но существующая, тем не менее. И у них точно есть проводник. Хотя, наверное, вероятность наличия у них инсэнтов повыше будет, и, факты ее подтверждают.

- По-моему, мы занимаемся гаданием на кофейной гуще, - вздохнул инженер.

- Нет, мы просто определяем круг вопросов, которые я буду задавать нашей гостье, - поправил подчиненного подполковник. – Кстати, пока я буду с ней беседовать – всем остальным на базе будешь заниматься ты. И чтобы никто не встревал. Включая связистов. Особенно некоторых связистов.

Алекс хмыкнул.

- Ты понимаешь, я решил, что в свете текущих событий отправлять детишек тренироваться в третий округ бессмысленно, да и опасно. Так что планирую отправить их к Курту, в Виннипег. Там после вчерашнего наверняка есть, чем заняться. Ну а от связистов отряжу с ними Лизхен, ей тоже будет полезно проветриться.

- Приказ сам составишь? Я подпишу, – Бюрократию Стэн не любил. Особенно бессмысленную. Отчета с него все равно в ближайшие годы вряд ли кто потребует. Но, в конце концов, требуя от остальных порядка, надо и самому соответствовать.

- А ты почту проверь, - ласково посоветовал Алекс. – С утра тебя дожидается.

На этот раз Мишель на совещание по проблемам, возникшим в трижды проклятом исследовательском центре, была приглашена официально и с большим уважением. Даже не электронной почтой – Кимберли прямо с утра соизволила позвонить лично и источала декалитры любезности в телефонную трубку. Что означало одно из двух. Или Ким и компания наконец-то допрыгались до крупных неприятностей, и теперь ищут, кто бы их прикрыл, или, напротив, одержали грандиозную победу и желают похвастаться. И то, и другое, было странно – до позавчерашнего скандала начальница "исследователей" не особенно с главой городского здравоохранения считалась. Видимо, Мишель стоило устроить разнос с самого начала, не дожидаясь, пока это сделает приблудный "эксперт".

Некоторое время она колебалась – не потребовать ли красавцев к себе, для пущей расстановки точек над “I”, но потом решила, что не стоит ввязываться в интриги с Ким, куда более искушенной в этом вопросе. По крайней мере, пока на руках не будет какой-нибудь ценной информации, при помощи которой можно было бы попытаться приструнить горе-исследовательницу. Чтобы врала поменьше, хотя бы.

Интерьер кабинета госпожи Готье несколько изменился с того момента, когда Мишель в последний раз здесь была. Теперь посередине небольшого помещения красовался здоровенный стол, судя по обшарпанности, утащенный из какой-нибудь столовой. В компании с набором разномастных стульев этот предмет придавал помещению совершенно нерабочий вид. На данный момент на столе валялись несколько карандашей, пара каких-то папок и несколько разрозненных листов бумаги. Хозяйка кабинета прохаживалась вокруг, читая что-то в наладоннике. Эксперт тоже присутствовал, непривычно тихий – в основном потому, что он просто спал сидя, упершись лбом в сложенные на столешнице руки. Мишель знала по себе – чтобы уснуть в такой позе, надо основательно измотаться. Оставалось надеяться, что бурная деятельность, так утомившая Уолтера, не принесла серьезного ущерба городу и психике сотрудников госпиталя. Особенно второе.

- Здравствуйте, - обозначила свое присутствие главврач. – Что у вас тут происходит?

Кимберли остановилась, повернулась на каблуках и, вместо ответа на приветствие выпалила:

- Это настоящий прорыв!

Мишель кивнула, отыскала знакомое кресло, теперь задвинутое в дальний угол, и села. Энтузиазм Кимберли почему-то навевал исключительно дурные предчувствия.

- Сегодня ночью партия, обследовавшая Бэхом, вернулась. Они снова наблюдали открытие нового портала недалеко от поселка Чарли.

Мишель понятия не имела, что исследовательский центр вообще высылает какие-то партии наблюдать за какими-то порталами на армейской территории, да еще в непосредственной близости от базы «Элис».

- И что с этим порталом? – осторожно поинтересовалась она.

- Да черт с ним! Снова схлопнулся, но это неважно. Партия подобрала людей с той стороны. Вышедших из этого портала в предыдущее его открытие.

- Поздравляю, - автоматически ответила главврач, недоумевая – а она-то тут при чем? Ну, установили вы свой вожделенный контакт, к здравоохранению-то это каким образом относится? Может, она имеет в виду, что это повод наконец-то свернуться со своими исследованиями?

- Портал был кривой, - пояснила Ким. – Это существа из высокоразвитой цивилизации. Техногенной цивилизации. Из другого мира.

Предчувствия оправдались на все сто процентов. И, в силу специфики работы, первая мысль, которая пришла в голову Мишель Сандерс, была об эпидемиологической обстановке. Слишком жив был в памяти случай со страшной эпидемией гриппа, занесенного в убежище в первый же послевоенный год первыми же гостями с поверхности.

- О, господи… Надеюсь, ты догадалась поместить их в карантин? И всех, с кем они контактировали?

- Не-а, - это ответила не Кимберли. Это проснулся Уолтер. Оторвал помятую физиономию от столешницы, откинулся на спинку хлипкого стула и продолжил. – Она не догадалась. А теперь уже поздно. Разве что весь отсек перекрывать и никого не впускать и не выпускать. Включая вас, кстати. Потому что она сама вокруг этих двоих прыгала полночи. А еще тут с утра совещалась чуть не вся орава ее медиков.

Идея изолировать от общества весь персонал исследовательского центра выглядела невероятно привлекательно. Особенно под таким благовидным предлогом.

Только вот присоединяться к этой компании самой, Мишель не хотелось.

- Помолчи уж, горе мое, - вздохнула Кимберли. – Некоторые ограничения, конечно, ввели.

- И какие же, позвольте узнать?

- Мы действительно запретили персоналу Центра покидать наш блок, - с неохотой проговорила Кимберли. - И потом, мы проверили все, что можно. Мы для них опаснее, чем они для нас. И, конечно, все, кто с ними работал, прошли дезинфекционную обработку.

Да она, никак, оправдывается? Интересно, что же ей настолько понадобилось? Мишель была не в силах даже хорошенько разозлиться.

- И каким путем это было выяснено, если не секрет? За прошедшее время вы сумели выделить и изучить все возможные штаммы?

Эксперт хмыкнул, и, воспользовавшись заминкой своей начальницы, снова встрял в разговор.

- А они, видите ли, установили, что минимум один из этих гостей - вообще не человек. И почему-то решили, что его нечеловеческие микробы им не грозят. Видимо, слишком одурели от такого открытия.

Некоторая логика в этом, конечно, была, но…

- Значит, так. Весь блок – на карантине. Минимум на две недели. Любые личные контакты с населением запрещаю. Тем более – личные контакты с остальным персоналом госпиталя и больными. Городской совет, как член совета, я, конечно, извещу, но до истечения срока познакомить мэра и прочих с гостями – даже и не думай. Ни при каких условиях. Если очень что-то надо – почту и телефон никто не отменял.

Ким кивнула. Кажется, она почему-то была очень довольна таким решением. Или, может, тем, что сумела переложить это решение на чужие плечи? И расшаркивания с остальным советом, заодно.

- Итак. По этому пункту мы договорились.

Да, и теперь кое у кого есть масса времени, прежде чем Совет сможет принимать решения по поводу этого происшествия, внезапно осенило Мишель. Да пока угроза заразиться неизвестной хворобой не пройдет – члены совета и сами не сунутся к гостям. Занимательная получается картинка – у Кимберли и ее оравы монополия на контакт с родиной гостей. До истечения срока карантина. И в случае успеха – может оказаться еще и монополия на общение. И все плюшки-пряники, которые из этого общения будут извлечены. Все интереснее и интереснее.

Одно непонятно – а Мишель-то ей при таком раскладе зачем? Варианты «из уважения» или «для поддержки» отпадали сами собой, как невероятные. Помешать этой красотке глава городского здравоохранения тоже не особенно могла. И зачем, спрашивается, было ее в это впутывать? Разделить ответственность? Так победителей не судят, никто с нее ответа не спросит, если все получится.

Мишель вздохнула и спросила прямо:

- Что вы опять затеяли? Хотелось бы знать, прежде чем полгорода заболеет какой-нибудь инопланетной чумой.

Эксперт фыркнул. Кимберли улыбнулась. Вполне дружелюбно.

- Ты же позаботишься, чтобы не заболели. Я буду держать тебя в курсе… Ну, или если ты уж вместе с нами на карантине – сама можешь проверять все, хоть каждый день. Хоть весь центр с гостями вместе. Это в наших общих интересах.

Час от часу не легче. Несколько лет врать и подсовывать липу – и тут такой широкий жест. И опять на «ты». Неужто эти гости так ее… напугали?

В третий раз за утро с размаху грохнувшись на пол, Джонни тоскливо выматерился. Блэру хорошо говорить – «должен встать на ноги». А как? Особенно, если в медицине ты ни бельмеса не понимаешь, да и что там медики по твоему поводу думают, тебя просветить никто не удосужился.

Так что Джон Анри Лемье воспринял совет буквально. И попытался снова научиться ходить самостоятельно. Методом многократных повторений. Первый раз он споткнулся на третьем проходе от койки до двери туалета. Второй – на пятнадцатом. К двадцатому начала зверски ныть левая нога, а на двадцать третьем и вовсе подломилась. Пол в палате, как и ожидалось, оказался очень твердым и раз от разу мягче не делался. А самым отвратительным было то, что чтобы снова подняться на ноги, надо было как-то дотянуться до идущего вдоль стены поручня. Что не так-то легко сделать, сидя посреди комнаты.

И, как на грех, именно в этот момент в палату и принесло чертова медика. И вряд ли случайно. Наверняка, с утра наблюдает за проблемами подопытного. Этого, конкретного, медика Джонни то ли раньше не видел, то ли просто не запомнил. Молодой, пожалуй, даже помладше самого Джонни, весь такой прилизанный, смотрит с любопытством – пожалуй, все-таки, новенький. Остальные ничего любопытного в этом отсеке уже давно не находили.

- Э-э… Здравствуйте, - осторожно поздоровался этот новенький, стоя у самой двери. Видимо, на всякий случай. – Может, вам помочь?

- Да пошел ты, - по инерции откликнулся Джонни.

Медик смерил взглядом расстояние от себя и до пациента – и никуда не пошел.

- Послушайте, - начал он тем увещевающим тоном, который как ничто иное выводит из себя. – Вы же понимаете, что даже если встанете – опять упадете. Вам надо мышцы разрабатывать, а с таким подходом…

Джонни с коротким рыком попытался встать. Вот хотя бы для того, чтобы от души врезать непрошенному помощнику по наглой физиономии.

Тот невольно попятился – инвалид-то, конечно, инвалид, но если доберется, мало не покажется, силенок хватит – руки-то у этого инвалида будь здоров накачаны от ползания по поручням годами. Придушит и не заметит.

Эндрю уже подумывал, а не отступить ли ему, подобру-поздорову и не предпринять ли вторую попытку, когда Лемье хотя бы немного успокоится. Он почти сутки без передышки изучал это окаянное дело. Успел связаться с госпожой Сандерс, даже поговорить с врачом, которого она рекомендовала, сегодня утром получил начальные рекомендации и договорился о дальнейшем сотрудничестве… но вот придумать что-то, что позволило бы подступиться к пациенту достаточно близко, чтобы хотя бы начать претворять эти рекомендации в жизнь, не успел. Судя по всему, надо было просить консультаций не только у хирурга, а еще и у психолога. Если, конечно, в госпитале найдется достаточно квалифицированный психолог.

Он вышел из палаты, закрыл за собой дверь и собирался было вернуться на пост чтобы продолжить наблюдение, но путь к отступлению оказался отрезан. В коридоре, чуть ли не прямо за спиной у Эндрю, обнаружился эксперт, прислонившийся к ближайшей стенке и старательно изучающий собственные ногти. Вчерашний прогул ему, кажется, на пользу не пошел – вид у склочника был помятый и усталый. Что, впрочем, похоже, не отразилось на его манере общения.

- И что это ты тут делаешь? – поинтересовался Уолтер, соизволив, наконец, посмотреть на обескураженного медбрата.

- Я… Госпожа Готье приказала, - Эдрю замялся. Что, если Кимберли еще не посвятила этого типа в свои планы? Бежать к ней за помощью? И сразу провалить всю затею? Ну уж, нет. – В общем, со вчерашнего дня я должен помогать господину Лемье.

Эксперт выразительно закатил глаза.

- Уж ты поможешь… с таким подходом. – Последнее явно было цитатой. Из самого же Эндрю. Интересно, сколько же он тут уже стоит? – Главное, не обделайся со страху.

- Можете сами попробовать, - огрызнулся медбрат.

- А что тут пробовать? Делать надо, - эксперт отклеился от стенки, подошел, рывком распахнул дверь, втолкнул Эндрю в палату и следом вошел сам. Останавливаться на входе не стал, а сразу направился к пациенту, по-прежнему сидящему на полу и совершенно не выглядящему хоть чуть-чуть успокоившимся.

- Руку давай, - в тоне эксперта неожиданно прорезались самые настоящие командные нотки.

И, не успел Эндрю себе представить, как сейчас на его глазах свершится мечта доброй половины сотрудников Центра, и эксперт получит-таки по шее, как Лемье, видимо, ошарашенный такой наглостью, протянул руку. Уолтер рывком поднял парня на ноги.

- Ты, как там тебя, иди сюда. Поддержи его.

Эндрю послушно подошел и позволил пациенту тяжело опереться на свою руку. Эксперт отошел на пару шагов и изрек.

- Ну вот… Теперь, если ты, – он ткнул пальцем в сторону Эндрю, - его уронишь, он почти наверняка тебе что-нибудь поломает. Дури хватит. А если ты, - жест повторился в сторону пациента, - вздумаешь буянить, он тебя точно уронит. Вот так и гуляйте, ребятки.

- Ах ты!.. - Джонни, рванулся, было, вперед, но не удержал равновесия, и Эндрю пришлось срочно приступать к выполнению обязанностей подпорки. Это оказалось не так уж легко – весил пациент на добрых 20 кило побольше худощавого медика.

Пока они оба пытались не рухнуть на пол, эксперта уже и след простыл.

- Ну не сволочь ли? – риторически вопросил Эндрю, переводя дыхание.

- Сволочь, - лаконично согласился пациент.

Бентен, ежась от холода, натянул обратно мокрую водолазку, глубоко вдохнул и закружился по комнате в самой энергичной из известных ему ката, скорректированной под скудные размеры пространства. По его подсчетам, минут через десять согретое теплом его тела белье обязано было высохнуть полностью. Конран, вытянувшийся на койке, приоткрыл глаза, оценил происхождение шума и вырубился обратно. Когда офицер Сугеро хотел спать, такие мелочи, как беснующийся напарник, не были в состоянии помешать этому.

Хотелось пить.

Но повторять неприятный опыт с малопредсказуемыми последствиями Бентен не собирался. В Эдо тоже хватало мест, где водой из-под крана он побрезговал бы помыть руки, а про существование воды питьевой в полном смысле слова "питьевой" только слышали, но в отношении этого города иллюзий точно питать не следовало.

Он едва не расхохотался, вспомнив, как бесстрашно и жадно пил воду, только что извлеченную Корой из деревянной коробки на улице. В общем-то, уже не существовало никаких гарантий, что и он, и Конран не заражены какой-нибудь местной гадостью, которая по истечении инкубационного периода не уложит их обоих. Оставалось уповать лишь на местную медицину, которая уж с местными-то болезнями должна уметь справляться, да на то, что рано или поздно портал пропустит на эту сторону группу спасения во главе с Лэнсером…

Бентен споткнулся на середине движения, схватился за запястье, судорожно перетряс верхнюю одежду на своей койке, набрал в легкие воздуха и заорал во всю глотку:

- Гоку! Где, мать твою, мой комм?!

- У меня, - бесстрастно, не раскрывая глаз, ответил напарник. Казалось, перерыв в долгожданном отдыхе не вызывал у него ни малейшего раздражения.

- Гоку, - очень выразительно, хотя и значительно тише, чем в первый раз, повторил Бентен, - Я спросил, где мой комм.

Конран, наконец, понял, что просто так отвязаться от назойливого приятеля не получится, и, не глядя, сунул руку в карман своей куртки, висящей на спинке кровати. Резко сел, рывком сдернул куртку себе на колени и тщательно еще ощупал.

Комма не было.

Похоже, клятый район «Виннипег» отличался особенным везением. Блэр мог только посочувствовать этому подполковнику Шеппарду. Ну, в самом деле, можно подумать, мало было Полиса, чтобы основательно отравить жизнь, так теперь уже вообще что-то сверхъестественное творится.

Впрочем, по части сверхъестественного группе Шеппарда везло изначально. Взять хотя бы мадмуазель Клэр Ларош. Ни одной другой группе, а их были десятки, если не сотни, так не повезло, чтобы заиметь в своем составе высшего инсэнта. Блэр не то чтобы догадывался – точно знал, почему, когда эти ребятки решили замять для ясности, откуда и почему вдруг вновь объявилась их пропавшая медичка, да где она пропадала добрых три месяца, в штабе сделали вид, что поверили, будто у девушки всего-навсего контузия и провалы в памяти. Ах, невероятная счастливая случайность, ну надо же. И уж тем более, почему все теоретически могущие заинтересоваться инстанции дружно смотрели в другую сторону, когда мадмуазель Ларош стала мадам Сегард, а район Виннипег вдруг оказался необычайно богат чрезвычайно удобно расположенными порталами. И когда довольно вялые попытки уцелевших ученых исследовать этот феномен встретили жесткое и совершенно неуставное сопротивление – в штабе тоже закрыли глаза. Интересно, Шеппард догадывается, что на его базе и в окрестностях проводников больше, чем в любом другом более-менее обитаемом регионе?

Да, это был эксперимент. Совершенно незапланированный. Эксперимент такого рода и такого размаха представлялся Блэру мероприятием, не имеющим ничего общего с порядочностью и вообще общечеловеческими ценностями. Оправданий тем, кто это затеял, раз уж представилась такая возможность, было ровно три. Во-первых, он оказался успешным. Чертов райончик на данный момент был одним из самых процветающих… по нынешним меркам, разумеется. Во-вторых, потенциальные «жертвы» эксперимента, скорее всего, воспротивились бы попытке его прервать. Неизвестно, как повел бы себя сам Шеппард, но все остальные члены его группы вряд ли согласились бы выдать инсэнточку. Ну и в-третьих… ситуация тогда была такой, что терять все равно было нечего. Ни армии, ни мирным жителям, ни даже жителям Полиса. И вообще, создание ARK’ов тоже было тем еще экспериментом, а судьба первых испытателей оказалась, по большей части, весьма незавидной – но в конечном-то итоге вся планета только выиграла.

Поймав себя на том, что он оправдывается непонятно перед кем и не вполне за себя, Блэр решительно завязал с философскими размышлениями и вернулся к анализу текущей ситуации. В сухом остатке выходило следующее: кривой портал, долгие годы безобидно болтавшийся в глухом лесу, преподнес в подарок связь с цивилизацией. Цивилизацией живой, техногенной и процветающей, судя по всему. И теперь только от действий местного населения зависело, спасет этот подарок или угробит все окончательно. Словом, ситуация окончательно и бесповоротно вышла из-под контроля. И теперь предстояло придумать, как ее под контроль вернуть. Интересно, Шеппард хотя бы сообщил в штаб, что у него тут творится? Что-то Блэру подсказывало, что вряд ли.

– Ладно, – вслух проговорил бывший пилот-испытатель первой серии ARK. – Попробую, что ли, помочь.

Само собой, его никто не услышал. И не должен был. К счастью, горожане сами основательно подзабыли структуру убежища, так что найти себе такую нору, в которую никто никогда не заберется, оказалось хоть и непросто, но вполне возможно. После этого стоило только позаботиться, чтобы никто не заметил его периодических исчезновений, но начальству исследовательского центра сейчас уж точно было не до того, чтобы выяснять, где некоторые сотрудники проводят свободное время. Даже в условиях карантина. Особенно если предварительно развить такую бурную деятельность, чтобы твое присутствие уж точно запомнили все окружающие. После этого можно было «исчезать» с чистой совестью и спокойной душой.

Помещение, выбранное Блэром для хранения разных интересных вещей, которым совершенно не надо было бы попадаться на глаза горожанам, когда-то использовалось при постройке убежища. И располагалось в запутанном лабиринте временных технических ходов, в которые с момента сдачи объекта в эксплуатацию почти никто и не совался. Несомненно, служба технической безопасности обладала информацией о существовании этих коридоров, шахт и тоннелей, проходящих по всему периметру города, а то и над городским куполом, возвышающимся над поверхностью на добрых два десятка метров. Но регулярно их все обследовать – помилуйте, это же средств не напасешься, и людей тоже, чтобы осмотреть сотни этих бывших раздевалок, мастерских, переходов, шахт, коридоров, складов и лифтов! Вполне достаточно автоматики. К тому же, население неумолимо сокращалось, и в городе потихоньку появлялись пустующие кварталы, а в разряд неиспользуемой переходила еще недавно работавшая инфраструктура. Это бы хозяйство суметь законсервировать и проконтролировать, не до прочего добра.

Теоретически, по некоторым из этих ходов можно было выбраться на поверхность. Еще бы нельзя – когда-то строители именно ими и пользовались. И не только пешком ходили, но и легкую технику гоняли, и оборудование таскали. Практически – все известные выходы или были давно замурованы намертво, или контролировались тщательнейшим образом.

А вот про то, что минимум один проход, в южной части города, снаружи контролируется куда серьезнее, чем изнутри, даже техническая безопасность Полиса не знала. Все-таки иногда секретность – это такая чертовски удобная штука. Впрочем, ситуации это не меняло – вряд ли хоть кто-то, кто рискнет проникнуть в город извне, минуя обычные пути, сможет остаться незамеченным хоть сколько-нибудь долго… если, конечно, выберется в жилую область. Заметут при первом же контакте с первым же горожанином. Ну, хорошо, если повезет – то со вторым или даже третьим.

Этот выход Блэр рассматривал только на предмет возможного экстренного отступления, до которого дело доводить все же не хотелось бы. Особенно раньше времени. Хотя максимум час назад, от отчаяния, он вполне обдумывал вариант выпроводить через него из города чужаков. Силком, уговорами, как угодно – но убрать их отсюда, пока эта фанатичка Кимберли не успела им ничем навредить, случайно или намеренно. Впадешь тут в отчаяние, глядя в результаты анализов одного из гостей, четко свидетельствующие, что он если и человек, то очень, очень странный. Понимая, что, скорее всего, это – искусственное существо. И представляя при этом, что может сотворить способная на такое цивилизация, к примеру, в рамках мести за гибель от рук «туземцев» своих представителей.

И черт же дернул этих «представителей» полезть в город! И вот рожай теперь в муках идеи, как или их отсюда вывести или тех, кто за ними явится, сюда привести, и все это – не сходя с места, не имея связи ни с кем из своих и не располагая информацией о происходящем снаружи.

Если бы Блэру тогда представилась возможность сказать пару ласковых подполковнику Шеппарду, упустившему этих двоих – тот рисковал узнать о себе много нового и интересного. И существенно расширить словарный запас.

Идея, которая появилась после того, как отчаяние было успешно подавлено, и даже пискнуть больше не смело, была сумасшедшей. Нет, Блэр прекрасно понимал, что, как и все немногочисленные выжившие и не оставшиеся «овощами» пилоты-испытатели, он не вполне нормален с точки зрения обычного человека. Или даже вполне ненормален. Но идея решить задачу по передаче Полиса под контроль армии, используя для этого спасательную экспедицию неведомой запортальной цивилизации, казалась чересчур эксцентричной даже для него. По крайней мере, первые пять секунд, после ее, идеи, а не цивилизации, появления. На шестой секунде он уже прикидывал, что и как ему нужно будет сделать. Ну а на седьмой – приступил к выполнению задуманного маневра. Последствия предпринятых шагов должны были существенно разнообразить жизнь если не всего города, то уж исследовательского центра – точно.

Исследовательский центр, некогда отхвативший у госпиталя лучший кусок инфекционного отделения, располагался на пяти этажах. Два нижних занимали жилые блоки персонала. Верхний – административная часть. Второй сверху был под завязку забит медицинской техникой (Мишель припомнила, с каким скрежетом зубовным соглашалась отдавать исследователям аппаратуру) и представлял собой набор операционных, непонятно, зачем нужных в такой ситуации, и процедурных. А вот третий… Третий Мишель и ее сотрудники называли «тюремным блоком». Именно там Кимберли содержала своих «пациентов», и именно там проходила большая часть работы. Раньше бывать в этом месте главе городского здравоохранения не приходилось, но она прекрасно знала, что там увидит: два коридора крест-накрест, квадратный общий холл с постом в месте их пересечения, четыре маленьких служебных помещения в конце каждого. И по четыре бокса в каждой половине коридора. Один коридор – четные номера, второй – нечетные. Госпиталь состоял из точно таких же блоков, и госпожа Сандерс всерьез сомневалась, что Ким и ее команда что-либо там всерьез перестраивали.

Сейчас в общем холле, прямо напротив поста, собралось непривычно много народу – чуть не половина наличествующего персонала центра, около полутора десятков человек, а потому там было тесновато. Народ разбился на группки и что-то живо обсуждал. До вошедших донеслись отдельные реплики.

– Система, что ли, обвалилась? – усталая женщина средних лет с недоумением смотрела на свой пропуск. – Не выпускает.

– Не волнуйся, нас тоже, – отозвался парень помоложе, развалившийся на одном из казенных диванов.

– Ерунда. Система русская, они либо сразу валятся, либо, если уж работают, то до упора, – встрял в разговор мужчина постарше.

– Чушь, все работает. Я же вошла! – молоденькая медсестра выглядела куда свежее, чем первые трое.

– Ты выйти попробуй теперь, – крикнул кто-то с другой стороны холла.

Кимберли не обратила на собравшихся никакого внимания, предпочитая сразу выдать Мишель необходимые пояснения:

– Гости в пятом блоке, – она махнула рукой в сторону герметичной перегородки, сейчас отсекающий холл от правой половины «нечетного» коридора. – В третьем первые трое проводников, в четвертом, как раз, Баттлер и Лемье.

Главврач одобрительно кивнула, заметив, что все три названных блока перекрыты.

– К сожалению, потенциально незараженным остается только второй.

– И как ты это допустила?

Кимберли пожала плечами.

– А что я могу поделать, если эксперт у меня один? Ему приходится работать со всеми ними. Включая гостей.

Мишель не стала выяснять, так ли необходимо общение эксперта со всеми пациентами. В конце концов, Готье, все-таки, не дура, и если бы была возможность изолировать потенциальный источник заразы – она бы это сделала. Значит, возможности не было.

– Кстати, а где он сейчас?

– Где-то здесь, – со вздохом пояснила Ким. – Час назад был у Лемье, потом крупно поскандалил с дежурной сменой и временно убрался в ординаторскую. В общем, если ты объявишь, что всем, кого здесь не было сегодня ночью, на ближайшие две недели запрещается с ним общаться – они будут тебе рукоплескать.

– Смысла нет. Все, кто сейчас здесь, все равно уже в группе риска. Почему сразу не перекрыли не только выход, но и вход?

– Все равно часть персонала пришлось бы впустить. Одна и та же смена не может работать без перерыва две недели.

Похоже, вывод, что она не дура, был чересчур поспешным. И идеалистичным. Восхитительный ход мысли, черт побери! Великолепное оправдание тому, что под угрозу поставлены еще несколько человек. Цель оправдывает средства? Нет, все-таки, Кимберли ненормальная… или просто не верит в реальность угрозы. Или даже точно знает, что никакой угрозы нет. Ох, до чего же все-таки неприятная штука эти закулисные игры.

– Господа, – повысила голос Кимберли. – Минуту внимания. Я сейчас объясню ситуацию…

«Мне бы ты ее объяснила, – подумала Мишель. – Хотя… сама разберусь, раз уж я здесь».

Эльза с нескрываемой завистью проследила, как эта белая штука взлетала. Абсолютно вертикально. Неудивительно, что она может приземлиться хоть посреди леса. Кстати, как бы это не стало проблемой – мало ли, куда гостья решит улететь, кроме базы. Ищи ее потом…

– Эльза, не тормози, – недовольно проговорил Стэн. – В воздухе мы ее, конечно, снимем в любой момент – но не хотелось бы доводить до этого.

Пришлось снова продираться через лес, обратно, к «Патрику». Во второй раз это было немногим легче, чем в первый. К счастью, гостья и ее чудо техники никуда не делись. Еще на половине пути родной ARK передал ей картинку белой машины, приземляющейся в трех метрах от его хвоста.

Гостью она застала уже выбравшейся из своего транспорта и с вежливым интересом разглядывающей истребитель.

– Вам раньше не доводилось видеть такие? – спросила Эльза, только чтобы поддержать разговор.

– Отличный вопрос! – неожиданно одобрил Стэн.

– Такие – нет, – улыбнулась японка. – Хотя, конечно, это не первый самолет, который я вижу в своей жизни.

– Фактически, она ушла от ответа, – пробормотал Стэн. – Она могла видеть 12-й или 14-й ARK.

– Фактически – у тебя паранойя, – отозвался Алекс из диспетчерской. – Скажи еще – 10-й или 11-й. Не плоди сущности.

Эльза потрясла головой, отрешаясь от перебранки в эфире. Оставалось только надеяться, что гостья не сочтет ее за припадочную.

– Надеюсь, – продолжала та, – у нас не возникнет сложностей в полете. Флаеры не летают быстрее скорости звука.

– Моя минимальная скорость – около 70 километров в час. Это вас устроит?

– И взлетайте первой. Мне понадобится место для разбега.

Уже вскарабкавшись обратно в кабину, капитан Вольф обвела напоследок взглядом окрестности – вдруг что-нибудь упустила. На секунду ей показалось, что почти у самого крыла «Патрика», в зарослях, мелькнул человеческий силуэт… и растаял в воздухе. Видимо, сказывалась бессонная ночь. Женщина потянулась протереть слипающиеся глаза и наткнулась рукой в перчатке на стекло шлема. Ей померещиться могло. «Патрику» – нет.

– Народ, вы это видели?

– Что видели?! – в один голос переспросили Дебуа и Шеппард.

– Ясно… Ничего, просто показалось.

Ну вот. К Алексу, срочно к Алексу, если еще и бортовой комп дурить начнет, беды не избежать. Утешало только то, что именно к Алексу они сейчас и должны были направиться.

– Она тебя заметила, – бесстрастно констатировал Джайк.

Лэнсер поправил наушник комма и ответил:

– Решит, что ей померещилось.

– Да? Она не поймет, что видела человека в камуфляже? – капитан «Иронсан» то ли иронизировал, то ли искренне интересовался умственными способностями Эльзы.

– Здесь нет текучего камуфляжа, Джайк, – отозвался пилот со вздохом. – Так что "померещилось" – для нее куда более естественное объяснение.

Машину Коре пришлось оставить за добрый километр от места, где она с паданцами спрятала их флаер. И все из-за того, что ей очень не хотелось ехать по нормальной дороге. Потому что на нормальную дорогу очень легко посадить… ну, скажем, «Омегу». Встреча со Стэном в ближайшие пару суток в ее планы не входила. К тому же, здесь было удобное место, в котором джип можно было бы безбоязненно оставить на несколько дней: оставшиеся с военных времен окопы, в том числе и для техники. Загнав джип в частично осыпавшуюся прямоугольную яму, Кора вынула из бардачка выданный Алексом маячок. Задумчиво покрутила в руках и сунула в нагрудный карман рубашки. Попробовала связаться с Дэном – тот не отвечал. Видимо, уже нет в доме. Скорее всего, вместе с «Хагеном» болтается где-нибудь у портала. Мда, интересно, что теперь сказать этой их спасательной экспедиции? Извините, ваши ребята у нас были, но не сошлись характером с нашим начальником и теперь бегают где-то по лесам и болотам, и вообще, мы не уверены, что они еще живы? Ну-ну…

На случай, если вернуться к машине уже не удастся, Кора прихватила из багажника кое-что из привезенного Алексом снаряжения, закинула в рюкзак флягу с водой и кое-какие припасы (надежды на то, что питаться армейскими концентратами больше не придется, неизменно оказывались обманутыми) и углубилась в лес. За машину она не волновалась – даже если кто-то ее здесь и найдет, угнать все равно не угонит. Уж об этом-то Алекс позаботился еще тогда, когда в округе вовсю хозяйничали бандиты.

Ходить по лесу она умела, местность знала хорошо и заблудиться никак не могла. К тому же, хорошо помнила, что флаер виден издалека. Но когда Кора, по ее расчетам, приблизилась к месту, ничего, даже отдаленно похожего на яркое белое пятно впереди по-прежнему не виднелось. Она, на всякий случай сбавила шаг, и к поляне подкралась беззвучно, как тень. Брюс, правда, всегда утверждал, что в лесу она шумит, как стадо коров, ну так то, что Брюсу с его индейскими корнями – шумно, нормальному человеку не слышно вовсе.

Флаера на месте не было. И вообще ничего не было. Ну вот как, как эти двое успели добраться сюда раньше нее?

«Кора, включи голову, – посоветовал внутренний голос, до крайности напоминающий голос Стэна, – кто тебе сказал, что сюда добрались они, а не те, вторые?»

Эта мысль Коре совсем не понравилась. И вместо того, чтобы выйти на поляну и поискать следы пребывания гостей, она затаилась в кустах, предпочитая изучать обстановку издали. К сожалению, изучать было нечего. И на первый взгляд, и на второй, и на третий – там не было ровным счетом почти ничего интересного. Она уже почти собралась ретироваться, как боковым зрением уловила на дальней от себя стороне поляны какое-то марево, наподобие того, что можно увидеть над асфальтированной дорогой в жаркий день. Не веря своим глазам, она уставилась на совершенно обычные деревья, траву, кусты и тихо выдохнула. В пейзаж, как на детской картинке-загадке, где надо найти спрятанных зверушек, идеально вписывался какой-то массивный объект. Выглядящий так, словно он абсолютно прозрачен. Кора видела, как еле заметно шевелится трава под ветром, могла отследить, как падает лист с дерева… да черт побери, даже не за этой штукой, а ровно там, где она стоит!

Внутренний голос, как обычно, оказался прав.

И словно в подтверждение ее догадки, контуры загадочного призрачного предмета стали четче, а потом он проявился полностью, как изображение на фотобумаге. Минимум трех метров в ширину и метров десять в длину, но очень похожий по форме на машину пропавших гостей. По корпусу флаера пробежала цветная рябь, и погасла, оставив обычный с виду серебристый металл. Эмблема на борту была Коре незнакома – стилизованное изображение то ли цветущей ветки, то ли сплетенной в кольцо лианы. И ничего общего с символикой на форме офицеров Инадзуми и Сугеро.

Дверь, уже знакомым манером, скользнула вбок по корпусу, и наружу выбрался человек. На пропавших паданцев он походил только тем, что тоже относился к виду Homo Sapiens. Пожалуй, ростом даже повыше Стэна, и существенно массивнее, ярко-рыжие волосы завязаны в короткий хвостик на затылке, крупные черты лица и, хотя глаза скрыты темными зеркальными очками, все равно ясно, что ровным счетом ничего азиатского в его внешности нет, не было и не предвидится. И одежда совсем другая – практичного серого цвета и не настолько облегающая, как у тех двоих. Вспомнив задумчивые взгляды, которые Эльза бросала на костюмчики Сугеро и его напарника, Кора чуть не фыркнула.

Человек на поляне обвел взглядом окрестности. Покачал головой, то ли задумчиво, то ли осуждающе и произнес в пространство:

– Мадам, вы бы вышли, что ли, – голос у него оказался под стать внешности – очень низкий. И тон такой… спокойный-спокойный, чуть укоризненный.

«Интересно, кого он потерял?»

Долго задаваться этим вопросом не пришлось.

– Госпожа Клеменс. Я к Вам обращаюсь, – все так же спокойно проговорил рыжий. – Поверьте, я Вас все равно прекрасно вижу.

С места он при этом не тронулся. И, кстати, представлял собой просто замечательную мишень.

Те, кто считал волонтершу совершенно бесстрашной, по большому счету были правы. Неправы они были в обычно сопутствующих такому ее описанию эпитетах, касающихся ее способности соображать. Когда надо, соображала Кора очень быстро. Если уж этот человек мало того, что способен ее заметить, так еще и знает в лицо и по имени, значит, кто-то дал ему ее описание. Учитывая, что он пару часов, как прибыл с той стороны портала, вряд ли он мог получить это описание от кого-то враждебно настроенного. И если бы у него имелись недобрые намерения – ему совсем незачем было бы сообщать потенциальной жертве, что он знает о ее присутствии. Хватило бы одного выстрела.

Кора выпрямилась во весь свой невеликий рост и решительно выбралась из кустов на открытое пространство.

– Здравствуйте. Так вы их нашли?

Рыжий прислонился к корпусу флаера.

– Начало мне уже не нравится. Если я правильно понимаю, кого вы имеете в виду, позвольте задать встречный вопрос: а вы их уже успели где-то потерять?

В том, что такое начало понравиться не может, госпожа Клеменс была с ним полностью солидарна. И потому предпочла сразу внести ясность в ситуацию.

– Я имею в виду двоих офицеров какого-то Особого Отдела полиции. Вы же за ними явились?

Незнакомец кивнул. Но развивать тему не спешил.

Стало быть, пропавших гостей он не встречал. И Коре не хотелось быть тем человеком, кто сообщит этому типу, что никто здесь понятия не имеет, куда они провалились. Пауза затягивалась.

– Джайк, что у нас еще плохого? – еще один человек точно так же, как раньше флаер, «проявился» на краю поляны и быстрым шагом направился к машине, на ходу откидывая капюшон.

Кора сморгнула. Несмотря на то, что еще сутки назад она предполагала, что именно этот человек придет за «потеряшками». Несмотря на то, что она уже успела свыкнуться с мыслью, что он все-таки жив, и порадоваться этому известию. Несмотря на все это, в носу как-то предательски защипало, и глаза ни с того, ни с сего, начали слезиться. Одно дело – слышать и знать, совсем другое – увидеть собственными глазами.

Лэнсер сдержанно улыбнулся.

– Привет, Ко. Что ты тут делаешь?

Дорога до городка заняла совсем немного времени. Обе девчонки молчали, как набрав в рот воды. Сандра и не пыталась их разговорить, сопоставляя в уме рассказ младшей, назвавшейся Корой и то, что сказал парень. Выходило, что приврать-то он приврал, но вполне в пределах необходимого. И то правда, для обеспечения собственной безопасности не стоит выкладывать всю подноготную первым встречным. Откуда ему было знать, что при упоминании армейского вездехода ему не свернут шею, а, напротив, обрадуются? Бабушка Макги прекрасно помнила, как прошлым летом наткнулась на другом берегу озера, в лесу, на истерзанный труп в остатках летной формы – то ли дезертир, то ли такой же заблудившийся, как эти, встретился с бандой Сайруса. Итог для него оказался печальным. И если уж она об этом знает – то и этот Иеро не мог не знать. Что могли сделать с девчонками, лучше даже и не думать.

А вот новость насчет инсэнтов была совсем уж страшной. Да, жизнь в отрезанном от остального мира городке нелегка. Но она – сущий рай по сравнению с жизнью на территории, где ведутся боевые действия. И никакие бандиты с этим ужасом не сравнятся. Вспомнив о бандитах, Сандра прибавила скорость. Конечно, у мэра поселка с бандой Сайруса договоренность – зря, что ли, такая доля добра идет на прокорм этих выродков, но Сандра-то – не мэр.

Вопреки ее опасениям, по дороге ничего не случилось. Зато случилось дома: в пустом зале обнаружился найденыш, сидящий на ближайшем к барной стойке столе. Рядышком уныло сгорбился Джесс, прижимающий к лицу пакет со льдом. И кроме этих двоих – никого. Обе внучки, видимо, забились в какую-то щель и благоразумно не собирались показываться чужаку на глаза. Были бы они так благоразумны раньше!

– Привет, Лэнс, давно не виделись, – весело фыркнула Кора, разом перестав казаться замученной и замерзшей маленькой девочкой. И начав смахивать на малолетнюю бандитку. Вторая девица молча прошла через зал и села рядом с чужаком. Джесс отнял от лица пакет и осторожно отодвинулся подальше. Левая половина лица у него медленно заплывала. Картина произошедшего была ясна, как погожий день – видимо, очнувшись, парень не стал разбираться, а просто надавал по морде первому, подвернувшемуся. И его даже можно было понять, хотя такое поведение трудно признать нормальным.

Сандра замешкалась в дверях, подумывая, не выскочить ли ей на улицу и не поднять ли тревогу, наплевав на все планы.

– Вы проходите, проходите, не стесняйтесь, – ласково попросил найденыш. Судя по голосу, по крайней мере, простуда у него была настоящая. И рядом с ним, в опасной близости лежало его оружие. Проверять, насколько быстро он способен схватить пистолет и выстрелить, не хотелось.

Бабушка Макги решительно закрыла за собой дверь. И развела руками.

– Вы уж извините, что так вышло… со скотобойником. Вы понимаете, Вики, она у нас… ну-у…

Договорить ей не дали.

– Она просто дура, – резко произнесла Клэр.

Иеро тихо рассмеялся, чем немедленно перевел огонь на себя.

– А ты-то что ржешь, идиот? Тебе с твоим бараньим весом могло и половинной дозы хватить, чтобы отъехать на тот свет. Это не говоря о том, что она могла и из двустволки сдуру пальнуть.

– Каюсь, – Лэнсер склонил голову в утрированно покаянном поклоне. – Признаю, моя вина.

– Это ты начальству будешь рассказывать, а не мне! – девушка тряхнула головой. – На пару дней оставить нельзя!

Сейчас она меньше всего походила на давешнюю зомби с остекленевшим взглядом.

– Ну вот и не оставляла бы, – пожал плечами Иеро. – Кто тебя просил вылезать из укрытия? Куда ж мы… – он замешкался, подбирая слова, – без квалифицированной, чтоб ее, медицинской помощи.

– Да с вами, оболтусами, еще и не туда полезешь, – проворчала Клэр.

Кора покачала головой и присоединилась к своим. Кажется, такого рода перепалки ей в диковинку не были. Джесс попытался отодвинуться еще дальше, но, к сожалению, скамейка кончилась. На хозяйку дома он старался не смотреть. Все ясно – почти наверняка все разболтал.

– Принеси с улицы их вещи, – со вздохом велела Сандра. – Только тихо и не привлекая внимания.

Бывший санитар понятливо закивал, и, поспешно вскочив, почти выбежал из зала. Препятствовать ему никто не стал.

– Еще раз извините, – вздохнула бабушка Макги. – Я такого не планировала.

– Я знаю, – сообщил Иеро. – Иначе мы бы с вами сейчас не разговаривали. Вы садитесь. Разговор у нас, похоже, будет долгий.

– Ну вот, девчонки добрались нормально. Теперь можно и поработать, – резюмировал Стэн.

– Вот нашли развлечение – таскать вещи туда, потом тащить обратно, – на удивление ворчливо высказался Брюс.

– Не брюзжи, – посоветовал Алекс. – Мал еще. Надо будет – будем таскать, сколько потребуется.

Полностью зачистить следы пребывания группы Шеппарда на хуторе все равно не удалось. Любому, кто сюда забредет, сразу станет ясно, что кто-то здесь был, и вряд ли местный. Но это особого значения не имело – если все пойдет правильно, уже завтра жителям поселка будет, о чем задуматься помимо беспорядка в заброшенном доме.

– А смысл-то в этом всем какой? – продолжил возмущаться Брюс. – И что мы дальше делать будем?

Стэн окинул задумчивым взглядом единственное богатство группы – стоящие рядком ARK’и, кое-как закрытые маскировочной сеткой. Оставлять машины совсем уж без присмотра не хотелось ужасно, спрятать толком пять двадцатиметровых машин тоже было сложновато. Оставлять кого-либо охранять самолеты вообще никакого смысла не имело. Что же, придется обернуться с делами побыстрее, раз уж проклятый склад, наконец, нашелся.

– Дальше мы пойдем искать грунтовку. Надо попытаться узнать, куда и за чем по ней могут кататься тяжело груженые машины. И, главное, что они возят. А потом уж пойдем в поселок.

Алекс кивнул одобрительно и полез за картой.

– Итак, мы, судя по всему, находимся здесь, – инженер ткнул пальцем в точку посреди леса. А эта грунтовка – южнее. Не могу сообразить, как бы нам попроще до нее добраться. Чтобы не по болоту.

– А вы и так, и так заблудитесь, – безо всякого уважения к старшим брякнул Брюс. И на этот раз даже Стэн не стал возражать. – Что с болотом, что без болота, и компас не поможет. На дорогу – так на дорогу… Пошли уже, холодно тут стоять!

Вот в таких случаях Брюсу цены не было – ровно через двадцать минут все трое уже стояли на обочине искомой грунтовки. Стэн нисколько не сомневался, что без его помощи они шли бы до нее не меньше часа, обязательно пару раз провалились бы в сугробы или куда похуже, продирались бы через бурелом – в общем, получали бы все тридцать три удовольствия от прогулки по зимнему лесу при недостаточности подготовки и в отсутствие необходимой экипировки. А так – ну, извозились в снегу, конечно, куда без этого, но, можно сказать, легко отделались.

На этом везение закончилось. Дорога выглядела так, будто во время утреннего снегопада над ней держали зонтик. То есть, с точки зрения Стэна, надежды увидеть какой-либо след на снегу, просто не оставалось.

– И хватает же им силенок ее все время чистить, – проворчал Алекс себе под нос. – Воля твоя, Стэн. Но что-то тут нечисто. Помимо того, что они наш склад потрошат.

– Вот я и пытаюсь понять – что именно нечисто, – задумчиво ответил командир, отряхивая снег с рукава форменной куртки. – Не нравятся мне люди, которые на каждого встречного со скотобойником бросаются.

Брюс в разговоры старших почему-то не вмешивался. Что для него было редкостью. Может быть, просто собирался с силами, конечно. С минуту все трое стояли на обочине, по колено в снегу и разглядывали злосчастную дорогу, как-будто на ней могли проявиться огненные письмена, подробно и доступно разъясняющие, что же, в конце концов происходит, и, возможно даже, с припиской, что теперь со всем этим делать. Когда Стэн уже почти решил бросить эту затею и присоединиться к остальной части команды в городке, волонтер, наконец, утомился молчать.

– Ну мы так и будем тут торчать? Пока еще кто-нибудь не поедет?

– Как вариант, – отрезал Алекс. – Тогда у них и спросим, с чем и зачем они тут катаются…

Предложение было не лишено привлекательности. В конце концов, зачем прятаться от этих самых мирных жителей, если все равно сегодня же, к вечеру, предстоит с ними встретиться. Однако, было у Стэна одно «но». Весьма увесистое. Хотелось бы общаться с этими жителями, точно зная, что ничего криминального в их активе не числится. Или точно зная, что именно они затеяли.

– Катаются, – раз начав, прекратить ворчать Брюс уже просто не мог. Он вышел на дорогу, старательно глядя под ноги. – Поселок – там, – он махнул рукой куда-то влево. – Туда проехала… ну, вроде одна машина. А оттуда… тоже одна. И вроде бы, даже та же самая. Куда идем?

Как он это определил, Стэн спрашивать не стал. Младший товарищ мог быть несносен, но в том, что касалось любых следов где угодно – никогда не ошибался. Это за полгода было проверено многократно. При всей нелюбви полагаться на данные, в достоверности которых нельзя убедиться, лейтенант Шеппард был практичен, да и не в том группа была положении, чтобы пренебрегать хоть какой-то информацией. Правда, как говаривал Алекс, эта группа всю дорогу пребывает в состоянии, когда пренебречь нельзя вообще ничем. Сейчас Алекс происходящее не комментировал, предоставив командиру решать самостоятельно.

– Какой след первый? Ну, в какую сторону они раньше ехали?

– Сначала – оттуда.

– Отлично. Ну, вот и пошли по первому следу.

– Что, прямо по дороге? – подковырнул Алекс.

Стэн намек понял и махнул рукой.

– Прямо. Что-то я тоже уже немного устал прятаться.

Идти пришлось недалеко. Немилосердно петляющая дорога пошла в гору, выводя из болотистой низины на поросшую лесом возвышенность.

– Если кому интересно, – хмуро пояснил Брюс. – Мы такими темпами скоро вернемся на этот несчастный хутор. Стоило столько по сугробам прыгать.

– Вернемся, так вернемся, – пожал плечами Алекс. – Ты куда-то торопишься?

Стэн предпочел промолчать. Некоторая бессмысленность этого кружения по лесу ему самому уже надоела. Однако, это не отменяло необходимости проверки.

– Ну, вот тут они остановились…

Пояснение было излишним – в снегу на обочине были отчетливо видны две глубокие колеи. И не только они – от места остановки, куда-то в лес была протоптана почти настоящая тропинка, и вообще следов вокруг было преизрядно.

– Интересно… И что их в лес-то понесло? – риторически спросил Алекс. Самого его перспектива вновь углубляться в заросли не радовала.

– Таскали они туда что-то, – предположил Стэн, разглядывая затоптанный пятачок около того места, где, теоретически должен был остановиться прицеп.

– Следопыты-любители нашлись, – немедленно возмутился Брюс. – Чтоб вы понимали!

– Хорошо. Предоставляю слово профессионалу, – кротко проговорил Стэн. – Валяй, блещи познаниями.

Даже его терпение было далеко не безграничным.

Волонтер намек понял. И перспективу получить по шее осознал. Так что тон сбавил и предельно коротко изложил свое, действительно профессиональное, мнение: было в машине трое мужиков, таскали они ящики, одинакового размера, из прицепа – и вон по той тропинке в лес. Точнее, двое таскали, а третий машину караулил. Ящиков было штук пять, и они были тяжелыми. Возилась с разгрузкой эта троица недолго – около часа. Так что носили не очень далеко – за двадцать минут туда-обратно оборачивались.

– А вот что было в ящиках, это я, извините, понятия не имею, – не удержался он от подколки под конец.

– А я уж думал – ты по запаху определишь, – немедленно отреагировал Алекс, наблюдавший демонстрацию рейнджерского профессионализма со снисходительным терпением.

Вопреки ожиданиям Стэна, Брюс не огрызнулся. С чем уж было связано такое похвальное благоразумие – оставалось только предполагать. Например, что волонтеру совсем не хочется обнаружить, что у «Йорка» опять работает только и исключительно автопилот. Хотя так для всех было бы только безопаснее, Брюсу, тем не менее очень хотелось летать самостоятельно.

– Вот пойдем – и узнаем, – подвел итог Стэн.

Тропинка привела их к невысокому бревенчатому строению без окон, с виду ничем не примечательному. И заваленному снегом чуть ли не под самую крышу. На двери, в которую упиралась тропинка, красовался огромный амбарный замок, заботливо прикрытый пластиковым колпаком, серым и поцарапанным.

– Ну, что... – шепотом поинтересовался Брюс, – На этом подвиг считаем законченным, или будем штурмовать?

– Интересно, тут окна есть какие-нибудь? – спросил Стэн в пространство. – Очень уж мне любопытно, что же они тут хранят.

Посылать в обход дома Алекса было бы негуманно, он и так того и гляди из сил выбьется окончательно. Брюса – без толку. Стэн тяжело вздохнул, сошел с тропинки и тут же оказался по колено в снегу. Первые же несколько шагов по снежной целине настолько не вдохновляли, что он подумывал тут же и вернуться.

Тем не менее, отчаянно матерясь и проклиная эту чертову погоду, он обошел дом кругом. Окон не было. Вообще ничего не было, кроме проклятых сугробов.

Ожидавшие товарищи счастливыми не выглядели. Точнее, счастливым не выглядел Брюс, прыгающий с ноги на ногу, чтобы согреться. Алекс, сняв защитный колпак, вдумчиво ковырялся в замке какой-то железкой, наверняка извлеченной из одного из многочисленных карманов комбинезона.

Как раз к тому моменту, когда злобно матюгающийся командир выбрался обратно на тропинку, в замке что-то щелкнуло. И он открылся.

– Да здравствует преимущество мозгов над грубой силой, – пробормотал Брюс, хлопая себя руками по бедрам

– Кража со взломом, – пояснил Стэн. – Ну никак не вписывается в правила для мобильных групп. Ничего, один карманник у нас уже был, теперь еще и медвежатник завелся.

– Не медвежатник, а слесарь, – корректно поправил Алекс. – Будем уходить – закроем обратно.

– Ну пошли уже! Там наверняка теплее! – взмолился Брюс

– Логично, – пробормотал Стэн.

Внутри, как и ожидалось, было темно, как у негра за пазухой.

Единственным, у кого аккумулятор в фонарике не загнулся от холода, оказался опять-таки Алекс. Что, впрочем, было предсказуемо.

Те самые ящики, в количестве куда большем, чем пять штук, поставленные друг на друга, громоздились пирамидой слева от входа. И маркировка на них была всем троим путешественникам прекрасно знакома. Надпись "Собственность Сил Обороны" на трех языках очень сложно с чем-то спутать.

– А ты говорил – взлом. Кража, говорил, – Алекс то ли иронизировал, то ли просто устал. – Вот где, кража. То есть, расхищение армейской собственности.

Стэн согласно кивнул, оглядывая помещение. Пирамида у входа была далеко не единственной.

– А пожрать прихватить они не догадались? – подал голос волонтер.

– Судя по маркировке – у той стены как раз консервы. И стандартный паек, – просветил Алекс, отправляясь куда-то вглубь сарая. – Но я бы туда лезть не стал.

– А какого черта, – начал, было, Брюс, но посмотрев на старших по званию, не договорил и вернулся к двери.

Командир проводил волонтера взглядом. А действительно, какого черта? Уж на пользование этим добром группа имела полное право. В отличие от местных жителей. Нет, дело понятное, что им тоже кушать хочется. Но вот этот склад – это уже явно выходит за пределы дозволенного, какими мерками не мерь.

– Стэн, посмотри-ка сюда, – окликнул Алекс из глубины помещения.

Внимание инженера привлекла груда каких-то мягких тюков. Один из них был развязан, и то, что оттуда вывалилось, уж точно не происходило с пресловутого склада. Одежда разных размеров, с красивой отделкой, но явно не новая. Какие-то пушистые шкурки. Домашняя утварь. Даже древние деревянные часы, полированный корпус которых треснул в двух местах.

– Интересное кино получается, – проговорил Стэн. – Мародерство? Или открытый грабеж?

– Шут их знает, – Алекс ткнул носком ботинка ближайший тюк. Там что-то глухо звякнуло. – Надо еще поискать.

– Только быстро. Пока им не взбрело в голову вернуться.

Полчаса поисков принесли свои результаты.

– Итак, – вслух подвел итог Стэн. – Одежда – разного размера, включая женскую. И более-менее дорогая. Посуда тоже… вряд ли по назначению используется, – он повертел в руках серебряную ложечку и бросил ее на кучу прочего хлама.

– Ладно бы, женская одежда… – Алекс потянул из кучи тряпья какую-то вещь. Это оказалась темно-синяя куртка. Точно такая же, как на Стэне, форменная, разве что номер части другой. – Это они вряд ли могли найти в заброшенном доме.

– И, до кучи, ящичек с драгоценностями. Которые точно не требуются для выживания, – добавил Стэн, разглядывая небольшую коробку. В одном из отделений тускло поблескивали желтизной какие-то непонятные металлические предметы, маленькие, меньше ногтя размером, часть – полые, часть – с чем-то бурым в середине.

– А это что за чепуха? – Заинтересовался Брюс, покинувший свой пост у двери.

– Зубные коронки, – ответил Алекс. – Часть золотые, часть так… просто блестят.

– Какая гадость!

Старшие одновременно кивнули, соглашаясь.

– Если картина более-менее ясна, не пора ли нам убраться отсюда, – предложил инженер.

– Пожалуй, ты прав, – согласился командир, с отвращением отставляя коробку на ближайший ящик. – Уходим.

Замок они, все-таки, предусмотрительно повесили на место, хотя смысла в этом не было уже никакого.

Иногда Стэну начинало казаться, что Лэнсер удручающе прав в своих мизантропических суждениях. Общение с местными жителями обещало быть крайне неприятным.

Приглашать гостью в диспетчерскую было бы неразумно, а потому Стэн предпочел вернуться в собственный кабинет. И дождаться, пока Эльза проводит незнакомку туда, а не бегать, как мальчишка, по взлетной полосе с целью поглазеть на чужую технику.

Там и так половина свободных от дежурств "детишек" уже торчит, не хватало только присоединиться, для создания уж полной видимости неконтролируемого бардака. Запоздало подумав, что стоило бы и рядовых тоже убрать со взлетного поля, Стэн отмахнулся от этой мысли. Шила в мешке все равно не утаишь, при всем желании. Красотка-японка такой начальственный подход к встрече восприняла как должное.

"Может быть даже слишком!" – растерянно подумал Стэн, глядя на то, как девушка склоняется перед ним в поклоне. Не то чтобы уж совсем низком, но все-таки поклоне, а не просто кивке головой.

– Здравствуйте, – ему все-таки удалось скрыть растерянность и предложить даме стул. – Садитесь, пожалуйста.

К счастью, японка не стала усугублять церемонии и грациозно села, аккуратно сложив руки на коленях.

Вспомнив, что он даже не знает, как даму зовут (да уж... Эльзе поручать дипломатические миссии точно нельзя), он представился:

– Стэн Шеппард. Подполковник Сил Обороны.

– Аико Амикава. Майор Императорской службы безопасности.

Стэн знал разницу между понятиями "Имперский" и "Императорский". И мимолетно удивился тому, что на розыски отправили представителей структуры, которой следовало оберегать правителя. Странные, должно быть, у них порядки… в этой Империи.

– Я не буду делать вид, что не догадываюсь, что вас сюда привело, – сообщил он, усаживаясь напротив, через стол от гостьи. – Эльза ввела вас в курс происходящего?

– Боюсь, информация, исходившая от нее, была несколько неполной, – улыбнулась дама. – Моей первой задачей является возвращение двух офицеров полиции, попавших к вам. Не могли бы вы оказать мне содействие в этом вопросе?

– Безусловно, – Стэн вздохнул и с искренним, как он надеялся, сожалением, продолжил: – Как только мне станет известно, где они находятся в данный момент.

Девушка молча, не отрывая глаз от Стэна, вопросительно приподняла бровь. Шеппард невольно замер, любуясь ее мимикой, но опомнился.

– Видите ли, почему-то этой ночью они предпочли покинуть базу. Угнав при этом одну из машин и сняв часовых.

Аико глубоко вдохнула и прикрыла глаза.

– Я... приношу вам свои глубочайшие извинения за поведение наших людей. Надеюсь, в моих силах будет сгладить это недоразумение.

Стэн кивнул. Ему самому эти извинения были совершенно бесполезны, но в такой официальной манере было что-то невыразимо правильное.

– Я принимаю ваши извинения. Сейчас их ищут, и, вероятнее всего, в ближайшем будущем найдут. Если у вас есть какие-нибудь собственные средства поиска, вы можете присоединиться.

Он понятия не имел, какие у нее могут быть "средства поиска", но почему-то был почти уверен, что на глубине в десяток метров под землей они вряд ли сработают.

– Боюсь, что в местных условиях я буду несколько беспомощна в этом вопросе, – печально заметила Аико.

Это было просто прекрасно. Во всех смыслах.

– В таком случае – предоставьте это нам, – пожал плечами Стэн. – Не буду скрывать, – он и сам не заметил, в какой момент официальный стиль перестал тяготить и стал казаться почти естественным, – меня беспокоила возможность силового вмешательства с вашей стороны. Не лично с вашей, разумеется, госпожа Амикава.

– Простите... что? – округлила глаза красотка. Или Стэн ничего не понимал в людях, или она была гениальная актриса, но удивилась она очень натурально.

– Я опасался силового вмешательства со стороны Империи, – перевел Стэн. – Это могло бы привести к полному хаосу.

Почти любой из обитателей базы на этом месте хмыкнул бы и сообщил, что куда уж хаотичнее. И Стэн бы даже в глубине души согласился с таким заявлением. Пришелице этого знать было неоткуда, и потому, видимо, она вежливо кивнула и проговорила:

– От имени руководства Императорской Службы Безопасности я должна заверить, что силовое вмешательство с нашей стороны совершенно исключено. В случае необходимости, я уполномочена участвовать в составлении и подписании соответствующих документов.

Подполковник чуть было не спросил, какие именно должны быть эти «соответствующие документы», но вовремя сдержался. Хватит пока и словесного заверения, погрязнуть в юридических тонкостях всегда успеем… если не удастся свалить эти тонкости на командование. Должна же и от вечно молчащего штаба быть хоть какая-то польза.

– Возможно, вы также уполномочены и ответить на некоторые вопросы, которые могли бы прояснить ситуацию? – терять Стэну, в принципе, было нечего.

Аико улыбнулась, скромно опуская глаза.

– Это является моей второй основной задачей. Как и получение всей информации, которую вы посчитаете нужным сообщить.

Это было ожидаемо. Если какие-нибудь данные о происходящем на послевоенной Земле и, в частности, районе «Виннипег», у них и были, то, скорее всего, крайне скудные. Естественно, что им понадобится информация. И вот тут следовало быть поосторожнее. В принципиальную имперскую бескорыстность Стэн не мог поверить в принципе. Что-то, кроме, конечно, потерявшихся «паданцев» им обязательно понадобится, не сейчас, так в ближайшем будущем.

– У вас есть какой-нибудь опыт по прохождению порталов?

- Весьма скромный... - уклончиво отозвалась японка. И тут же поправилась: - Если точнее, есть лишь один человек, который умеет управлять этим процессом.

- И этот человек - не вы.

Это был не вопрос. Это была констатация факта.

- Нет, не я, - кивнула девушка.

- Чтобы сразу уточнить терминологию, скажу, что таких людей у нас здесь называют проводниками. И где сейчас ваш проводник?

- Ждет известий от меня, - просто ответила Аико.

Предположение о группе прикрытия подтвердилось самым явным образом. Стэн хмыкнул. Хорошо хоть, она этого не скрывает.

- Я только надеюсь, что его не придется потом искать, так же, как первых двоих. К сожалению, местность здесь не настолько безопасна, как хотелось бы.

- Не беспокойтесь об этом, господин Шеппард, - красотка качнула головой, - Как вы догадываетесь, я не только желала бы сама рано или поздно вернуться домой, но и прихватить с собой своих потеряшек. А поскольку осуществить это без проводника у меня однозначно не выйдет, то рисковать им я стану в последнюю очередь.

"И вам его по той же причине пока не покажу" - повисло в воздухе недосказанное.

Ну, это было уже разумно. Значит, пока проводник этой леди шляется по лесам, и отнюдь не в одиночестве, она тут осуществляет дипломатическую миссию. Очень хорошо.

- Мне только хотелось бы избежать столкновений вашей группы с местными жителями. И каких-либо эксцессов вообще, - пояснил Стэн.

- Хватит с нас и того, что уже есть. Вы можете попросить ваших подчиненных оставаться там, где они есть, и не вступать ни с кем ни в какие контакты?

- Справедливо было бы уточнить, что они не являются моими подчиненными, - японка не нашла нужным скрывать множественное число, - В нашей группе я полномочна принимать только все решения, касающиеся дипломатических отношений с вами. С другой стороны, они обязаны не препятствовать мне любыми своими действиями в выполнении моей мисии, так что мы будем решительно избегать любых проблем.

- Прекрасно, - кивнул Стэн. - Этот вопрос решен. Теперь о том, что касается обмена информацией. Для начала, хотелось бы знать, какими данными вы уже обладаете...

Разговор обещал быть долгим и интересным.

- Так, говоришь, левый бедренный привод, - пробормотал Алекс, глядя, как Эльза осторожно усаживается за стол в его «кабинете». Сварочный аппарат из-под стола он уже убрал, но гостье это мало помогло – она ухитрилась треснуться локтем о точило, и теперь, с болезненной гримасой, растирала пострадавший сустав.

- Ага. И если бы только он! Похоже, мозги «Патрику» тоже прочистить пора. А то он мне уже привидений показывает.

Инженер выглянул из дверей кабинета, словно желая убедиться, что сбрендивший ARK-13 по-прежнему стоит там, где хозяйка его оставила, а не пытается самостоятельно куда-нибудь удалиться. При неполадках с бортовым компом всего можно ожидать. В кабине истребителя уже возился один из немногочисленных техников из «детишек», подключая кабели от стенда.

- Ты уверена, что это ему померещилось, а не тебе?

Эльза пожала плечами:

- А черт его знает. Я сама в его память не полезла, чтоб еще больше не наворотить.

- Это ты правильно сделала… - Алекс вернулся к плитке, на которой кофе уже вспухал коричневой пенкой, норовя убежать из турки. – Ладно, я посмотрю. Заодно сравню с логами от диспетчеров. Это еще неизвестно, кому мозги проверять надо...

Эльза с благодарностью приняла чашку, над которой вился пар. Кофейных чашечек у Алекса не водилось, и потому емкость была вместительная. А кофе – крепким и сладким. Алекс никогда не спрашивал своих гостей, класть ли им сахар, у него были собственные представления о том, как нужно готовить этот напиток, и если уж кому перепадал от него ароматный бонус, то исполнен он был по алексовскому вкусу.

"Надо будет напомнить Джине, что когда они с Максом опять решат втихаря слетать в Колумбию, стоит пополнить Алексовы запасы. А то весь офицерский состав базы впадет в спячку"

- Кстати, о пришельцах… О паданцах ничего неизвестно? Что-то Кора не на шутку за них переживала.

Главный инженер осуждающе покачал головой.

- Ох уж мне эта Кора. Нет, ничего неизвестно. Как сквозь землю провалились. Ты мне лучше расскажи, как тебе показалась новая гостья. Я смотрю, Стэн там еще часа три будет с ней лясы точить на высоком официальном уровне.

- Ты же сам все видел, - сдержанно пожала плечами Эльза, но так просто Алекса было не отшить.

- Меня интересует твое личное, сугубо субъективное мнение. Все равно тесты еще добрый час идти будут, а пока я не закончу – ты никуда не полетишь.

И главный инженер отвернулся к древнему довоенному ноутбуку. У которого «мозгов», по определению, было меньше, чем у любого ARK, даже самого недоразвитого. Какой вид магии позволял Алексу при помощи этой рухляди успешно работать, оставалось загадкой. Некоторые из обитателей базы, кто помладше, предполагали, что и компьютер-то инженеру нужен только для вида, а с симбионтами он чуть ли не телепатически общается, как инсэнты со своей бронетехникой. Впрочем, Эльзу эти слухи мало интересовали. Куда больше ее интересовал результат. А чтобы его получить – следовало, как минимум, удовлетворить Алексово любопытство.

- Мое мнение – что-то тут не так, - вздохнула девушка. – Во-первых, в то, что эта дамочка одна прилетела, я ни в жизнь не поверю. И даже что их двое. А эта ее машинка…

- Флаер, - вставил инженер. – Это называется «флаер».

- Пусть будет флаер. Так вот, эта штука слишком маленькая. Черт, конечно, знает, как оно летает, но больше двух человек туда точно не поместится. Знаешь, если бы мне сейчас надо было идти в их портал, то я бы постаралась пойти минимум с Дэном, максимум – еще и с группой Курта в придачу. Никак не меньше. Даже учитывая, что вооружение у меня куда солиднее, чем эта их игрушка.

- Ход мысли верный, - отозвался Алекс, меланхолично разглядывая медленно ползущую полосу какого-то процесса на экране ноута. – А ответ, между тем, лежит на поверхности. Это не ее флаер, это флаер тех двоих. И чтобы понять это, не надо быть семи пядей во лбу, достаточно сравнить эмблему на борту этого транспорта и на форме наших паданцев. И теперь у меня к тебе вопрос: там, на месте, хоть какие-нибудь следы второй машины были?

- Были, конечно, - Эльза отхлебнула горячий напиток, досадуя на собственную глупость. Ведь та штука, по следу которой «Патрик» привел ее к оврагу, точно была больше белого транспорта. – Они такой коридор пропахали в лесу, что будь здоров. Но вот что странно – след вел до самого оврага, но ни сверху, ни с земли, ничего, кроме этого флаера, я не увидела. И «Патрик» тоже.

Инженеру наскучило созерцать ноутбук, и он снова повернулся к собеседнице, вместе со стулом.

- Вот и выходит, что, если исключить вариант с какой-нибудь фантастикой, вроде телепортации, то второй флаер был там же. И никуда оттуда деться не мог, со всей их спасательной командой. За районом шло плотное наблюдение, ничего оттуда не улетало порталов не проходило.

- Ну что он, невидимый, что ли? – фыркнула Эльза. – Даже для сканеров?

Алекс ответил не сразу. Встал, выглянул в ангар, понаблюдал за работой техников, кивнул одобрительно, снова сел.

- А почему бы, собственно, и нет? Ты правильно сделала, что решила положиться на зрение ARK, - изрек он, наконец. – Думаю, «Патрик» действительно зафиксировал какого-то человека. И через часик-другой мы с тобой его тоже увидим.

Видимо, из-за отсутствия поблизости Коры, Эльзе предстояло занять ее место не только в третьем округе, но и в кипучей деятельности главного инженера. Пожалуй, это было даже лестно, хотя и попахивало всяческими авантюрами.

- Увидим, - не слишком уверенно проговорила капитан Вольф, отставляя пустую чашку. – Ну, это было бы интересно…

Алекс махнул рукой.

- Ладно, ступай, погуляй. А я пока займусь этим твоим левым приводом.

Пока Кимберли, используя стол как импровизированную трибуну, вводила своих сотрудников в курс дела, и объясняла, как им теперь жить дальше – а эта тема всех остро заинтересовала, потому что разместить в «тюремном блоке» весь персонал было невозможно; пока выясняла, на каком из двух жилых этажей обитают подлежащие изоляции, словом пока начальница Центра решала животрепещущие вопросы, Мишель отошла в сторонку, чтобы спокойно изучить обстановку. Хотя гораздо больше ей хотелось здесь попросту не присутствовать – страсти усилиями Ким только накалялись, и в любой момент кто-нибудь из сотрудников мог попытаться воззвать к Мишель как к представителю руководства, а вмешиваться… рано было вмешиваться, скажем так.

И тут оно случилось.

За перегородкой, отсекающей пятый блок от холла, что-то грохнуло, раздались быстрые шаги, и в холл ворвались два ангела-воителя. Мишель, раскрыв рот, смотрела, как они неслись из коридорного проема, высокие, стройные, с развевающимися волосами, в светлых одеждах…

…предаться высокому пафосу момента Мишель помешало врожденное наличие слуха. Тот "ангел", что был пониже и посубтильнее, выдавал на ходу такие экспрессивные пассажи, которые даже без знания языка однозначно определялись, как махровая нецензурщина. Первый шок прошел, и госпожа Готье посмотрела на гостей новым, трезвым взглядом. Ну да, одежда странная, язык незнакомый, но, в целом, это однозначно не повод впадать в ступор из-за пары симпатичных мальчишек. Она обозвала их про себя "Чертом" и "Ангелочком", сделав существенную поправку в изначальном отнесении обоих к ангельскому сословию, а потом ухмыльнулась, сформулировав себе что… что Ангелочек зол, как черт. А черноволосый Черт зато спокоен, как удав, но настроен весьма решительно.

В нескольких шагах от побелевшей Кимберли, видимо, чутьем определив в ней локального лидера, парочка резко остановилась. Темноволосый положил руку на плечо своего напарника, разом прекратив тем самым поток матерщины из его уст, и низким приятным голосом со странным акцентом, отчего-то придавшим его словами оттенок недвусмысленной угрозы, произнес:

- Буду краток. Где комм?

Пораженные обитатели Центра на пару секунд замолчали – и снова продолжили переговариваться, но уже полушепотом. Срывающий голос Кимберли на общем звуковом фоне прозвучал как вспышка в ночи:

- Кто… кто отпер двери?!

- А ты, дорогуша, предпочла бы, что бы их силой вынесли? – поднял брови эксперт, которого, кажется, ничто не могло пронять. Мишель могла бы поклясться, что ровно три минуты назад его в холле не было. - Наверное, даже рассчитывала бы после этого на мирное сотрудничество? Офигенные у тебя представления о дипломатии, детка.

Кимберли, стиснув зубы, проигнорировала наглеца и с улыбкой шагнула к гостям.

- Чем я могу помочь вам? Что-то случилось?

- Комм, - выразительно повторил черноволосый, поднимая вверх руку и сдергивая край рукава с запястья. - Вот такой же комм. Мне бы очень хотелось получить его назад как можно быстрее.

- Что такое комм, - шёпотом спросила Мишель у все того же эксперта, который как-то незаметно очутился рядом с ней.

- Понятия не имею.

Помогать собственной начальнице выпутываться из ситуации Уолтер со всей очевидностью не собирался. Впрочем, Кимберли и сама была не стеснительная девочка. Сменив тон на деловой, она поинтересовалась:

- Когда вы видели этот... комм в последний раз?

- Когда ваши медики оказывали ему помощь, за что мы оба вам весьма признательны, - любезно улыбнулся чернявый дылда. Улыбка у него была просто замечательная, отметила Мишель. светлая, мальчишеская... но расслабляться от нее почему-то совершенно не хотелось.

- На поверхности? - деловито спросила Ким.

- Нет, здесь.

Он произнес - "сидес". Мишель могла поклясться, что такой акцент ей знаком, но твердо проассоциировать черты лица незнакомца с какой-либо национальностью ей не представлялось возможным. Смуглый, глаза чуть раскосые, монголоидные...

- Отлично. По крайней мере, вы не потеряли его в Бэхоме, - встрял эксперт. - Значит, найдется.

- Мы совершенно точно не потеряли его в Бэхоме, - немного грустно заметил чернявый, - И так же совершенно точно не теряли его здесь, ибо нам просто негде было его здесь потерять.

Он сделал выразительное ударение на последнем слове.

- Ну конечно, - пробормотал эксперт. - Его украли злые враги. То, что он тут ни на кой черт никому не сдался - это уже детали.

Беловолосый ангелочек раздул ноздри и дернулся было из-под руки напарника, но был надежно пришвартован обратно. Черт хотел решить дело миром.

- Я могу понять любопытство к незнакомой игрушке, - нежно, словно уговаривая ребенка, произнес он. - Но для всех нас будет лучше, если комм как можно быстрее найдется и вернется к владельцу.

- А то что? - заинтересовался, было, эксперт, но тут уже Мишель сочла нужным вмешаться и сделала шаг по направлению к гостям, оттирая записного склочника Центра назад. Пока он еще что-нибудь не сказал.

- Непременно, - заверила она. - Деться из Центра ему было некуда. Опросим уборщиков и проверим содержимое мусорной камеры.

- Я хочу лично поговорить с каждым, кто присутствовал во время оказания помощи, - неожиданно твердо и спокойно произнес беловолосый Ангелочек, глядя ей в глаза.

- Это исключено, - спокойно сообщила Мишель. - Хотя бы из соображений безопасности. Хватит уже имеющихся проблем с эпидемиологической обстановкой.

- Чьей безопасности? - удивленно уточнил Ангелочек.

- Ему понравились вчерашние процедуры, - ехидно сообщил эксперт в пространство.

- Общей, - непреклонно отрезала Мишель, - Вы можете быть опасны для нас, а мы - для вас. С медицинской точки зрения, - подчеркнула она.

- Ладно, - Ангелочек заметно сбавил напор, - Сколько времени вам нужно для просмотра содержимого мусорных камер?

Мишель беспомощно оглянулась на сотрудников центра. Она понятия не имела о режиме работы здешнего мусоросброса. Если все успело уйти в городской коллектор...

- От часа до пары месяцев, - подтвердил опасения эксперт. - Если успели сбросить на город - вообще искать можно долго.

- Тогда вам лучше устроить нам встречу с вышеупомянутыми сотрудниками, - зло усмехнулся беловолосый "ангел".

- Тем более, что кое-кого я вижу присутствующим прямо здесь, - вставил Черт и быстро добавил несколько слов на непонятном Мишель языке, явно адресуясь к своему приятелю.

- Мишель, да устройте вы им. Надеюсь, кто-нибудь заразит их гриппом «сорокового года» года и у нас станет одной проблемой меньше, - раздраженно посоветовал Уолтер.

"Я смотрю, вы тут просто надрываетесь, налаживая свои запортальные связи" – раздраженно подумала Мишель, сама удивленная собственным неравнодушием, и в упор посмотрела на онемевшую Кимберли. Та, в свою очередь, пыталась одним только взглядом донести до разгулявшегося эксперта всю неуместность его поведения.

Видимо, у начальницы центра все-таки были задатки телепата - ей это удалось. Уолтер махнул рукой, мол, все понял, повернулся на каблуках и пошел к остальным сотрудникам, где немедленно начал распоряжаться. К счастью, тихо и почти вежливо.

- Ночная смена? Вся ночная смена, во второй блок. Дневная... Слай и Гордон, как самые умные, идут потрошить мусоросборник. И побыстрее, если не хотите перерывать всю городскую свалку. Остальные - по местам, быстро. Все вопросы – вечером.

Кто-то из ночной смены печально выругался, и собравшиеся начали потихоньку расходиться.

- А вас, - Мишель повернулась к сверхъестественной парочке, - я попрошу вернуться в отведенный вам бокс. До окончательного установления, что у нас с инфекционной опасностью.

К ее бесконечному изумлению, и Черт и Ангелочек колебались не более нескольких секунд, прежде чем послушно кивнуть. Это настолько расходилось с ожиданиями госпожи Готье, что на время она просто утратила дар речи. Два красавчика стояли перед ней почти навытяжку. Мишель растерянно водила взглядом по их гладким лицам без малейшего признака щетины. Даже у брюнета Черта не было и намека на пробивающуюся синеву.

- Вы обеспечены всем необходимым? - выдавила Мишель, чтобы хоть что-то сказать.

- Нет, - хором сказали гости.

- Питьевая вода, пожалуйста! - почти жалобно попросил Ангелочек.

Госпожа Готье заметила про себя, что лучше не допускать к этим двоим женский персонал. Вообще. Такие взгляды из-под таких ресниц могут заставить особо впечатлительных особ чем угодно поделиться. Хоть водой, хоть местом в собственной постели. Чего не хотелось бы особенно.

– Ну и на следующий день Алекс отвез их на базу, – госпожа Клеменс поудобнее уселась на непривычно мягком удобном сиденье. – А ночью они оттуда сбежали. Положили охрану, к счастью, не насмерть, и удрали.

На несколько секунд повисла тишина.

– Почему сбежали? – вкрадчиво спросил Саймен.

– Вот у них лично и спросите, когда найдете, – пожала плечами Кора.

– Идиоты, – зло проговорил Лэнсер, выслушав краткое описание похождений офицеров Особого Отдела по округу «Виннипег». – Самые настоящие идиоты.

Кора развела руками.

– Не идиоты, а не умеют работать при недостатке информации, – мягко поправил Джайк.

– Пусть будет так, – согласился пилот. – Но уйти с базы в лес в их обстоятельствах могли только настоящие идиоты!

Во флаере спасательной экспедиции было тепло и тихо. Конструкторы этой фантастической техники явно не скупились на элементы комфорта. Коре уже надоело с любопытством таращиться на непонятные приборы, и теперь она исподтишка разглядывала гиганта Джайка. Ей хотелось очень о многом расспросить друга, но не при чужаке же! Черт его знает, чего от него ждать…

– И что вы теперь делать будете? – поинтересовалась она, наконец, с почти детской непосредственностью, вышедшей несколько наигранной.

Взгляд, которым ее одарил Лэнсер, ей не понравился. Нет, она бы не удивилась, будь это Стэн или Алекс, но никак не Лэнс. Не полагалось разгильдяю Лэнсеру так смотреть!

– Искать, – ответил вместо пилота Джайк. – Всеми доступными способами.

Лэнсер кивнул и добавил:

– Вот сразу после того, как ты нам расскажешь, что за чертовщина здесь творится, и начнем.

– Какая чертовщина? – в этот раз невинность госпоже Клеменс не удалась совсем.

Лэнс усмехнулся и слегка наклонился вперед, сокращая расстояние между собой и подругой.

– Обычная. Вот как ты врать не умела – так и не умеешь толком. Во-первых, что в третьем округе делает Эльза, если ты жива, здорова, и даже не на гауптвахте? Во-вторых, почему ты появляешься здесь позже нее и, внимание, сенсация! – пешком. Ну и дальше, по порядку. Можешь начинать рассказывать.

Кора замялась.

– Так… оставлю-ка вас на пару минут, – Джайк поднялся на ноги, насколько позволял низкий потолок салона, и толкнул дверь, помогая ей отъехать в сторону.

– Ты куда это? – удивился пилот и тут же осекся, мгновенно представив себе сразу несколько причин, самая очевидная из которых – желание предоставить возможность им с Корой поговорить без помех. Джайк правильно понял, что ответа не требуется, мягко спрыгнул на землю и исчез в предутренних сумерках.

Кора посмотрела на Лэнсера, всхлипнула и бросилась ему на шею. Она долго обещала себе сдержаться, но сейчас, когда они, наконец, остались вдвоем, ее словно прорвало. Иеро не мешал ей рыдать, ласково поглаживая подругу по волосам.

– Ну… Ко… ну будет тебе, – он отстранил Кору от себя и легонько тряхнул, – Ну, что ты как ребенок. Все уже хорошо. Да?

– Почти, – она шмыгнула носом и улыбнулась.

Иеро вопросительно поднял бровь.

– Баланс соблюдается... – Кора вытерла слезы, – Ты нашелся, зато Брюс пропал.

– Так... – лицо пилота окаменело, – Подробнее. Что значит – пропал? Как давно?

– Четыре дня назад. Вместе с "Йорком".

Женщина набрала в грудь воздуха и почти на едином дыхании, перемежая информативные предложения с крепкой англо-французской руганью, выдала все, что она думает про мужа, подполковника Шеппарда, Полис и политкорректность.

– Почему Полис? – сдержанно уточнил пилот, проигнорировав все остальные выкладки.

– Потому что... – она выдохнула и полезла в карман за носовым платком, – Твои потеряшки мне след нашли.

– Что за след?

– Брюс сел... странно как-то сел. На шоссе. А потом туда подкатил тягач из Полиса и уволок "Йорк" в город. Я сама все это через их очки видела, следы, в смысле.

Лэнсер кивнул.

– Автоматика у него отказала. Вот и сел. Ах, паскудники...

– Кто? – резко спросила женщина.

– Горожане, кто еще. Больше некому. У меня было то же самое. Только я садиться не стал.

– Ну так, черт побери, скажи это Стэну! и пусть он только попробует теперь отвертеться!

– Стэн ничего не сможет сделать. Пока доказательств, что это именно горожане насобачились выводить управление из строя, не будет.

Кора зло стукнула кулаком по подлокотнику.

– Вот поэтому я пойду туда сама.

– Пойдешь, – кивнул пилот. – Непременно. Только не одна. Вот сейчас выловим из болота наших дорогих киберов – и пойдем, прогуляемся. Мы, вроде как, лица неофициальные, нас тут вообще нет, а я и вовсе умер в 2040 году – нам можно. В отличие от Стэна.

Она удивленно уставилась на пилота.

– Ты уверен? и что... эти люди будут нам помогать в таком вопросе?

– Они тебе уже помогли, разве нет?

– Ну... одно дело в очки свои волшебные посмотреть, другое – лезть в пекло за человеком, которому они ничего не должны. Они мне-то ничем, кроме угла для сна и пары тарелок еды не обязаны. Ты им вообще доверяешь?

– Как тебе.

Кора почувствовала себя слегка уязвленной.

– Ну, так расскажи мне поподробнее, что же это за люди такие, которым ты веришь, как боевому товарищу.

Лэнсер ехидно усмехнулся.

– Логично предположить, что тоже боевые товарищи. Только несколько на другом поле боя.

– Так может, ты мне вообще расскажешь, наконец, где ты все это время пропадал!

– Где все время пропадал – не скажу. А последние полгода – у них там. В Эдо. И, надо сказать, именно этой троице я обязан тем, что вообще еще жив и относительно в своем уме. Могло быть хуже.

– Значит... они реально из другого мира, что ли? – оторопело пробормотала Кора.

Лэнсер пожал плечами.

– Ну да. Из другого. У них там даже год другой. И живут они в Японской Империи.

– Это значит, – женщина быстро что-то просчитала в уме, – что кривые порталы ведут в другие миры? Могут вести, – немедленно поправилась она. – Поразительно! И этот твой Джайк...

– Он, к счастью, не мой, – с усмешкой поправил пилот. – Но ты быстро соображаешь. До меня доходило гораздо дольше.

– Кто он? И кто он тебе?

– Он – официальный начальник этих двух малолетних идиотов. И, соответственно, старший моей охраны.

– И ты... ты пришел сюда за ними. Сам. Добровольно.

– Что тебя удивляет?

– Что ты не пришел раньше.

Пилот посмотрел на подругу с удивлением, граничащим с обидой.

– А я, по-твоему, мог? Как только портал смогли взломать – так и пришел.

– Взломать портал?! – Кора вытаращила глаза. – Час от часу не легче! И кто же это у вас так сказочно крут, что может взломать портал?!

– У нас... Ладно. Пусть будет "у нас", – он кивнул, словно принял какое-то решение. – Есть там, кому взломать. С этим-то у них и проблема.

– Лэнс... – она тронула его руку, – только не сердись. У меня голова кругом... Все это так поразительно! Но... я не могу не думать о муже.

– Не буду уговаривать тебя не переживать. Но как только Бентен с Гоку будут на борту – мы займемся Полисом вплотную.

Дверь флаера мелодично пиликнула, сигнализируя об открытии. Джайк легко залез внутрь, принеся с собой запах хвои и легкий морозец, и упал в пилотское кресло. Иеро побарабанил пальцами по приборной панели.

– Ко, у тебя ведь есть карта? Давай сюда.

Она порылась в планшете и протянула Лэнсеру запаянную в пластик карту.

– Отлично. И где мы сейчас?

Кора ткнула пальцем.

– Угу... разреши-ка... – Саймен склонился над развернутым листом, – И где у нас масштаб?

Лэнсер молча ткнул пальцем в легенду на полях карты.

Перед приборной доской флаера возникла бледная двумерная копия бумажного изображения, потом картинка резко стала отчетливее и ярче и обрела трехмерность.

А потом по ней, как светящийся ручеек, пролегла пунктирная линия, упирающаяся в символ, обозначающий крупный населенный пункт.

– И что это значит? – уже ничему не удивляясь, спросила госпожа Клеменс.

– Видимо, путь следования наших потеряшек, – сообщил Лэнсер. – Джайк, сигнал там и остался? Или они пошли дальше?

– Хуже, – сухо ответил Саймен, – Там сигнал пропал.

– Значит, это судьба, – подвел итог пилот.

Третий круг по коридору дался с большим трудом. Первые два, конечно, тоже были не сахар, но на третьем Эндрю пришлось практически тащить Лемье на себе. Попутно рассуждая об осмысленности всей этой возни. Насколько он мог припомнить, реабилитация после травм позвоночника, конечно, включала в себя обучение ходить заново, но далеко не вот так, с наскока. С другой стороны – кажется, эта наполовину бессмысленная деятельность снимала проблему «как подступиться к пациенту и сохранить телесную целостность». С третьей стороны, судя по вычитанному в деле, медикаментозное лечение тут мало чем помогло бы. Лекарствами клиента и так кормили лишних два года… и совсем не только теми, которые нужны. Не удивительно, что ведет он себя теперь агрессивно. Впрочем, исходя из все тех же материалов дела, Джон Анри Лемье и так-то смиренным агнцем не был. Если уж беспорядки 41 года – отчасти его рук дело, агрессивности ему и раньше хватало с лихвой. Медбрат как раз задумался, как бы поаккуратнее сообщить своему подопечному, что тот выдохся и пора бы прерваться, когда Джонни первым нарушил молчание.

– Все, садимся, – мрачно проговорил Лемье, когда они поравнялись с диванчиком в коридоре. – А то или я упаду, или ты.

Эндрю согласно кивнул, и осторожно помог парню сесть. После чего, наконец, смог разогнуться.

– Надо было начинать с миостимулятора, – зачем-то сообщил он пациенту. – Было бы проще.

– И что это за хрень? – несмотря на формулировку, вопрос был задан довольно миролюбивым тоном.

– Прибор, который заставляет мышцы сокращаться, – машинально пояснил Эндрю. – Они у тебя атрофировались… Хорошо хоть, не полностью.

– А… – понял ли он сказанное, осталось загадкой.

Со стороны холла доносился какой-то гомон, кто-то что-то объяснял на повышенных тонах. Складывалось впечатление, что там собрался чуть ли не весь персонал Центра и теперь что-то бурно обсуждает.

– Интересно, что там случилось? – первым спросил Джонни.

– Понятия не имею, – пожал плечами медбрат, заинтересованно поглядывая на дверь. – Хотя должен бы…

Гомон за дверью утих, послышался голос Кимберли, что-то объясняющей.

– Что ж там происходит-то? – любопытство почти мгновенно сменилось беспокойством.

– Сходи, узнай, – предложил Джонни.

Эндрю замялся в нерешительности. Разрешения оставлять пациента без присмотра ему, вроде как, не давали.

– Ну, куда я отсюда денусь-то? – резонно заметил тот. – Убегу, что ли?

Действительно, деваться ему было некуда.

– Я на минуту, – зачем-то извинился Эндрю, и почти бегом выскочил за дверь.

Оставшись один, Джонни вытянул гудящие ноги и откинулся на спинку диванчика. Без присмотра его оставили впервые за последние пару лет, если не больше. Даже удивительно. Хотя, действительно, деться ему из коридора было некуда. Это до травмы он бы еще посмотрел, не осталось ли тут чего-нибудь в наследство от службы технической безопасности, проверил, как устроена вентиляция и куда ведет мусоропровод, и нет ли тут, чем черт не шутит, какого-нибудь зашитого стенными панелями запасного выхода. А сейчас… дергаться не имело смысла. Ни малейшего.

Можно было, разве что, воспользовавшись отсутствием сопровождающего, посмотреть, кто проживает в соседних боксах и есть ли там вообще хоть кто-нибудь. Но очень не хотелось вставать. Как минимум, в ближайшие пять минут. А там, наверняка и этот, как его, вернется.

Некоторые пожелания имеют свойства сбываться. Дверь напротив бесшумно открылась, и на пороге бокса возник, держась за косяк, невысокий парень, ростом ненамного выше коренастого Джонни, одетый в потрепанный камуфляжный комбинезон. Цвет лица у парня был несколько зеленоватым.

Помимо плачевного состояния, во вновь появившемся было много чего любопытного. Во-первых, камуфляж. Горожане такого не носили, персонал центра – тем более. А пациентам предлагалось одеяние, более всего напоминающее пижаму, насколько Джонни мог судить по собственному опыту. Во-вторых, несмотря на болезненную прозелень, физиономия у парня была загорелой и обветренной. Тогда как лица горожан отличались характерной бледностью, а то и землистостью, потому что солнечного света большая часть населения не видела последние лет двадцать, если не больше. А что может человек сверху делать в этом поганеньком местечке – это серьезный вопрос. На который, кстати, вряд ли кто ответит.

– Привет, – поздоровался этот самый человек с поверхности. – Что тут стряслось? Никого не дозовешься.

Лемье мотнул головой в сторону холла, откуда все еще доносился гул голосов.

– А хрен же их знает. Совещаются, сволота… Надеюсь, кого-нибудь пришибло. Наповал.

– Добрый ты, – вздохнул обитатель бокса, окидывая собеседника странным, слегка не сфокусированным взглядом.

– Посидишь здесь с мое – таким же будешь, – огрызнулся Джонни.

– Да ладно, не кипи, – гость оторвался от косяка и легкомысленно махнул рукой. После чего пересек коридор и уселся рядом с Лемье. – Меня Брюсом зовут. А ты кто? И как сюда попал?

– За идиотов нас держат, – с мягкой ленцой заметил Бентен, кружа по комнате. Если бы в помещении было окно – возможно, он завис бы перед ним, но окна не было.

– К несчастью, не то чтобы совсем безосновательно, – справедливо отозвался Конран, – Но да, я так и поверил, что при инфекционном карантине мусор просто так вываливается в общую городскую кучу...

В дверь деликатно постучали.

– Ками, открыть, – буркнул Бентен. Раздраженный Конран посмотрел на него, как на слабоумного, и пошел открывать.

За дверью обнаружился молодой парень с прозрачной пластиковой емкостью, литров на двадцать, не меньше.

– Вода, – сообщил он, без зазрения совести разглядывая обоих киберов. – Питьевая, очищенная.

– Ух! – невнятно сказал Гоку и протянул руки к бадье.

Медик с некоторой опаской выпустил емкость из рук и отступил на шаг.

– Да ладно тебе, – от одного вида воды Гоку понесло, как от принятого внутрь алкоголя, – я же только за водой, свежего натурального мяса пока не просил.

– А это обязательно? – почти жалобно поинтересовался парнишка. – Мясо, в смысле?

– А что, с этим какие-то проблемы? – весело поинтересовался Конран

Парень замялся. Его спасло появление в конце коридора тех двух дам, с которыми Гоку уже побеседовал в холле. Видимо, дамы являлись местным начальством и потому при их приближении медик немедленно сбежал, так и не ответив на вопрос.

Даже сделав предположение, что женщины явились сюда по их душу, Конран не смог сделать выбор между жаждой и вежливостью в пользу вежливости, и в первую очередь занялся бутылью, отступив вглубь комнаты и сорвав с горлышка пластиковую крышку. Бентен уже стоял рядом со стаканом в руке. Обе женщины, подойдя к распахнутой двери, терпеливо дожидались, когда же на них соизволят обратить внимание. Той, что помоложе, рослой подтянутой блондинке, это ожидание, похоже, давалось с трудом. Вторая, смахивающая на тетушку Герду из рекламы "Домашнего печенья", пухленькая и невысокая, излучала олимпийское спокойствие. Пожалуй, даже доброжелательное, хотя и слегка усталое.

Полицейские хоть и не моментально, но довольно быстро прервали свое занятие, успев выпить каждый по стакану, и вытянулись перед дамами почти по стойке, приближенной к строевой.

– Разве, появляясь здесь, вы не нарушаете собственный карантин? - уточнил Конран.

– Нам уже все равно, – печально сообщила "тетушка Герда". – Если вы – разносчики какого-нибудь заболевания, то мы обе заражены.

Гоку сделал неопределенный жест рукой

– Ну, тогда – добро пожаловать! Что вы хотите узнать?

Только теперь обе вошли в комнату, словно приглашение аннулировало какой-то запрет.

– Прежде всего, – вступила в разговор высокая, – не нужно ли вам что-нибудь еще.

– Ничего, сверх обычных человеческих потребностей для выживания, – улыбнулся Конран, – Ну и неплохо было бы узнать, что вы ожидаете взамен.

Блондинка понимающе кивнула и собралась было продолжить, но товарка ее перебила.

– Прежде всего, нам следует представиться, – в ее тоне явственно проскользнули укоризненные нотки. – Я – Мишель Сандерс. Заведую городским госпиталем. Кимберли Готье, – госпожа Сандерс указала на свою спутницу, – занимается проблемами гостей города. По нынешним временам с поверхности иногда приносят очень экзотические заболевания.

Оба пришельца слушали ее очень внимательно и понимающе кивнули.

- И как положено к вам обращаться, благородные госпожи? – вежливо спросил Конран.

Вопрос вызвал у обеих дам легкое замешательство. Если приглядеться - не такое уж легкое.

- Обычное обращение, - после короткой паузы проговорила Мишель. - Госпожа, мэм... Можно, конечно, по должности, но это слишком, мне кажется.

- Как вам будет угодно, госпожа.

Пауза затягивалась. Первой не выдержала Кимберли:

– И как же к вам обращаться?

Конран назвал имена, опустив любые упоминания о роде занятий. Бентен четко кивнул, подтверждая сказанное, и сунул руку в карман, что-то нащупывая.

– Хорошо, – Мишель отступила на шаг назад и прислонилась к дверному косяку, предоставляя Кимберли вести разговор. Та, похоже, отступления заведующей даже и не заметила.

– Вкратце опишу ситуацию, господа. Насколько нам известно, вы вышли из пульсирующего портала на территории, контролируемой военной базой "Элис". Судя по всему, вы пришли из местности, имеющей весьма мало общего с привычной нам разрухой. Не буду делать поспешных умозаключений где, в таком случае, может находиться ваша родина, но для нас этот факт имеет огромное значение.

Конран приветливо улыбнулся. Бентен склонил голову набок. Что-либо подтверждать или опровергать оба не торопились.

– На данный момент вы находитесь в инфекционном отделении городского госпиталя. Точнее, отдельном отсеке внутри этого отделения, что не так уж важно. Нам остается дождаться открытия вашего портала, и либо встретиться со спасателями с вашей стороны, либо помочь вам попасть к порталу, чтобы отправиться домой самостоятельно, как вам будет удобнее.

– Вы еще не сказали, какие выгоды вы с этого намерены получить, - осторожно заметил Конран, - Не просто же так вся эта доброта.

Готье согласно кивнула.

– Разумеется. Мы надеемся установить хоть какой-то контакт с вашей стороной.

Мишель вмешалась в разговор:

– А кроме того, подстраховываемся. Нам не хотелось бы нести ответственность за вашу возможную гибель или увечья.

– Ага. А все блага для нас – это аванс с пользы от этого контакта... а если этот контакт не состоится? Например, если портал больше не откроется?

– Во-первых, откроется. Никуда не денется. Обычный пульсирующий портал. Как только ученые вычислят период пульсации, я вам даже точно смогу сказать, когда именно он откроется. Во-вторых – даже если контакт не состоится сейчас – он неминуемо состоится позже.

Оба полицейских совершенно не разделяли этой уверенности.

– Ну, я полагаю, все не так просто с этим порталом, – усмехнулся Конран, – Иначе этот ваш контакт состоялся бы раньше, разве нет, госпожа? Или вы хотите сказать, что этот портал был здесь всегда?

Кимберли прошлась по комнате, остановилась у стола.

– Мы не знаем, был ли он там всегда, – неохотно сообщила она. – Он на территории бывших Сил Обороны, у нас фактически нет туда доступа. Но мы точно знаем, что с момента окончания войны новых порталов на планете не возникает. И возникнуть не может.

– И как же, не имея туда доступа, вы сейчас намереваетесь прогнозировать поведение портала? – нахмурился Конран. Он не любил логических провалов в важных вопросах.

Этот вопрос, похоже, женщину разозлил. Она как-то по-особенному выпрямилась, черты лица отвердели, глаза прищурились. Мишель от дверей успела ответить раньше:

– Это технические подробности. Которые, думаю, мы не обязаны вам излагать.

Конран пожал плечами.

– Разумеется. Скажите, госпожа, а если мы сейчас захотим уйти? Покинуть ваш гостеприимный город?

– Разумеется, – отвечала снова Мишель, пытаясь не дать коллеге лишний раз открыть рот. – Вы можете это сделать. В любой момент.

– Только хотела бы я знать, куда вы пойдете. И как собираетесь выжить до открытия портала, – все-таки не выдержала Кимберли. – И, пожалуй, расписку бы попросила, что мы вам помощь предлагали.

– Ну-у, куда мы пойдем – это наше дело, детали которого мы не обязаны вам излагать, – не удержался от колкости Бентен, который хотя и чувствовал себя весьма обязанным перед этими людьми, но в процессе разговора начал злиться.

– Но пока это чистая теория, – перебил его Конран. – Просто хочется как можно более четко понимать положение вещей.

– Положение вещей? Печальное у вас положение. Печальнее некуда. Тем не менее, моя коллега права – вы можете в любой момент идти куда угодно. С вашими навыками выживания в лесу, похороны – за ваш счет, не позднее, чем на третий день.

Кажется, она была не против уточнить, куда именно им следует пойти, но авторитет более спокойной заведующей сдерживал эти порывы.

Незнакомый эвфемизм на несколько секунд лишил обоих полицейских дара речи.

– За наш счет – это вы про мародерство, госпожа? – окончательно развеселился отчаявшийся Бентен, – Соберете трофеи с наших бездыханных тел?

– Так, красуля, помолчи немного, – рявкнул по-японски Конран и тут же снова перешел на понятный женщинам трилинг, – Кстати, а какова судьба нашего оружия?

– Оно спокойно лежит у меня в сейфе. И если вы решите уйти – разумеется, будет вам возвращено, – пояснила Мишель.

Кажется, у них с Конраном была одинаковая проблема. Гоку приходилось успокаивать не к месту разгулявшегося напарника, а ей – слишком нервную коллегу.

Обстановка накалялась.

А тут еще за спиной по-прежнему стоящей в дверях госпожи Сандерс возник давешний белобрысый скандалист из холла. В отличие от остальных обитателей местной больнички, его киберы совершенно не интересовали – он в их сторону даже не посмотрел.

– Ким, ночную смену я отправил по домам, спать. Их сектор перекрыл, ситуацию насчет контактов и визитов в город разъяснил. Этой их фигни ни у кого не обнаружил. В нашем мусоросборнике двое роются, пока ничего. Еще одного я поставил проверять всех уборщиков до того, как они опустошат баки. И собираюсь пойти спать. Возражения есть?

– У меня – точно нет, – сердито буркнула Кимберли.

– Скажите, госпожа, а вы, простите за вопрос, имеете монополию на контакт с нами? – спросил вдруг Конран, обращаясь к Мишель, – К нам не придет ваша служба безопасности, нами не заинтересуется руководство города? Если даже наше оружие лежит у вас в сейфе, а не разбирается по деталям специально обученными людьми.

– Пока не закончится карантин – к вам никто не придет, – отрезала Мишель. – Потом, естественно, будет и служба безопасности, и руководство, и ученые. Если, конечно, ваш портал не откроется раньше.

– Читай – мы выжмем из этой ситуации все блага, какие сможем, и ни с кем не поделимся, – по-японски прокомментировал Бентен, потрудившись, впрочем, сдержать язвительную интонацию.

Скандалист впервые посмотрел на киберов заинтересованно. Однако, ничего не сказал, и неторопливо удалился. Судя по всему, Мишель от его ухода испытала явное облегчение.

- Между прочим, - вздохнул Бентен, - если вас так волнует эпидемиологическая обстановка, то предлагаю рассмотреть вариант, что комм находится у кого-то из ваших сотрудников. Это тоже потенциальный источник заражения.

- Это нас тоже беспокоит, - язвительно ответила Кимберли, - Тем не менее, ни у кого из контактировавших с вами вашего комма нет.

- А почему вы в этом так уверены, госпожа? – любезно поинтересовался Кането.

- Потому что их обыскали, прежде, чем отпустить домой. Ради вашего каприза.

- Вот как вы это рассматриваете? Каприз? - вздернул брови удивленный Бентен, - Наше желание вернуть важный для нас прибор, исчезнувший на вашей территории, это, по-вашему, каприз?

Кимберли понесло.

- Нет, каприз - обвинить в краже людей, которые всю ночь занимались спасением персонально вашей жизни и здоровья.

- Ким, - тихо окликнула Мишель. - Спокойнее, пожалуйста. Молодые люди не знают ситуации с преступностью в Полисе.

- Прошу принять во внимание, что слово "кража" произнесли вы, а не я, - молниеносно парировал Бентен, - и прошу вас, госпожа, не надо подменять понятия. То, что вы помогли мне, и за что я вам весьма благодарен, не исключает того факта, что прибор был сюда принесен и здесь пропал. Хотя мы с Гоку не имели возможности покинуть отведенное нам помещение. Мы не имеем возможности обнаружить его сами из-за запрета покидать это место, но, таким образом, вся ответственность за его местонахождение ложится на вас.

- Лично для меня то, что ваш прибор вообще был принесен на городскую территорию - далеко не факт. А исключительно ваше заявление. Вы могли потерять его по дороге.

Бентен комично захлопал ресницами.

- Зачем вы вообще беседуете с нами, если считаете нас либо невменяемыми, либо лжецами? – изумленно уточнил он.

- Могу ответить вам тем же вопросом.

- Ким! - в этот раз оклик заведующей был резче.

Кимберли резко обернулась, хотела было что-то сказать, но передумала.

- Не веди себя, как твой эксперт, - пояснила Мишель. - Наша цель - договориться на взаимоприемлемых условиях, а не максимально отравить друг другу существование. А перед твоими сотрудниками, подвергшимися обыску, я лично извинюсь, если им от этого станет легче.

Она повернулась к киберам и разъяснила.

- В Полисе практически нет краж. К сожалению ли, к счастью, но у нас не работают обычные экономические отношения, поэтому кража бессмысленна – украденное просто некуда деть. Это на поверхности вас могут обокрасть, ограбить, или убить ради пары вещиц, которые потом можно будет обменять на еду или патроны. Там этим промышляют целые банды. Поэтому такое подозрение здесь – оскорбительно и бессмысленно, это приравнивает наших сотрудников к каким-нибудь бандитам. Люди, которые работали с вами ночью, не привыкли к такому отношению. Это дипломированные специалисты, им доверено работать с препаратами строгой отчетности, и ни один из них никогда не давал повода заподозрить его в нечистоплотности. Кимберли, безусловно, чересчур эмоционально отреагировала, но у нее для этого есть основания – ей еще с этими людьми работать и в некотором смысле она за них отвечает. Извините ее.

Уж какой блондинка не выглядела, так это сожалеющей и извиняющейся. Но, по крайней мере, когда она снова заговорила, то голос ее был спокойным и почти безэмоциональным.

- Видите ли, никто из моих людей вообще не обратил внимания на это ваше оборудование. Было ли оно на момент прихода в город, не было ли, но никто из них его с вас не снимал. Иначе сдали бы под опись, вместе с оружием.

- Разумеется, - откликнулся Конран, - потому что снял комм я. Уже здесь, в вашем Центре. Он мешал вашим медикам. Я положил его в карман своей куртки, а теперь его там нет.

- К сожалению, действительно ничем не могу вам помочь, - развела руками Мишель, - Никто из тех, кого мы опросили, не в курсе местонахождения вашего прибора.

Бентен чуть скривил губы, словно прикусил что-то кислое.

- Похоже, что это – правда, - вздохнул он, интонационно выделяя последнее слово. Конран удивленно посмотрел на напарника и получил в ответ легкое движение бровей.

- Ну, что же, мы будем надеяться, что комм все-таки найдется, - вздохнул Сугеро.

- О да! – согласилась с ним Мишель, - Сейчас я предлагаю вам отдохнуть, а чуть позже мы продолжим наш разговор!

Женщины ретировались с такой поспешностью, словно только этого и ждали.

Бентен посмотрел на закрывшуюся за ними дверь, вынул из кармана свой планшет со встроенным полиграфом, и потряс им в воздухе, сопровождая каждое движение обильной японской бранью.

- Но если комма нет у них, то у кого он, черт тут все побери?!

Принесший еду медбрат долго рассыпался в извинениях на тему, что начальство строго настрого запретило кормить гостей человеческой едой до полного выяснения всех обстоятельств, поэтому им придется обойтись питательными пастами, но оба кибера от его разъяснений вежливо, но слегка нетерпеливо отмахнулись. По их представлениям это была абсолютно нормальная пища, бедная на вкусовые добавки, какими непременно снабдили бы паек в Эдо, но вполне привычная. И, главное, безопасная. На несколько минут возникла досадная заминка, ибо медбрат очень хотел дождаться того момента, когда загадочные гости приступят к еде, а японцы не могли этого сделать в присутствии человека, который не собирался есть вместе с ними. Патовую ситуацию разрешил голодный до головокружения Бентен, который вежливо поклонился молодому человеку и пригласил его разделить трапезу. Медбрат удивленно уставился на странного блондинчика и начал было отнекиваться отсутствием третьей пары столовых приборов, а потом быстро испарился. Полицейские едва дождались, когда за ним захлопнется дверь, и жадно набросились на еду.

Через некоторое время тот же медик забрал посуду, был в очередной раз сражен хоровой благодарностью, снова молниеносно ретировался - и наступила тишина. И скука. Делать было совершенно нечего.

После часа отупляющего ничегонеделания Бентен первым завелся наматывать по комнате круги боевого танца с воображаемым противником. Конран присоединился, осложняя партнеру задачу - было и без того слишком тесно, а они по негласному соглашению старались не задеть друг друга. Потом, все так же молча, оба покинули своих невидимых партнеров ради короткой бурной драки друг с другом - и снова развалились каждый на своей кровати, синхронно закинув ноги на спинки. Они уже полностью привыкли к шокирующей поначалу мысли, что здесь им дозволялось находиться в жилом помещении в уличной обуви. Впрочем, Конран успел заверить напарника, что вся их одежда уже прошла местную дезинфекцию, так что с гигиенической точки зрения это было безопасно, а с тактической - просто идеально. Черт знает, в какой момент придется вскочить и побежать, не тратить же при этом время на обувание.

- Надеюсь, то, чем я вымыл голову, было шампунем... - уныло пробормотал Бентен, безуспешно пытавшийся в отсутствие расчески придать своим волосам подобие порядка. Получалось плохо, но он надеялся, что завязанный хвост хоть немного спасет положение.

- Когда эта дрянь попала в глаза, я почти поверил, что ослепну, - ухмыльнулся Конран, - Но мылилось хорошо.

- Угу, - пальцы Кането безостановочно разбирали прядку за прядкой, постепенно превращая его голову в лохматый белый шар, - Это кошмар какой-то...

- Да! - радостно согласился Гоку, - Юки-онна во плоти.

Бентен поднял голову, недоуменно нахмурился, потом поймал соль шутки и молча бросился на напарника.

- Не, ну это сегодня уже было! - протестующе захохотал Конран, уворачиваясь от нацеленного в голову удара и ныряя под ноги Бентену. Успешный бросок сбил более легкого Кането с ног, и они покатились по полу, осыпая друг друга пинками и ударами кулаков.

Оба не слышали, как распахнулась дверь, но многозначительное "гхм-гхм!" заставило их прервать свое увлекательное занятие.

Белобрысый Уолтер с ханжеским выражением лица взирал на парочку на полу. Разило от местного эксперта чем-то химическим, наводящим на мысли о дешевой санитарной обработке.

- Я не помешал? - брюзгливо поинтересовался он.

Бентен, упершись ногой в грудь напарнику, заставил того отодвинуться, встал и подчеркнуто неторопливо поправил на себе куртку.

- Нет, не беспокойтесь.

- Я рад, - уж чего-чего, а никакой радости в тоне эксперта не читалось. - Проверяйте - это ваше?

Он кинул на ближайшую кровать пластиковый пакетик с какими-то мелкими деталями.

Бентен залился зеленоватой бледностью и протянул руку к пакету.

- Только не это, - прошептал он по-японски.

Конран взял пакет первым и поднял его повыше, рассматривая содержимое на свет.

Эксперт равнодушно пожал плечами.

- Пока все. И я морально не готов продолжать рыться в помойке в надежде найти остальное.

- Ясно, - кивнул Конран, - В этом случае мы готовы в ней порыться сами.

- Да на здоровье! – всплеснул руками Уолтер, - Вас проводить?

- Будьте так добры, господин.

Эксперт дернул плечом и вышел из комнаты. Полицейские молча последовали за ним.

В коридоре было пусто. Они прошли через уже знакомый холл, в котором тоже не было ни души, и углубились в коридор напротив. Он оказался точно таким же, как первый, с одной только разницей - в нем ощутимо воняло помойкой, а в дальнем конце, у квадратной дыры в стене стояли и лениво переругивались еще двое. При приближении полицейских оба демонстративно отошли в сторону, даже не скрывая враждебности.

Конран приблизился и заглянул в дыру. Пахло оттуда не лучшим образом, что совершенно не вдохновляло на подвиги.

- Это здесь?

- Здесь, здесь, - ласково подтвердил эксперт.

- И как туда попасть?

- А прямо так. На четвереньках - там метра три, а потом камера мусоросброса.

Конран задумчиво кивнул.

- И в эту камеру попасть иначе, чем через этот лаз на четвереньках - никак?

- Можно еще снизу, из центрального городского коллектора, - эксперт допустил небрежную паузу, - Но это небезопасно.

- Хорошо. Вы дадите мне… - он замер, вовремя выкидывая из речи привычное ему название для костюма комплексной защиты, которое точно не поняли бы местные жители - какую-нибудь защитную одежду?

- Нет, - радостно улыбнулся Уолтер, - Как-то не предусмотрено у нас было копание в помойке, вот и спецодежды для этого не завели.

Его помощники довольно заухмылялись.

- Ну, помехой это не станет, - заверил их Конран и начал расстегивать куртку.

- Я думаю, мне там будет просторнее, - по-японски сказал Бентен, опуская визоры на глаза и, напротив, застегивая воротник куртки под самое горло. Конран хотел было возразить, но передумал и молча кивнул. Каменной невыразительности его лица мог бы позавидовать сам император.

Уолтер посторонился. Он лезть в помойку точно не собирался, ограничивая себя ролью наблюдателя.

Кането натянул на руки белоснежные форменные перчатки, вызвав новый взрыв смешков со стороны местных, запихал скрученный хвост волос под воротник куртки, оперся рукой о край лаза и ловко забрался внутрь, стараясь не коснуться стенок, словно всю свою жизнь только и делал, что ползал по мусоросбросам. Некоторое время изнутри доносились только тихий шорох и скрип петель отодвигаемого люка. Конран застыл как статуя, но через минуту начал нервно постукивать носком ботинка по полу.

- А теперь задраить намертво, - пробормотал один из двоих помощников. - Чтоб не вылез.

- Слай, заткнись, - без особого энтузиазма отозвался эксперт. - А то еще денька три будешь там сидеть.

Вопреки ожиданиям Уолтера, черноволосый пришелец оставил реплику Слая без ответа, даже головы не повернул. Судя по напряженному выражению его лица, он прислушивался к происходящему внутри, игнорируя все другие раздражители.

Бентен провозился в камере почти четверть часа. За это время Гоку едва не начал грызть собственные пальцы, и только присутствие посторонних мешало ему проявлять собственное волнение как-то более явно.

Шорох раздался снова, и из дыры в стене показалась голова Кането. Узкий лаз он покинул кувырком вперед с приземлением на обе ноги. Выпрямился и печально покачал головой ожидающему Конрану.

- Увы. Его там нет.

- Я же сказал - это все, что мы нашли, - заметил Уолтер. К его сожалению беловолосый пижон практически не испачкался, белизна его костюма не пострадала абсолютно, даже на коленях, которыми парень не мог не соприкасаться с узким лазом. Особый шок вызывали оставшиеся белоснежными перчатки, словно парень и не возился сейчас в не самом стерильном месте из возможных. Запортальная технология обработки ткани (если это была ткань) внушала уважение. Утешением Уолтеру служили лишь скатавшиеся хлопья пыли на взлохмаченных волосах полицейского, да все та же невыносимая вонь – может, к иноземной ткани и не прилипала грязь, но пахло от красавца точно так же, как и от помощников эксперта, провозившихся в помойке.

Кането кротко поклонился эксперту и двум его помощникам.

- Благодарю вас за беспокойство... я так понимаю, на этом варианты возможного местонахождения исчерпаны?

- Лично у меня - да.

- Благодарю вас еще раз, - повторил Кането, и на этот раз японцы поклонились одновременно.

- Угу, - невежливо отреагировал эксперт, почти расстроенный, что скандала так и не произошло. Он повернулся к полицейским спиной и принялся командовать своими людьми. - Что ты стоишь? Где, черт возьми, опять инструменты... Гордон, я тебя зачем посылал, скажи мне, будь любезен? Или ты соплями крышку люка обратно крепить будешь?

- Процедуры санитарной обработки у вас тоже не предусмотрено? - спросил беловолосый.

- Помыться можете у себя в комнате, - через плечо бросил эксперт. - Или вам и тут помощь нужна?

- А если я скажу, что нужна – неужели вы поможете, господин? – невинно уточнил Бентен.

- Разумеется, - кивнул Уолтер.

Гоку торопливо отвернулся, плечи его тряслись от смеха.

- В другой раз, - сдавленно буркнул он, - пойдем, попробуем справиться сами. - И потянул напарника за рукав к выходу из коридора.

- Какого черта тебе понадобилось его дразнить?! – сердито поинтересовался Конран, когда они удалились на достаточное расстояние.

- Да достал он меня, - прерывающимся от попыток не дышать голосом честно отозвался Бентен.

- Красуля! Больше всего мне сейчас хочется надрать тебе задницу!

- Слушай, давай в другой раз, а? – устало мотнул головой Кането, - Если я сейчас не смою с себя всю эту дрянь, я сдохну и без твоей дружеской помощи…

Конран замолчал.

- Это моя вина, - непривычно тихо сказал он, наконец, по-японски. – Я не уследил за коммом.

- Не твоя, - ласково покачал головой Бентен, - просто кому-то очень нужно, чтобы мы не покинули это место.

По лицу Сенгоку прошла судорога.

- Вытащить что-то у меня из кармана… у меня.

- Рассматривай это как вызов, - посоветовал Кането, старательно пряча улыбку. – Ему не понравится, когда мы его найдем.

В холле творилось нечто невообразимое: кажется, там собрались вместе минимум две смены и все разговаривали на повышенных тонах. Обстановка была весьма нервозной. Первым делом Эндрю поискал глазами начальство – и тут же обнаружил. Кимберли беседовала… При виде людей, с которыми беседовала грозная Готье, Эндрю так и замер столбом, продолжая держаться за дверную ручку. Одно можно было сказать точно - это точно были не горожане. Совершенно нереальные двое, во всем, начиная от их внешности и одежды и заканчивая манерой поведения. Кроме Кимберли рядом с ними находилась пожилая дама, в которой медбрат с некоторым содроганием узнал заведующую госпиталем. Там же отирался и эксперт, на данный момент, кажется, рассказывающий что-то заведующей.

- Народ, - тихо позвал Эндрю. – Господа! Что происходит?!

- Ну, ты спросил, - отозвалась девушка из дневной смены. Медбрату пару раз доводилось дежурить с ней вместе, но сейчас он никак не мог вспомнить, как ее зовут. Ксения? Кэти? Впрочем, сейчас это было неважно. – Кто бы нам объяснил! Кажется, все из-за вон той парочки сверху.

- Сверху? – вмешалась в разговор дама постарше, которую Эндрю видеть даже не доводилось – видимо, она работала в ночь. – Черта с два они сверху. Если, конечно, у них там не вернулся скоропостижно Экспедиционный корпус, а нам об этом забыли сообщить.

- Тише вы, - прошипел сосед Эндрю по жилому корпусу, тоже оказавшийся здесь. – Ничего же не слышно!

- Сейчас услышишь! – Ксения-Кэти ткнула пальцем в группу беседующих, от которой отделился эксперт и размашистым шагом направился к сгрудившимся в холле сотрудникам.

Однако ничего рассказывать Уолтер и не собирался. И даже сцеживать яд, по обыкновению. Он быстро поделил присутствующих по сменам, отправил всю ночную смену, уже засыпающую на ходу, в пустующий второй блок, двоих ребят из дневной – туда же, потрошить мусоросборник, остальных разогнал по местам. Непривычная серьезность и даже почти вежливость эксперта всерьез пугала. Ксения-Кэти бегом отправилась на пост, и Эндрю внезапно осознал, что остался в холле чуть ли не в одиночестве, если не считать трех единиц начальства и ирреальной парочки. И только, было, подумал, что лучше убираться подобру-поздорову, как эксперт соизволил обратить на него внимание. И отнюдь не благосклонное.

- А ты что здесь делаешь, идиот? Ты где должен быть, а?

Отвечать было нечего, да и незачем. Эндрю сделал шаг назад, но был остановлен окриком:

- Куда?! Пошел во второй блок, на дезинфекцию. И шустрее, пока тебя Готье не заметила.

Не уясняя причин такого внезапного благорасположения эксперта, мебрат отправился следом за ночной сменой.

Четверо мужчин и три женщины хмуро дожидались в пустом коридоре. Еще двое задумчиво рассматривали люк мусоросброса в тупиковой стене, соображая, как его открыть.

На вошедшего эксперта уставились сразу девять пар глаз – и все с разной степенью возмущения.

- Значит, так, - спокойно проговорил Уолтер. – Помимо того, что наши дорогие гости представляют собой потенциальный источник заражения и все, с ними контактировавшие, входят в группу риска, есть еще одна проблема. А именно: у них пропал какой-то ценный для них прибор. И они были столь милы, что намекнули, будто бы этот прибор украл один из вас. С чем я вас, дамы и господа, и поздравляю.

Заговорили все разом.

- Черт знает что!

- Это ни в одни ворота не лезет!

- Да мать их!

- Какая прелесть! Сначала они приставляют людям пистолет к голове, а потом вопят, что их обокрали!

Выждав минуту, за которую наиболее вспыльчивые из медиков успели исчерпать свой скудный запас ругательств, эксперт продолжил.

- Давайте начистоту. Как я знаю, вы меня терпеть не можете, я от вас тоже не в восторге. И, знаете ли, обыскивать вас и щупать ваши чахлые телеса мне тоже никакого удовольствия не доставит.

Начало было настолько неожиданным, что возмущенные возгласы смолкли примерно к середине второго предложения. Наступила гробовая тишина. Уолтер, не меняя ровного тона, договорил:

- Поэтому предлагаю: вы сейчас отправляетесь в душ, и, пока вы там выливаете на себя все запасы дезинфицирующих средств, что, в принципе, вряд ли поможет, я спокойно осматриваю вашу одежду. Отдельно от вас. Сомневаюсь, что среди вас есть настолько матерые уголовники, чтобы запихать эту хрень в какое-нибудь отверстие организма. Таким образом мы разойдемся практически полюбовно – без ущерба вашему чувству собственного достоинства и моим эстетическим предпочтениям.

«Он не заболел ли, часом? - отстраненно подумал Эндрю. – Да он должен быть в восторге от перспективы так всех уесть. Заботливый какой-то стал… Или все настолько серьезно, что ему не до гадостей?».

Первой отреагировала старшая из дам, та, которая первой обнаружила, что пропуска не работают.

- Меня это устроит, - с достоинством сказала она. – И остальным тоже рекомендую соглашаться. Так, и вправду, будет проще.

- Значит, договорились. Теперь дальше. Потом вы отправляетесь к себе домой – и до следующей смены не покидаете свой сектор. Родным и близким соврите что-нибудь правдоподобное – что у вас много работы, плохо себя чувствуете, в общем, придумайте сами. Выходы в город запрещены. Продукты и все необходимое вам доставят. И при малейшем ухудшении самочувствия – температура, кашель, да хоть понос с золотухой – немедленно сообщаете госпоже Готье.

Медики, недоверчиво оглядываясь на оставшегося в коридоре эксперта, потянулись к дверям душевых.

- Эндрю, вас это тоже касается.

«Надо же, и как меня зовут, вспомнил!»

- У меня там пациент без присмотра остался, - сознался медик.

- Очень плохо. Придется попросить Келли присмотреть за четвертым блоком. Но вас никто не просил соваться в холл.

- Еще слово – и пойдешь со Слаем помойку раскапывать, - задушевно пообещал эксперт, снова перейдя на «ты». – Ну?

Эндрю пожал плечами и поплелся следом за остальными.

- Ну вот, - Алекс удовлетворенно оглядел Эльзу, только что бодро промаршировавшую по ангару в отремонтированной броне. – Как, не заедает?

- Вроде, нет.

- То-то же. И в следующий раз обращайся сразу, а не когда все рассыпаться начнет.

Упрек был несправедливым: Эльза и обратилась сразу, как заметила. Просто давненько не приходилось вылетать куда-либо в полной экипировке, вдруг поняла она. Это что, та самая, долгожданная, мирная жизнь? Мирная жизнь выходила какая-то плохонькая, хотя изредка и забавная.

За истекшее время капитан Вольф успела поделиться впечатлениями с Джиной, выслушать, в свою очередь, от той захватывающий рассказ о погроме, учиненном на руинах Виннипега, сходить с ней пообедать, посокрушаться тому, что в меню личного состава опять числятся только овощи и позавидовать вслух Дэну, в распоряжении которого оставался Корин холодильник. Жители Чарли успешно снабжали своих опекунов и рыбой, и мясом, и молоком и даже самодельным сыром.

Стэн и гостья в сфере видимости промелькнули лишь единожды – подполковник показывал японке базу, старательно избегая стратегически важных точек, вроде Алексова ангара.

В конце концов, беспокойство за родной ARK пригнало Эльзу к ремонтникам гораздо раньше обозначенного Алексом срока и пришлось еще сорок минут созерцать, как «детишки» под чутким руководством своего предводителя собирают из разрозненных деталей злосчастный бедренный привод. Пожалуй, летчица от души повеселилась бы над этим зрелищем, не будь это ее собственный броня. От которой, на минуточку, может зависеть ее же собственная жизнь.

- А теперь, - продолжил инженер, как ни в чем не бывало, - давай посмотрим, что же такого интересного увидел «Патрик».

- Или что ему померещилось, - мрачно напомнила Эльза.

- Ничего не померещилось, - успокоил ее Алекс. – С ним все в полном порядке, ни одного хотя бы сомнительного теста, не то что заваленного. Так что примем как данность – человека, или что-то на него похожее, вы с «Патриком» действительно видели. Пойдем, что стоишь?

Идея зайти в алексов «кабинет» в броне показалась Эльзе даже в чем-то привлекательной – целее была бы. Но, увы, пришлось срочно, пока инженер не передумал, снимать амуницию и оставлять в ангаре. Хорошо хоть, не на скорость. Еще один признак пресловутой мирной жизни.

- Ну, что мы имеем с гуся? – риторически спросил Алекс и развернул ноутбук так, чтобы Эльзе было видно экран. – Тут у нас примерно две секунды, когда наш объект виден. Что отнюдь не означает, что в остальное время его тут просто нет.

Эльза снова увидела человека, возникшего словно бы из ниоткуда. Он сделал два шага, остановился, глубже надвинул капюшон – и исчез. Точно так же, как это было утром.

- Замечательно, правда? – Алекс сиял. – Интересно, как это у них технически организовано – ведь практически настоящая оптическая невидимость! Ну, посмотрим на него повнимательнее.

Он сдвинул ползунок проигрывателя назад, и фигура пришельца застыла на экране, на фоне сплетенных веток. Человек как человек, ничем не выдающий способности исчезать на ровном месте, даже дырки не оставляя.

- Ничего особенного, - разочарованно высказалась Эльза. Кажется, ее задачей в этом мероприятии было подавать инженеру правильные реплики. Если, конечно, она хочет что-то узнать сейчас, а не когда-нибудь через пару месяцев. Была у Алекса такая слабость – любил поучать и разъяснять.

- А вот не скажи, не скажи… - Алекс увеличил изображение. – Перво-наперво, костюмчик у него примерно такой же, как у нашей гостьи. Поскольку в персональную невидимость я не верю, следует иметь в виду, что, значит, она тоже может в любой момент слиться с ландшафтом. И ищи ее потом по всей базе.

- Думаешь, это у них камуфляж такой? – дежурную реплику долго выдумывать не пришлось.

- Ну а что еще-то? Не телепортация же!

- Да, пожалуй, телепортация – это чересчур, - согласилась капитан Вольф. – Итого, мы наблюдаем, скорее всего, охранника нашей японской леди.

- Нет-нет, - Алекс подслеповато сощурился, вглядываясь в картинку. – Это вряд ли охранник. Скорее, это их проводник.

- Оба-на! С чего ты взял?

Инженер ткнул пальцем прямо в экран ноутбука, и Эльзе пришлось нагнуться, чтобы разглядеть, на что он там показывает. Из-под капюшона неизвестного выбивалась прядь волос. И цвет этой пряди наводил на мысли, что с цветопередачей у «Патрика» точно беда.

- Ишь, пестренький какой… Ну, вспоминай, где такое видела?

- Помню-помню, - чуть подумав, кивнула девушка. – Но ты же не хочешь сказать, что их проводник – из Экспедиции?

- А вот черт его знает. По сложению – похож, селенгены первые пару лет внизу все на эльфов смахивают, мутация эта, опять же. Но сложение, понимаешь ли, не критерий, мало ли, почему он такой уродился. И получается у нас два очевидных варианта – или он из нашего Экспедиционного корпуса, или же у них что-то свое есть, что доводит людей до такого же состояния.

- Вспоминая этого их блондинчика – я легко верю, что с человеком они могут сделать что угодно, - подвела итог Эльза. Изрекать очевидные вещи становилось все легче и легче. – Но проще предположить, что у них тоже побывали инсэнты.

Алекс оторвался от созерцания стоп-кадра на мониторе и посмотрел на собеседницу даже с некоторым удивлением. А потом хлопнул себя по лбу.

- Ах, я, старый дурак! Инсэнты! Ну, конечно! И я еще Стэну что-то про вероятности втирал!

- Что «инсэнты»?

- Эти двое знали об инсэнтах. И употребляли это слово. Но даже если чертовы насекомые у них там были…

До Эльзы дошло.

- Слово-то наше. Сами инсэнты так себя они не называли… по правде говоря, они себя вообще никак не называли!

- Именно! Именно так! – Алекс вскочил из-за стола, в два шага пересек свою каморку и решительно смел с верстака груду хлама, откапывая что-то, только ему ведомое.

Девушка призадумалась.

- Им могла рассказать Кора, - нерешительно предположила она.

- Могла, - согласился инженер. – Особенно если она проверяла их кровь на глазок. Хорошо, она еще не слишком далеко смылась, сейчас у нее и спросим. – Он взгромоздил на лысину допотопные наушники и принялся что-то переключать на открывшемся под завалом ящике. Эльза с трудом сообразила, что это – древняя переносная радиостанция, выпуска этак 80-х годов прошлого века. Надо же – у Алекса и связь своя… впрочем, его можно было понять – наличие среди связистов Елизаветы Кнехт отбивало всякое желание лишний раз к ним соваться. На редкость неприятная девчонка.

Что подумала Кора, когда ей пришлось экстренно отвечать на вопрос «Кто первым упомянул об инсэнтах?» осталось загадкой. Судя по репликам Алекса, возникшее подозрение подтвердилось. Когда инженер снял наушники, он даже соизволил вкратце пересказать содержание разговора Эльзе.

- Эти двое знали об инсэнтах. И даже знали о цвете крови инсэнтов в человекообразном виде. Чуть ли не первое, о чем они сообщили – что они не инсэнты, - подвел он итог. – Черт возьми, это надо срочно сообщить Стэну… только как его отлепить от этой японской куколки?

Впервые за эти полдня капитан Вольф почувствовала себя нужной: повод официально обратиться к командиру у нее был. И даже не один.

- Это я сейчас устрою, - пообещала она и решительно направилась к выходу. – Только сообщать будешь сам.

- Давай, - кивнул инженер. – Эй, осторожнее, там бензопила лежит!

- Черт! Чуть штаны не порвала…

- Я же сказал – осторожнее!

После удручающего разговора с «гостями» Центра Мишель отправилась к себе, пообещав Кимберли зайти ближе к вечеру, чтобы послушать, что выяснится за день. Выпив, на всякий случай, пару таблеток иммуномодулятора, заведующая обзвонила своих заместителей и отдала необходимые распоряжения, связанные с ее грядущим отсутствием в течение минимум двух недель. Заместители, как и следовало ожидать, не обрадовались, а Мишель вдруг почувствовала себя в незапланированном отпуске. И, хотя никогда не считала себя авантюристкой, ощутила какое-то странное воодушевление при мысли о том, что ей предстоит с головой погрузиться в события, явно выпадающие из рамок нормальности. И, возможно, даже повлиять на эти события. Если не в своих интересах – то в интересах города уж точно. Если раньше она только подозревала, что в исследовательском центре происходит что-то странное – то теперь имела все возможности убедиться в этом лично. И, нет, в данном случае под «странным» следовало понимать не пришельцев из-за портала, их поведение более или менее объяснимо и в чем-то даже понятно.

Испытав мимолетный укол совести по поводу неоправданного расхода чистой воды, Мишель наполнила себе ванну и залегла, поставив на бортик свой терминал. Прежде, чем снова встретиться с Ким, ей следовало успеть просмотреть хотя бы часть материалов, присланных Дагом. С которым, кстати, из-за этой интриганки тоже не удастся теперь увидеться пресловутые две недели. А то и больше.

Хотя беспечность Кимберли по части инфекционной безопасности была заразительна. Вряд ли та стала бы рисковать собственной жизнью ради гипотетического контакта – и, значит, твердо уверена, что какую-нибудь сибирскую язву или черную оспу гости не занесут. Интересно, почему? Только потому, что те происходят из более развитого общества? Или первичная проверка дала какие-то особенные результаты, позволяющие даже не предположить, а точно убедиться, что гости и сами ничем не больны, и переносчиками не являются, подсказывал здравый смысл. А все остальное – просто дымовая завеса. Мишель на ее месте, наверное, еще объявила бы о паре-тройке заболевших. Тот же здравый смысл немедленно подсказал, что с Кимберли станется не просто объявить, а действительно привить кому-нибудь из сотрудников что-нибудь неопасное, но противное. И, возможно, этим кем-то будет наивная и добропорядочная заведующая госпиталем, которую, похоже, Готье считает набитой дурой. Для полной достоверности, так сказать. Стоит иметь это в виду.

Кстати, о первичной проверке. Как там выразился эксперт? «Они пришли к выводу, что нечеловеческие болезни неопасны»? Или как-то в этом роде? И что это было: он, по обыкновению, нес любую ерунду, лишь бы уязвить собственную начальницу или давал подсказку ей, Мишель? С чего бы?

«А вот для этого, дорогуша, ты и просила записи у Дага. Чтобы понять, что же такое интересное происходит между представителями верхушки исследовательского Центра. Кстати, что Уолтер принимает непосредственное участие в руководстве этим бардаком, ты только что убедилась».

Вздохнув, Мишель подвинула к себе по бортику терминал и углубилась в просмотр присланных материалов.

Два часа спустя, когда вода в ванне окончательно остыла и, волей-неволей пришлось из нее вылезать, отсмотрено было ничтожно мало. К счастью, предусмотрительный диспетчер, зная страсть подруги к упорядочиванию, заранее рассортировал данные по нескольким папкам. И в одну из них упаковал все случаи, когда Кимберли лично покидала город или встречала прибывающих. С нее-то Мишель и начала. Однообразные записи делились на три категории: к первой Мишель отнесла частые убытия и возвращения того самого исследовательского отряда, который доставил в город пришельцев. Отряд был невелик и состоял, как ни странно, действительно, из медиков. Одного из них Мишель даже знала лично, по собственным выездам «на природу» несколько лет назад. Эти отправлялись и возвращались, как по расписанию, в среднем, раз в две недели.

Вторая категория оказалась интереснее. Кимберли, оказывается, частенько встречала группы строителей, выходящих на поверхность искать места для нового строительства и испытывать грунты. И о чем-то оживленно беседовала с руководителями этих групп. Мишель готова была заложиться, что не о здоровье строителей и даже не об эпидемиологической обстановке. Более того, именно в этой компании начальница Центра и покидала город, когда ей вообще случалось это проделывать.

А вот первая же запись из третьей категории Мишель заинтриговала: на ней обнаружились двое крепких мужчин в камуфляже, вида «бывалого», но не потрепанного. Этих двоих заведующая госпиталем раньше точно не видела. Впрочем, она и не полагала за собой способности узнавать в лицо все население Полиса. Пришлось оторваться от изысканий и пошарить по своей, «медицинской» базе. Все-таки, полное собрание медицинских карточек горожан в ее случае с легкостью заменяло полицейскую картотеку. Как и ожидалось, ни в госпитале, и ни в одной из городских клиник таких среди служащих тоже не числилось. Нашлись они среди тех же строителей, и то, благодаря случайности – один из этих двоих обращался как-то в травму. И не с чем-нибудь, а с огнестрельным ранением. Это было уже совсем интересно. И почему, собственно, член городского совета совершенно не в курсе, что у строителей какие-то проблемы наверху? Вопрос был риторическим: сама ведь сознательно все эти годы отстранялась от всего, что не связано со здравоохранением. И не лезла в интриги. Теперь сожалеть было поздно. Говорят, что на самом деле даже ныне вымершие страусы были не настолько тупы, чтобы прятать голову в песок, оставляя противнику самые уязвимые места. А ведь у них глаз был больше, чем мозг.

Посмотрев на часы, Мишель с сожалением выключила терминал и принялась собираться. Пора было идти. Жаль, что пока не удалось увидеть ничего стоящего, но это дело терпит. Недолго, но терпит.

Кимберли была в кабинете одна. Она раздраженно ходила взад-вперед по оставшемуся крохотному кусочку свободного пространства.

– Уолтер задерживается, – сообщила Готье. – Нам придется подождать, пока он соизволит явиться.

Мишель кивнула, не заботясь о том, видит ли ее Ким, и удобно устроилась в уже привычном кресле. Молча. Отвечать не имело смысла. Ну и потом, может, не дождавшись ответа, начальница Центра еще что-нибудь скажет.

Ким ожидания оправдала. Заполучив Мишель на две недели в свою компанию, она стала держаться на удивление открыто. И неофициально. Со стороны могло показаться, что две медички – лучшие подруги. Зачем-то ей, все-таки, понадобилась заведующая госпиталем. И очень сильно понадобилась.

– Этот человек как специально создан, чтобы выводить всех из себя. Даже о том, что он только-только закончил возиться с мусором, он сообщает так, что хочется немедленно запустить в него табуреткой, – Кимберли прекратила шататься по кабинету и уселась на свое собственное рабочее место. – Хорошо еще, не ушел спать, как собирался, а то бы скандалил до следующего вечера.

– Если у тебя нет других вариантов – придется терпеть, – сообщила Мишель спокойно. И удержалась от желания добавить, что она же, собственно, терпит существование всего Центра, и ничего, жива пока.

– Какие уж тут… варианты, – Ким вздохнула. – Он действительно незаменим. И этим пользуется. Хотя, надо отдать ему должное, без него было бы еще хуже.

Дверь эксперт открывал, видимо, ногой: она распахнулась настежь, стукнулась о стену и начала обратное движение, чуть не врезав входящему по носу.

– Твои чертовы сотруднички меня достали! – Заявил Уолтер с порога. – Шляются хрен знает где, спорят по любому поводу, и, до кучи, закатывают истерики на ровном месте, тоже мне, ромашки нежные выискались, оскорбленные в лучших чувствах… Прошу прощения, госпожа Сандерс.

– Ничего-ничего, – Мишель обворожительно улыбнулась, даже польщенная. – Не обращайте на меня внимания, продолжайте, пожалуйста.

Кимберли наморщила нос: с появлением эксперта, в кабинете воцарился устойчивый запах хлорки.

– В помойке воняло хуже, – сообщил Уолтер, занимая уже привычное место за столом.

Мишель хлопнула в ладоши, прежде чем Кимберли хотя бы раскрыла рот, чтобы что-то сказать, перехватывая инициативу.

– Господа. Поскольку мы временно оказались в одной лодке, предлагаю отбросить формальности. Так дело пойдет лучше. Итак, что у нас есть на данный момент.

Кимберли кивнула и бросила беглый взгляд на монитор.

– Пока, по-прежнему, не выявлено никаких опасных штаммов. Что, естественно, не означает, что их нет. Так что в этой области мы там же, где и были.

– И еще долго там будете, – добавил эксперт.

– И ты с нами будешь, солнышко, куда ж ты денешься! – кажется, предложение перейти к неформальному общению Кимберли восприняла буквально. Ну что же, что не делается – все к лучшему.

– Меня несколько удручают итоги наших переговоров, – проговорила Мишель. – Похоже, пропажа этой вещицы всерьез мешает нам установить контакт между нами и гостями. Что-нибудь удалось выяснить?

– А как же, – непривычно серьезно кивнул эксперт. – В мусорнике мы нашли отдельные детали этой штуки. Гостей это не удовлетворило и этот, светленький, полез туда самостоятельно.

– Его зовут Кането Инадзуми, – пояснила Ким. – Второго – Конран Сугеро. Честно говоря, я не очень понимаю даже, что из этого имена, а что – фамилии.

– Кането – это точно имя. Японское, – уточнил Уолтер. – Ну да не суть. Суть в том, что он сам геройски слазал в мусорник и ни черта больше там не нашел. И, конечно же, решил, что остальное мы злодейски утаили. Наверное, чтобы съесть на завтрак. Параноик малолетний.

– Но куда-то же она должна была деться? – примирительно спросила Мишель.

– Безусловно, должна, – согласилась Кимберли. – И раз уж что-то от нее нашлось в мусорке – там же должно быть и остальное.

– Не факт, – Уолтер тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. – Если этот тип вообще за это взялся, значит, у него какие-то свои средства поиска. А раз он с этими своими спецсредствами ее не нашел – похоже, ее там действительно нет.

– Ну и где она тогда?

– Не знаю. Но вывод напрашивается неутешительный.

– И какой же? – ехидно поинтересовалась Кимберли.

– А простой. Видишь ли, детка, есть такое слово – «саботаж». Вот его-то, родимого, мы и имеем в наличии. Проще говоря, кто-то из твоих дорогих сотрудников совсем-совсем не заинтересован, чтобы ты с гостями договорилась.

– С чего ты взял? – на этот раз обе женщины спросили хором.

– Дамы, поверьте на слово. Я случаев саботажа видел больше, чем вы обе – больных гриппом. Смотрите сами: предположим, гости потеряли свой комм в коридоре или в процедурной, да неважно, где. Дальше вариантов негусто – его подберет живой уборщик, автоматический уборщик или просто сотрудник. Автоматические уборщики мы проверили все. Живых обоих спросили и обыскали. Сотрудников ночной смены тоже обыскали. И дневной за компанию, чтобы ночным не обидно было. Комма нет. Если бы эту хрень кто-то нашел – скорее всего, сунулся бы к вам же с нею. Допустим, действительно, из любопытства припрятал. Но, поскольку гости подняли хай до небес – просто любопытствующий эту штуку бы вернул.

– Ну, собственно, из-за скандала этот гипотетический нашедший мог побояться вернуть, – возразила Мишель.

– Тогда подкинул бы куда-нибудь на видное место, потому как примерно представляет, что будет, если я у него это найду. А дальше – все то же: или уборщики, или те, кто осматривал помещения, находят игрушку и приносят вам.

«Кстати, интересно, а что будет?» – сделала себе пометку на будущее Мишель. – «Что ж ты, такой хороший, можешь сделать, и почему же тебя так сильно не любят. Не только же за поганый язык?»

– Однако наш персонаж предпочел другой вариант – разобрать комм и подкинуть незначащие детали: там был браслет от него и несколько кусков корпуса. Вроде, и подозрения отвел, и сам комм остался у него. Это наводит на мысль, что, собственно, гости правы – комм у них сперли и возвращать не собираются. Зачем-то он ему самому нужен. Если это средство связи – а исходя из названия, похоже на то – он разом валит двух зайцев: и вы не договоритесь и на связь со спасателями, когда они явятся, он первый выйдет.

– Ничего себе. Ты считаешь, что кто-то из моих сотрудников мало того, что умеет шарить по карманам, так еще и способен разобрать инопланетную технику – причем провернуть это очень оперативно? – недоверчиво спросила Ким.

– Именно так я и считаю, – подтвердил Уолтер. – А вот кто это мог быть – тебе виднее, ты их набирала. Исходя из того, какими беспомощными интеллигентами они все, до единого, выглядят, этот кто-то – профессионал, отлично умеющий маскироваться.

– Если уж на то пошло – я бы первым делом решила, что это сделал ты, – заметила начальница Центра.

– Я? Я мог бы. Только, во-первых, мне это невыгодно. Ребяток подобрали на армейской территории, тех бобов, которые он переварить не смог, этот Кането тоже не в лесу с куста наелся. Они были на «Элис». Значит, родные Силы Обороны тут замешаны. А мне совсем не с руки с ними пересекаться, – судя по гримасе, которой сопровождались последние слова, с военными эксперт встречаться не желал совершенно искренне.

«И это тоже интересно, – отметила Мишель. – Почему бы это ты так боишься военных».

– Факт, – кивнула Кимберли. – Не с руки. Что во-вторых?

– Во-вторых, – продолжил эксперт, качаясь на стуле с риском разломать хрупкую конструкцию и ляпнуться об пол, – я к ним близко не подходил, зря только вскакивал среди ночи. Пришел, убедился что это – не мои клиенты, и дальше просто присутствовал.

– Как – не твои? – Готье буквально подскочила и подалась вперед. – Они же прошли портал!

– А вот так, не мои. Ни один, ни второй, не проводники и никогда ими не были. Прошли они потому, что у них мощный наведенный фон. Был. Но вот даже на проход обратно его уже не хватит, так что можешь их хоть носом в этот портал пихать, ничего не выйдет.

– Что значит – «наведенный фон»? – поинтересовалась Мишель, вклиниваясь в разговор. Кажется, она переставала понимать, о чем идет речь: что такое «фон» – понятно, но почему «наведенный»? Вопреки ее ожиданиям, эксперт пояснил, и даже вполне вежливо.

– Бывает фон собственный: очень мощный у инсэнтов, послабее и другого характера – у людей-проводников. А бывает – наведенный. После общения с инсэнтами. Со временем это проходит. Бывает еще приобретенный – одно время считалось, что и просто поболтавшись у портала или покатавшись на симбионте можно заполучить такой же – но нет. То есть, получить-то можно, а портал пройти – нет.

– А с наведенным фоном можно проходить порталы? – уточнила заведующая госпиталем, переводя взгляд на Ким. Следом она собиралась задать пару куда более неприятных вопросов.

– Можно, – равнодушно подтвердил эксперт.

– И какого черта тогда мы этого не сделали до сих пор? – повысила голос Кимберли, опережая начальницу.

– Действительно, почему? – поддержала ее Мишель, на два тона ниже.

Эксперт пожал плечами.

– Не знаю, почему вы этого не сделали, пока был жив Манкс. Меня тут не было.

– А больше никто не может навести фон?

– Ну, только если вы сумеете мадам Сегард попросить, – фыркнул эксперт. – В чем лично я глубоко сомневаюсь.

Вечер после отбытия спасательной группы выдался особенно тоскливым. После того, как тяжелый флаер благополучно растаял в небе над Аогасима, в лаборатории все как с ума посходили: по сто раз просматривали данные и графики, спорили над распечатками картин поля Мотоми на момент прохода портала, что-то рассчитывали, и опять спорили, до хрипоты.

Капитан Ичиджи Амада участия в творящемся на его глазах научном прорыве не принимал. Если бы два дня назад ему сказали, что у него будут записи видоизменения картины И-поля при открытии портала и контролируемом проходе этого портала, а ему это будет совершенно неинтересно – он бы искренне посоветовал собеседнику отправиться в медик-часть, к психологам. Чисто на всякий случай. Проверить, не отказала ли способность к анализу.

После возвращения с острова в Большую Тройку, капитан ощущал, чуть ли не впервые в жизни, полное нежелание вернуться к работе и только молча наблюдал за коллегами. Видимо, к психологам следовало обратиться ему самому.

От печальных размышлений о собственной профессиональной несостоятельности его отвлекло явление, для засекреченной лаборатории не вполне обычное. Дверь отошла в сторону, и через порог шагнул штатский. Которому, при всем к нему уважении, делать здесь было нечего. Тем не менее, раз Господин Лингвист сюда вошел – значит, кто-то оформил ему допуск и провел по запутанным коридорам центрального Управления. Впрочем, личность загадочного благодетеля выяснилась сразу - инсэнта сопровождал Ранмару Кейдзи, адъютант господина шефа научно-исследовательского корпуса полковника Иширо.

– Поскольку вы временно остались без консультанта, – пояснил Ран после приветствия вскочившему Амаде, – Токудайдзу-сенсей оказал нам честь, согласившись помочь.

- В меру моих скромных сил, - Господин Лингвист поклонился.

– Заодно и выясним, насколько тяжело будет справиться с возникшими проблемами без… господина Сегарда, – добавил Ранмару, высказывая мысль напрашивающуюся, но не совсем уместную из уст младшего по званию. Впрочем, Амада правильно его понял – господин адъютант озвучивал мнение своего патрона.

– С проблемами? – повторил Амада, потирая пальцами лоб. – Теоретически, у нас в столице сейчас три лишних инсэнта. И их следует найти и, по возможности обезвредить.

– Или убедиться, что они безопасны, – вставил Ранмару. – Я вас оставляю, господа. Господин полковник присоединится к вам, как только вернется в Управление.

Где сейчас находится господин полковник Иширо, можно было даже не гадать – в Дворцовом комплексе. И, вероятнее всего, до него и дозвониться попросту невозможно.

Ран ушел, а капитан ИСБ и «придворный инсэнт» по ехидному определению пропавшего консультанта, еще с добрую минуту молча стояли рядом, наблюдая за бурной жизнью лаборатории. Первым очнулся от раздумий Амада.

– Присаживайтесь, Токудайдзу-сенсей, – он пододвинул пожилому придворному стул. – Давайте обсудим, что у нас есть про этот портал… и про этих троих лишних.

Лингвист опустился за стол, взял со столешницы забытый Лэнсером карандаш, покрутил его в пальцах, положил обратно.

– Этот портал – это моя оплошность. Если бы я не так заботился о своей маскировке, мы бы знали о его активности заранее.

– Отчего же сразу ваша, – возразил Амада. – Мы тоже должны были заметить его раньше, в конце концов, для того и создавалась лаборатория.

– Вы не могли его заметить, – лингвист вздохнул и пропустил через ухоженные пальцы кончик длинной косы. – Видимо, его естественный период пульсации больше, чем те полгода, которые существует лаборатория… С этим придется смириться. С появлением в Эдо господина Сегарда мир изменился, вам открылись новые грани реальности и теперь, волей-неволей мы все будем вынуждены это учитывать.

– Давайте обозначим круг задач, – предложил капитан. – И решим, какие из них нам следует решить в первую очередь. Первая, и самая очевидная – наблюдение за порталом над Аогасима. Полагаю, уже к завтрашнему утру, мы будем иметь исчерпывающие данные о его текущем состоянии. И мы не должны дать ему закрыться снова. Ведь на той стороне не будет вас, чтобы снова его открыть.

– Насколько я могу судить, – заметил придворный, – этот портал больше уже никогда не закроется.

– Увидим утром. По расчетам будет видно, – подытожил капитан и перешел к следующему вопросу. – Задача номер два: те трое лишних инсэнтов. Вы их не знаете? – осторожно спросил он. Задавая вопросы, суть которых так или иначе сводилась к тому, что собеседник – не человек, Амада чувствовал себя неловко, опасаясь задеть и без того усталого лингвиста.

– Возможно, узнал бы, если бы они связались со мной, – кажется, теперь придворный не тяготился своей истинной природой. Напротив, испытывал облегчение от того, что больше ее не надо скрывать. – Но они этого не делали.

– Если это они прошли через портал – об этом нам может сказать директор биостанции. Господин Соти.

– Да, конечно. Будет лучше, если с ним поговорю я. Когда он будет в состоянии разговаривать, разумеется.

Капитан кивнул, соглашаясь.

Оба помолчали.

– Как вы думаете, они вернутся? – тоскливо спросил Амада. Непонятно, почему он решил, что инсэнту известно больше, чем ему самому. Или потому, что господин Токудайдзу был с ними с самого начала этой истории, или же потому, что больше спросить было не у кого… Ну в самом деле, не к непосредственному же начальнику с этим идти, полковник вместе со старшими братьями сам, небось, задается этим же вопросом.

– Скорее всего – да, – уверенно ответил придворный. – Я хорошо помню Беттенчи, – пояснил он неохотно. – Там нет ничего такого, с чем не справились бы хорошо экипированные сотрудники элитного отдела полиции.

– О. Тогда дело за Иеро.

– О нем можете не беспокоиться, – печально улыбнулся лингвист. – Он вернется обязательно, хотя, возможно, и ненадолго. Они всегда возвращаются за… впрочем, неважно.

Кора отключила свою рацию и прицепила увесистый приборчик обратно на ремень штанов. Она готова была поклясться, что гигант в темных очках с искренним любопытством наблюдал за тем, как она разговаривает с Алексом. Интересно, что вызвало его любопытство – суть разговора или сам процесс? Похоже, что скорее второе. Подозрения подтвердил Лэнсер.

– Чувствуешь себя в музее? – поинтересовался он ехидно. Причем обращался не к Коре.

– Нет. На виртуальной игре по двадцатому веку, – отозвался рыжий. – Для музея обстановка слишком напряженная.

– А, – Лэнсер, в отличие от Коры, кажется, понял суть ответа. – Ко, кто это был? И что хотел?

– Это был Алекс, – честно призналась волонтерша. – А вот что хотел, я толком не поняла. Зачем-то спрашивал, знали ли мои паданцы слово «инсэнты» до того, как я их об этом спросила. Причем, не знали ли они об инсэнтах, а знали ли они это слово.

– О как, – Джайк покачал головой. – Не знаю, кто такой Алекс, но сдается мне, что соображает он хорошо.

– Алекс – он на самом деле Александр Борисович, – пояснил Иеро. – Наш инженер. С сугубо инженерной манерой мыслить.

Кора вытянула ноги, откидываясь на мягкую спинку сиденья, и внимательно посмотрела на друга.

– До меня только что дошло: там, по ту сторону, есть инсэнты? Или это ты им рассказал?

– В том и проблема, что инсэнты там, у нас, есть. Причем куда больше, чем хотелось бы, – сообщил Лэнсер. Слова «у нас» были явно лишними в этом ответе и, к тому же, едва заметно выделены интонацией. Волонтерша поняла, что о своей давешней оговорке еще не раз пожалеет – Лэнсер всегда был редкостно злопамятен.

– Сейчас инсэнты к делу не относятся, – напомнил Джайк.

– Ты прав, – неожиданно легко согласился пилот. – Как всегда. Сейчас нам надо отсюда убираться, причем тихо и незаметно. Потому что то, что Аико не одна прибыла, для Стэна очевидно. Убираться нам надо в сторону Полиса, потому что наших балбесов занесло именно туда. Всех троих.

– Троих, значит? – Переспросил Джайк, все тем же спокойным тоном. – Я что-то пропустил?

– Именно. Видишь ли, помимо Бентена с Гоку в городе оказался еще один мой друг. И, по совместительству, Корин муж. Всерьез опасаюсь, что если он, не дай боже, столкнется с Сенгоку, они взаимоуничтожатся. Или доведут друг друга до суицида одинаковыми шутками.

Ну вот. И стоило секретничать. Может, конечно, Лэнс этому человеку безгранично доверяет, но вряд ли стоило так, сразу, все выкладывать. Хотя, все равно рано или поздно пришлось бы, если хочется рассчитывать на его помощь.

Кибер, сидящий на водительском месте вполоборота к салону, побарабанил пальцами по приборной панели, не торопясь делать что-нибудь, что помогло бы хотя бы удалиться от злополучной поляны, и мягко поинтересовался:

– Я правильно понимаю, что твой друг там находится не по доброй воле?

– Абсолютно, – подтвердил Лэнсер. Против ожиданий – совершенно серьезно.

– И позволь узнать, зачем горожанам это нужно?

Кора затаила дыхание. Именно с простых и логичных вопросов, как правило, начинались вечные конфликты между Лэнсером и Стэном. Во время которых вся группа предпочитала осторожно прислушиваться и не вмешиваться. Однако, к ее удивлению, в этот раз ничего подобного не произошло.

Пилот пожал плечами и спокойно пояснил:

– Он проводник. Проводников мало, встречаются нечасто, ценятся высоко. Брюс, к тому же, один из лучших, так что ценность представляет немалую.

Джайк кивнул, обозначив, что с приведенным аргументом согласен, и констатировал:

– Значит, госпожа Клеменс отправляется с нами.

– Да, безусловно.

– Это хорошо. Нам понадобится свежая информация о текущей обстановке, – и он отвернулся к приборной панели.

Чтобы там Лэнс ни говорил, такого легкого согласия упомянутая госпожа Клеменс точно не ожидала. То ли люди из запорталья и впрямь были готовы помогать первой встречной, то ли пожелания Лэнсера они склонны рассматривать очень серьезно. Хотя, он прав – проводник – немалая ценность, а если он у них – единственный проводник, то считаться с этими самыми пожеланиями волей-неволей придется.

– Сейчас в округе Дэн, – предупредила Кора на всякий случай. – Так что взлетать выше леса не рекомендуется. Ну, только если эта штука не может и в полете быть невидимой.

– Может, – отозвался кибер. – Но выше леса – не будем.

Момента взлета волонтерша практически не заметила – просто поляна за окном, которое вдруг затянулось радужным маревом, ушла вниз, мягко и плавно, без единого толчка.

– Мне это водить не доверяют, – рассеянно пояснил Лэнсер для Коры.

– А зачем оно тебе, пока у тебя есть «Дэйта»? Кстати, где она? Понятно, что в визуале тебе сейчас светиться не стоит, но…

Лэнсер помрачнел. И перебил.

– Нет у меня больше «Дэйты». С концами нет.

Кора ойкнула, прижав ладонь ко рту.

– Как это тебя угораздило?!

– Не драматизируй, – посоветовал Джайк, не поворачиваясь. – Сказали – починят, значит, починят.

– Только если я с собой в портал Алекса прихвачу. Только кто же мне даст.

– Ты плохо знаешь, на что способна наша прекрасная маленькая исбэшница, – кибер даже отвернулся от приборов ради этого сообщения, вызвав у Коры мгновенный приступ паники: эдак бросать управление на ходу обычно не рекомендуется, по вполне понятным причинам. Против ожиданий, флаер даже не дернулся, а спокойно продолжал следовать заданному курсу.

– Учитывая, что она нас слышит, – продолжил гигант, – не удивлюсь, если госпожа Амикава выбьет для тебя визит вашего инженера в Эдо. Спасая исбэшных техников от верного помешательства. А теперь – к делу. Госпожа Клеменс, что вам известно о текущей ситуации с этим городом? Мы можем с ними договориться?

Кора задумалась, потом медленно покачала головой.

– По поводу ваших ребят – может, и сможете. Только тогда вам надо с их представителями разговаривать: ни мне, ни Лэнсу туда лучше не соваться. И, конечно, даже словом не упоминать, что вы с нами или любыми другими представителями Сил Обороны знакомы. Тогда, наверное, можно будет сторговаться.

– А что мы им предложим, извините? – иронично поинтересовался Иеро.

– Что-то предлагать – обязательно? – уточнил Джайк.

Волонтерша неохотно пояснила:

– С одной стороны, вы можете просто заявить, что это, мол, ваши люди, и посмотреть, что вам на это ответят. С другой стороны – они почти наверняка будут утверждать, что оказали нашим паданцам и вам заодно большую услугу. И что-нибудь за это просить.

– Это естественно, – согласился кибер. – И, если это будет в наших силах, мы заплатим. Но, насколько я понимаю, это не решит проблемы с вашим супругом.

– Именно, – кисло подтвердила Кора. И тогда ей придется действовать самой. Такой вариант развития событий ей не нравился, хотя еще утром казался единственно возможным. По здравому размышлению выходило, что шансы хотя бы проникнуть в город ничтожно малы. Видимо, стоит сориентироваться на добычу доказательств, в которые Стэна можно было бы ткнуть носом…

– И кто как, а лично я никуда отсюда не пойду, пока эту проблему не решу, – спокойно сообщил Лэнсер. – Потому что Стэн пока вмешаться не может, а у Брюса могут возникнуть большие неприятности, пока я буду мотаться через портал в Эдо и обратно. Время не ждет.

Джайк с сомнением покачал головой.

– Звучит так, будто кроме тебя этим и заняться некому.

– Ну почему же, – Лэнсер нехорошо оживился. – Вот Кора, например, может этим заняться. Одна и без поддержки. Вот они обрадуются, получить еще и ее, для комплекта.

Кора возмущенно фыркнула, и только было собралась высказать другу, что она и не с такими задачами справлялась, и вообще, не так-то просто ее «получить», как он примиряющим тоном пояснил:

– Нет, я, конечно, в тебя верю, Ко. Но предпочел бы, все-таки, при этом присутствовать, – и снова обратился к рыжему. – Стэн, видишь ли, аккурат как полковник Иширо – чтобы все было четко по закону, и так, что комар носа не подточит.

– Ты плохо знаешь ИСБ. Полковник может действовать и совершенно противозаконными средствами, если этого потребуют интересы Семьи.

– Ага. При условии, что никто никогда ничего не узнает и никаким образом не подмочит репутацию семьи, ИСБ или самого полковника. Вот и Стэн поступит точно так же… Если уже не поступил.

– Кажется, я перестаю понимать, о чем и о ком идет речь, – осторожно заметила Кора.

– Все очень просто, – спокойно пояснил кибер. – ИСБ – Императорская Служба безопасности, которую мы сейчас и представляем.

– И которой с одной стороны можно все, а с другой стороны – на каждый чих существует по три правила и четыре пункта устава, – добавил Лэнсер. Чувствовалось, что от упомянутой спецслужбы он не в восторге.

– А зачем правила, если все можно? – вконец запуталась волонтерша.

– А чтобы они выглядели до тошноты идеальными и не теряли авторитета среди граждан, – язвительно ответил Лэнсер. – Добавлю, что полковник Иширо – один из высокопоставленных чинов этой службы и, так сказать, эталонный исбэшник. Семья пишется с заглавной буквы – это императорская семья, к которой полковник тоже относится.

– Несмотря на некоторую экспрессию, суть изложена верно, – мягко пробасил Джайк. – Если всем все понятно, мы можем вернуться к насущным проблемам. Итак, вы оба вести переговоры с городским начальством не можете. Я тоже.

– А ты-то почему?

– Потому что, если ты запамятовал, я – твоя охрана и не уполномочен заниматься чем-либо другим.

– Это в Эдо ты моя охрана. А здесь это совершенно необязательно.

Кора усмехнулась, припомнив некоторые детали деятельности мобильной группы Шеппарда, особенно из разряда «мелочи жизни». Уж конечно, охрана любому члену этой группы, в мирное-то время, ну просто позарез необходима. И как-то сомнительно, что этот рыжий этого не понимает – выглядит-то умным.

– Чисто формально – моих обязанностей с меня никто не снимал, – возразил кибер. – И, к тому же, налаживать дипломатические отношения не я должен. Поэтому переговоры будет вести Аико.

– Так это же прекрасно! Пока они будут друг друга забалтывать до полусмерти, мы можем многое успеть.

– Ты знаешь, как попасть в город? При условии, что тебе и госпоже Клеменс легально туда «лучше не соваться»?

– Пока – нет. Предполагаю, что можно через расположенный рядом склад. Их когда строили – совершенно не думали, что армия и гражданские могут оказаться на ножах, так что два подземелья сообщаются между собой.

– Я есть в списках доступа на склад, – немедленно похвасталась Кора. – Алекс внес.

– И это чудесно. Значит, можно считать, что и к складской системе у нас доступ есть, а там полный план склада. Структуру Полиса, я, конечно, только кусками знаю и это плохо… Но в общем, шансы у нас неплохие. И не из такого выкручивались, в конце концов.

– В общем, – подвел итог Джайк, – летим до места и на месте ориентируемся. По официальной версии – ждем дальнейших указаний.

– Разрешите обратиться?

Настолько официальный способ окликнуть человека, пожалуй, удивил даже Стэна. На что Эльза и рассчитывала.

– Извините, – начальник базы коротко поклонился японке. Кажется, ее поведение было заразно, и если так пойдет дальше, по базе распространится эпидемия японской церемонности.

– О, конечно, – гостья опустила прекрасные очи. – Я и так слишком долго отвлекаю вас от других дел.

– Если вы останетесь здесь, я пришлю сопровождаюшего, – пообещал Стэн.

Под «здесь» следовало понимать один из внутренних дворов, куда их за каким-то чертом занесло с экскурсией. Ничего интересного в дворике не было, если, конечно, гостью не интересовала бурно разросшаяся и одичавшая клумба в бетонном вазоне. Однако японка не проявила ни малейших признаков неудовольствия, и, лучезарно улыбаясь, обещала подождать. А подполковник следом за Эльзой нырнул в один из коридоров.

– Ну, что у тебя? Просил же Алекса…

Капитан Вольф не дала начальству договорить.

– Ага, в Алексе и дело. Он извлек из памяти «Патрика» портрет их проводника, и, в результате, у него есть кое-какие соображения на этот счет. Я объяснить толком не сумею, так что говори с ним сам.

– Вот как, – Стэн обернулся через плечо, словно желая убедиться, что гостья не последовала за ними. – Хорошо, спасибо. А теперь – бегом найди Джину, отправь ее присматривать за госпожой Амикава, а сама – отправляйся обратно в третий округ, составь Дэну компанию. Привлекайте местных и прочешите-ка лес вокруг портала.

– Коре что-нибудь передать?

Стэн на секунду задумался.

– Не надо. Пусть остынет для начала, а потом будем разговаривать. Все, марш.

– Да, сэр, – совершенно серьезно ответила Эльза и почти бегом отправилась разыскивать коллегу. Не хватало еще, чтобы предоставленная сама себе гостья заблудилась на базе.

Подполковник Шеппард постоял немного, собираясь с мыслями. Что бы Алекс не нашел – он не стал бы отвлекать его просто так. Значит, это что-то срочное. И что там не так с этим проводником?

Инженер, как ни в чем ни бывало, разбирал на составные элементы чью-то нагрудную пластину. Отсоединенный сканер занял место электроплитки на верстаке, в кофейной чашке покоились мелкие винтики и шайбочки.

– А, Эльза все-таки тебя вызвала. Хорошо. Посмотри там, на ноуте, у меня руки в смазке.

Стэн послушно посмотрел и хмыкнул.

– Вот как. Думаешь, Экспедиционный корпус?

– Думаю, – Алекс кивнул и кинул в чашку еще один винт. – Могу объяснить, почему думаю.

И, не дожидаясь ответа, вкратце описал странности в словарном запасе гостей.

– Кора, кстати, подтвердила, – закончил он.

– Даже так.

– Угу. Второй момент касается их маскировки. Если посмотришь внимательно, заметишь, что этот парень виден только когда движется. Но, при желании, его можно рассмотреть и когда он просто стоит. Предполагаю, что это заслуга его одежды. На твоей миниатюрной японочке – такая же. И, возможно, так же замаскирован их транспорт.

– Учтем, – кивнул Стэн. – И, насчет проводника: что мы там с тобой обсуждали про вероятности?

– Да-да. Вероятность того, что ты был прав, возросла. Но еще не равна единице.

– Вот как? У нас пропал проводник, принадлежавший когда-то к экспедиционному корпусу. У них такой проводник появился. Не лишняя ли сущность – предположение о возвращении Эскпедиции, слегка ошибившейся реальностью? Особенно учитывая, что возвращаться они изначально не собирались?

– Намек понял, – Алекс, наконец, оторвался от своей деструктивной деятельности, вытер руки донельзя грязным полотенцем, валявшимся тут же, на верстаке. – Однако, посмотри на парня: он будто вчера с орбиты свалился. Наш к моменту пропажи выглядел… поплотнее.

– Мало ли, что бывает. Это изменяемый параметр.

– По мне – так такое совпадение было бы слишком, – заметил прагматичный инженер.

– А кто сказал, что это вообще совпадение, а не спланированная акция? – парировал Стэн.

– Ну, как хочешь. Теперь можешь порасспрашивать нашу гостью и на этот счет. Будет любопытно, что она скажет.

– Да уж. Любопытнее некуда, – согласился подполковник. – Но расспрашивать пока подождем. Хотя бы до вечера.

Блэр еще раз выругался и попытался устроиться поудобнее на двутавровой балке, на которой сидел. Под ним зияла лифтовая шахта, а высоты, как ни парадоксально, он не любил. Точнее, очень любил, сидя в кабине собственного родного ARK’а, и с такой же силой боялся без него. Однако других вариантов не было: ему позарез надо было устроить так, чтобы сигнал коммуникационного устройства гостей достигал поверхности. А наружу сотрудников Центра, за исключением поисковой группы, выпускали крайне неохотно, а теперь, из-за идиотского карантина, не выпустят и подавно. Это еще хорошо, что удалось вынести комм с территории госпиталя до того, как Готье решила перекрыть все входы и выходы, а потом пронести обратно то, что удалось от чертовой железяки отковырять.

И то сказать, изначально Блэр далеко не был уверен, что ему вообще удастся разобраться с этой штукой, а потом и разобрать ее, не нарушая работоспособности. И хорошо еще, что создатели приборчика не озаботились каким-нибудь хитрым механизмом самоуничтожения. Бывший испытатель очень надеялся, что не ошибся, и что спасательная команда, когда нагрянет, попытается определить местоположение своих по сигналам их устройств связи. Во всяком случае, в блэровской юности мобильные телефоны частенько использовали таким образом. Чем эта штука отличается от мобильника и насколько сильно отличается, он предпочел не думать – все равно его скудных инженерных познаний ни за что не хватит, чтобы понять принцип действия хитрой техники.

Мобильные телефоны в убежище не работали, даже когда спутники еще были целехоньки – разве что, под самой крышей. Поэтому и украденный комм он решил разместить непосредственно на куполе. И если уж нельзя сделать это снаружи – придется изнутри. Требовалась сущая малость – встать на балке, дотянуться до невысокого здесь «потолка» и прикрепить пакет с коммом и запиской к его поверхности. Желательно, предварительно смахнув многолетнюю пыль, на которой никакая клейкая лента держаться не будет. Что тоже не так легко, как кажется.

Блэр переложил пакет в нагрудный карман куртки, и, стараясь не смотреть вниз, в несколько этапов, встал, надеясь на то, что даже если нога соскользнет, он сумеет сохранить равновесие. Или, хотя бы, уцепиться за что-нибудь. Было бы ужасно досадно, налетав столько часов, разбиться даже не на земле, а под землей, свалившись в бетонный колодец. Не все же такие везучие, как Джонни, который после такого полета ухитрился выжить.

Против ожиданий, скотч приклеился к потолку намертво с первого же раза. Правда, перочинный нож все-таки улетел вниз, в шахту, но это было не той потерей, о которой стоило скорбеть.

Теперь оставались сущие мелочи – спуститься обратно вниз на тридцать метров и вернуться в жилой блок, пока кто-нибудь не хватился. Начальство, конечно, в такое время спит без задних ног, но черт же знает, кому по случаю чрезвычайных обстоятельств взбредет в голову проверить, где находятся потенциально зараженные – и попробуй, потом, придумай что-нибудь правдоподобное по поводу отсутствия в своей квартире в ночное время.

Блэр сглотнул, помянул чью-то мать и сделал первый шаг по балке к лестнице из проржавевших скоб, идущей по стене шахты.

Ей-богу, эти иномиряне будут ему должны как минимум бутылку коньяка. Хотя, пожалуй, от них не дождешься.

К себе Мишель вернулась только ближе к полуночи, с гудящей головой и ворохом противоречивых данных, предположений и догадок. Чертов эксперт со своей идеей о саботаже перевернул картину происходящего с ног на голову. И ладно бы это была просто идея! Но у него нашлись аргументы, убедившие даже задетую предположением о недостаточно тщательном отборе персонала Кимберли. Аргументы, изложенные удивительно здраво, если сцедить куда-нибудь пару литров яда, который Уолтер, не скупясь, изливал на головы своих слушательниц.

И вот эта связность и убедительность аргументов, выдававшая большой опыт в таких делах, и не давала Мишель покоя. Настолько, что вместо того, чтобы лечь спать, она продолжила просмотр записей, решив добить сегодня хотя бы третью категорию… как самую интересную и малочисленную.

Зевая, заведующая госпиталем просматривала запись за записью, пока не поймала себя на том, что совершенно не помнит, что было в трех, как минимум, предыдущих. Пора было отправляться спать. Вместо этого госпожа Сандерс открыла ящик стола и, тяжело вздохнув, словно осуждая глубину собственного падения, проглотила две таблетки кофеина. Все-таки в служебном положении были не одни только минусы.

Все те же двое, по одному и вместе, встречались с Кимберли чуть ли не весь отчетный период и ничего интересного, кроме самого факта таких встреч, в записях, вроде, не было. В лоб, что ли, у нее спросить, что это за «строители» такие загадочные, с огнестрельными-то ранениями, и какое имеют отношение к работе проклятущего Центра? И посмотреть, что она врать станет.

Искомую запись Мишель чуть не пропустила, отвлекшись на бурный воображаемый диалог с Кимберли, в ходе которого сама Мишель выходила безнадежной дурой, а Ким изворотливо сочиняла отговорки, больше похожие на шпионский роман. Посередине воображаемого пассажа о тоталитаризме и военной диктатуре, Мишель сообразила, что на картинке, на которую она смотрит, псевдо-строителей не двое, а трое. Точнее, их-то было двое, а вот рядом с ними находился некто посторонний. Одетый в невообразимую рванину и грязный как черт, человек стоял, растирая зачем-то запястья, и с искренним любопытством разглядывал окружающую обстановку. Грязные длинные волосы закрывали пол-лица, и потому Сандерс не сразу поняла, что это не кто иной, как склочный эксперт. Вошедшая в кадр Ким уставилась на него с точно таким же любопытством.

– Мужик сказал – мужик сделал, – весело проговорил один из псевдо-строителей. – Получите, госпожа Готье, в целости и сохранности, как обещали. Чуть не спятили, пока нашли его, да еле довезли…

Уж на кого они меньше всего походили, так это на патруль, который, якобы, согласно официальной версии, отбил Уолтера у бандитов. Скорее смахивали на самих бандитов.

– Отлично, – Ким оторвалась от созерцания. – Ну, пошли.

– Без рук, – кратко предупредил Уолтер, когда один из сопровождающих собрался взять его за плечо.

«Строитель» хохотнул, но руку убрал. Кимберли хмыкнула.

– Если что – он дерется, – весело пояснил «строитель».

– А еще кусаюсь и царапаюсь, – добавил эксперт скучающе.

– Я учту, – пообещала Ким. – Непременно.

Запись оборвалась, как только вся компания вышла из кадра. Мишель сверила даты – да, чуть больше, чем за месяц до зачисления эксперта в персонал Центра. Видимо, им понадобилось время, чтобы привести его в приличный вид и сносное состояние, а потом, как и сказала Ким, месяц уговаривать. Трактовать увиденное можно было по-разному. Первой, почему-то приходила в голову наихудшая из возможных трактовок.

Насколько Мишель знала, первые работорговцы появились еще во время войны. И расцвели сразу после: куча самозваных правительств и крохотных «суверенных» территорий нуждались в рабочих руках, молодых мужчинах и здоровых женщинах. По началу, борьба с этим явлением целиком легла на плечи потенциальных жертв, жителей тех поселков, у которых не хватало сил защититься. И борьба эта почти никаких результатов не приносила. По счастью, тогда обитатели Полиса только-только начинали узнавать, что же происходит наверху – и потому никто из горожан не пострадал. А потом вмешались Силы Обороны, взявшиеся наводить порядок. И даже им не сразу удалось с этим справиться, хотя действовали они жестко.

Мишель вспомнила сцену, которой лично ей довелось быть свидетельницей, когда, в теперь казавшемся очень далеким 2035 году, их поисковая партия выбралась в один из первых рейдов. В тот раз они пытались разведать путь к небольшому городку, чтобы пополнить запас хотя бы простейших лекарственных трав. Городок оказался почти полностью уничтоженным и необитаемым. На опушке леса, неподалеку от руин, собралась довольно странная компания. Отношения с военными тогда еще не были испорчены, поэтому, завидев среди собравшихся высокого худощавого парня в весьма потрепанной и заношенной фиолетовой форме Экспедиционного корпуса, госпожа Сандерс вздохнула с облегчением и позволила себе полюбопытствовать, что же тут творится… о чем вскоре пожалела.

У чудом сохранившейся стены бывшего дома лежали пять свежих трупов. Настолько свежих, что пятна крови еще продолжали расплываться на их одежде. Чуть в стороне, не обращая на мертвецов никакого внимания, спорили трое – тот самый человек в форме и двое кряжистых мужиков среднего возраста. Еще дальше, около припаркованного джипа самого устрашающего вида, сидели, прямо на земле, с десяток мужчин и женщин и им что-то объясняла одетая в «полевку» девушка с длинной светлой косой.

Прислушавшись к спору, Мишель похолодела.

– А я говорю – надо их тута и оставить! А еще лучше, стало быть, на дерево подвесить, чтоб другим неповадно было, – запальчиво говорил пожилой мужчина в клетчатой рубашке.

– Джесс. Я, кажется, ясно сказал: закопать падаль, – ровным тоном ответил тот, что в форме.

– Вот еще! Всякую мразь хоронить, – начал, было, второй гражданский, но парень в форме перебил.

– Я. Сказал. Закопать. Развешивать трупы по деревьям вы не будете. Бросать их, где попало, вы тоже не будете. Я понятно выражаюсь? Или повторить?

– П-простите, – не удержалась Мишель. – Что здесь происходит?

Все трое обернулись к ней. Мысль о том, что свидетелей частенько тоже убивают, была запоздалой. Раньше надо было думать, до того, как ставить под угрозу и свою собственную жизнь, и жизни всей группы. Хотя горожане и были вооружены, если возникнет перестрелка, жертвы неминуемы.

– Вы кто? И что вы здесь делаете? – резко спросил военный. Или тот, кого Мишель приняла за представителя армии. На поверку он оказался совсем молодым, лет двадцати пяти, не больше. Людям, которым он только что раздавал указания, парень годился в сыновья.

– Мы представители Полиса, – с достоинством ответила Сандерс. – Ищем выживших и выясняем обстановку. Я – врач группы.

Оба гражданских удивленно переглянулись.

– Далековато вы забрались, однако, это ж… – начал тот, кого назвали Джессом, поймал взгляд военного и замолк на полуслове.

– Понятно, – парень кивнул, пригладил взъерошенные серые волосы и, обернувшись через плечо, позвал: – Клэр, иди сюда, тут у нас городская медичка… Как раз и сверите данные.

– Что здесь, все-таки, произошло? – с нажимом повторила свой вопрос Мишель. – Кто эти люди? И как они погибли?

– Работорговцы, – равнодушно пояснил военный. – Были. Больше не будут. Вон, товар их бывший на травке отдыхает.

И, как ни в чем ни бывало, продолжил:

– Если вы за травами – с южной стороны руин лесная дорога, по ней двадцать километров на юг – будет живой поселок. Этот участок дороги практически безопасен, так что можете ехать спокойно.

Тогда все закончилось хорошо. Они обменялись с подошедшей блондинкой данными о вспышках инфекционных заболеваний в городе и на поверхности и разошлись восвояси. Но случай запомнился. И, хотя трудно было отрицать необходимость борьбы с торговлей людьми, воспоминание получилось малоприятное. Даром, что почти десять лет прошло.

Нет, даже Кимберли, при всех ее недостатках, даже если и нашла бы уцелевших работорговцев, не стала бы с ними связываться. Если не из порядочности – то из опасения. Значит, хотя бы эту гадость можно выкинуть из головы. Да и не похож был эксперт на человека, которого доставили в город силком. Хотя и восторга от прибытия сюда тоже явно не испытывал. Похоже, его вынудили сотрудничать с Кимберли какие-то внешние обстоятельства… Знать бы еще, какие. Готье утверждала, что на нем экспериментировали инсэнты – это могло бы объяснить, что он обладает неким набором способностей, присущим проводникам. И, скорее всего, сам проводник, хотя и заваливает тесты. Но никакие инсэнты не объясняли познаний в области саботажа, диверсий и прочей подрывной деятельности. Впрочем, если он, скажем, применял эти познания на практике на какой-нибудь военной базе, его могли разыскивать там, наверху, недаром же его передергивает от одного упоминания Сил Обороны. И тогда Полис – самое подходящее место для того, чтобы спрятаться. Только в чью пользу он мог бы вести эту подрывную деятельность? Полиса? Вряд ли. Нет, Мишель не сомневалась, что большая часть городского Совета, если им представится возможность, диверсию на «Элис» одобрит. Но эксперт даже в этом ролике не выглядел ярым патриотом Полиса. А его повседневное поведение показывало, что город и горожан он, мягко говоря, недолюбливает. И даже Кимберли считает, что, при наличии возможности, он мог бы ей же свинью и подложить. А он, кстати, этого и не отрицает, уточняя только, что ему это просто невыгодно.

Да уж. Похоже, круглой идиоткой тут выходила не Мишель, а кое-то другой. Держать у себя под боком потенциального диверсанта – не очень похоже на проявление ума. А что, если в какой-то момент ему перестанет быть невыгодно?

Оставалось одно – продолжать копать дальше и не успокаиваться, пока не станет кристально ясным, что безопасности города ничто не угрожает. И выяснить, на кого же раньше работал этот эксперт. При полном отсутствии у заведующей госпиталем хоть каких-нибудь навыков в области ведения расследований и скудности имеющейся информации, задача обещала быть почти невыполнимой. С этой неутешительной мыслью Мишель и отправилась спать, здраво рассудив, что утро вечера мудренее.

Присматривать одновременно за происходящим в салоне флаера, за бортом этого же флаера и на его же приборной панели может далеко не каждый. Джайк мог и, на данный момент, не без удовольствия этим пользовался. Наблюдение за пилотом в почти естественной среде обитания несколько скрадывало беспокойство о пропавших подчиненных. Изменения в поведении, замеченные сразу после прохода портала, нарастали лавинообразно. Во-первых, казалось, что Лэнсер совершенно перестал переживать за судьбу «потеряшек», словно был совершенно уверен, что теперь-то с ними ничего не случится. Контраст с буквально вчерашним беспокойством был разителен. Но стоило признать, что эта уверенность была заразительна. Во-вторых, получив возможность принимать решения самостоятельно, пилот немедленно этой возможностью воспользовался, не спросив ни у кого ни совета, ни разрешения и с отсутствием сомнений, указывающим на глубоко укоренившуюся привычку. В-третьих, обретя свободу действий, он даже ею не наслаждался, а, скорее, воспринимал, как должное.

Госпожа Кора Клеменс, судя по всему, тоже была весьма самостоятельной дамой, но, попав в орбиту деятельности пилота, моментально перестроилась: ей, может быть, не очень-то нравились его решения, но, похоже, даже мысли о том, чтобы возразить или поспорить, девушке в голову не пришло.

Вот тебе и неспособность к встраиванию в жесткую иерархию, вот тебе и отрицание субординации. У него в этой иерархии давно определенное место и никакого другого ни в какой другой он воспринимать просто не хочет. Интересно, что будет, когда проявит себя его здешний начальник, которого сейчас усердно забалтывает Аико.

Лэнсер зевнул. Третий раз за последние пять минут.

– Слушай, прекрати, а? Это заразно, – попросила Кора.

– Угу, – пилот кивнул. – Спать хочу – сил нет никаких.

Клеменс растерянно моргнула. Читать эмоции по ее лицу было совсем просто, даже проще, чем, скажем, по лицу Бентена. Тот при всей своей гипертрофированной эмоциональности все-таки получше контролировал мимические мышцы. А вот у Коры, видимо, просто не было надобности в таком контроле. Вот сейчас она почти готова обидеться: как так, четыре года не виделись, столько всего узнать надо, а он, видите ли, спать хочет, как будто ничего такого и не было.

– Не обижайтесь на него, – мягко пояснил кибер, не отворачиваясь, на сей раз, от приборов. Просто чтобы лишний раз не заставлять местную жительницу нервничать. – Это откат от стимулятора, хочет, не хочет, а отключится. Если не примет следующую дозу, конечно.

Мда. Это был не лучший способ ее успокоить, определенно.

Иеро зевнул еще раз.

– Нет, Джайк не читает мысли, – сообщил он подруге. – У него просто очень хорошее зрение.

– Затылочное?! – нервно поинтересовалась Кора.

– Круговое. На 356 градусов, – хладнокровно поправил кибер. – Во флаере – на все 360.

Кора перевела взгляд на Лэнсера, недвусмысленно требуя объяснений. Ну вот, теперь она считает, что над ней смеются и начинает злиться.

Пилот поудобнее откинулся на спинку кресла.

– Поспать, похоже, ты мне не дашь, – недовольно проговорил он. – Хорошо. Поясняю. Не знаю, как в остальной Империи, а в городе Эдо широко распространена практика вживления человеку всяческих полезных железок. У Джайка – модифицированное зрение. И не только зрение, как я понимаю.

– Память тоже, – подсказал Саймен, продолжая наблюдать за реакцией Коры.

Та, моментально успокоившись, кивнула. Хотя вряд ли поняла все полностью. Надо же. Абсолютное доверие. Безоговорочное.

– Так вот, – продолжил Лэнсер, – имей в виду, на будущее, что человек с такими изменениями в организме у них там называется «кибером».

Услышав «у них», Клеменс чуть опустила глаза. Кажется, виновато, и, вместе с тем, удовлетворенно. Очень интересно. Она, никак, ревнует к целому миру?

– Представляю себе, как это выглядит, – фыркнула девушка.

– Так-таки и представляешь? – съехидничал пилот. – Ты с двумя киберами по лесу сутки проболталась – и ничего не заподозрила. В общем, обычно это никак особенно не выглядит. И в остальном тоже, люди как люди, по большей части.

– А по меньшей? – заинтересовалась Кора.

– Это долго рассказывать. Потом сама увидишь. Все, раньше, чем через полтора часа меня не кантовать.

Джайк одобрительно кивнул: он уже почти ожидал, что Лэнсер, вопреки здравому смыслу, затребует еще одну дозу стимуляторов.

– А… – Кора все же с опаской посмотрела на кибера за штурвалом. – А что мне сейчас-то делать?

– Думаю, держать меня в курс дела о возможных препятствиях на пути. И сориентировать на местности, если понадобится, – ответил Саймен вместо моментально отключившегося пилота.

С пару секунд она еще сомневалась. А потом решительно встала и перебралась на переднее сиденье, рядом с водительским. Посмотрела в лобовое стекло, задумчиво потерла указательным пальцем кончик носа.

– Мы уже совсем близко, – наконец сообщила Кора деловым тоном. – Сейчас уже войдем в их воздушное пространство. И нам надо будет выбрать хорошее место для посадки. Спрятаться с вашим камуфляжем – не проблема, но лучше, все-таки подстраховаться.

– Хорошо. У вас есть что-то на примете?

– Поверить не могу, – проворчал Сенгоку, разглядывая камеру наблюдения. – Это даже «жучком» назвать нельзя!

Аккумулятор полицейского сканера уже практически сел, и зарядить его здесь было негде. Уцелевший комм находить следящие устройства решительно отказывался – не хватало мощности.

Но оказалось достаточно обычного осмотра комнаты. Камера и два объемных датчика нашлись сразу. Создавалось впечатление, что их особенно никто и не прятал. И немудрено – камера была размером с ладонь. Такое спрятать трудно, если не невозможно.

- Может, это для отвода глаз? – предположил озадаченный Бентен.

- Скорее, они просто не из стеснительных и скрывать слежку не собираются.

В присутствии наблюдения оба, не сговариваясь, перешли на японский язык. Незачем предоставлять потенциальному противнику лишнюю информацию. Параноидально настроенный Бентен даже пытался придерживаться одного из нижнеуровневых диалектов Эдо, предположив, что даже если у местных найдется кто-то, знающий японский язык, то вряд ли даже при высоком уровне языковых совпадений этот переводчик поймет японский, изуродованный до неузнаваемости.

Если верить часам, по местному времени сейчас должно было быть около полуночи. Днем оба, забив на попытки дежурить по очереди, отоспались всласть, потом поужинали такими же безвкусными концентратами и, заверив приносившего еду парня, что им больше ничего не нужно, до ночи обсуждали планы дальнейших действий. Планы не складывались. Даже если поверить хоть и в корыстную, но доброжелательность обитателей города, сидеть и ждать неизвестно чего представлялось бесперспективным. Если не верить… один удачный побег уже привел их сюда, остается только гадать, куда приведет второй. Это если он вообще окажется удачным. Бестактная Кимберли была права – далеко они по местным лесам без навигатора не уйдут. В конце концов, решили сходить на разведку в надежде, что новая информация хотя бы чуть-чуть разъяснит ситуацию.

- И что с этим делать, - Конран потыкал пальцем в допотопный датчик. – Отключать бессмысленно, заметят. Разве что отвинтить Джайку на память, он такое любит.

- Не рановато запасаться сувенирами? – досадливо сморщив длинный нос, поинтересовался Бентен.

- Не будь таким суеверным, красуля, - отмахнулся Гоку, но датчик все-таки оставил в покое. – Пойдем, прогуляемся. Если им что-то не понравится – пусть придут и скажут, что именно.

Дверь оказалась не заперта, что, вроде бы, подтверждало добрые намерения тетушек-начальниц. Вроде бы.

- Все-таки, врут они насчет карантина, - констатировал японец.

– Или у них какая-то принципиально иная медицина, - добавил Бентен.

Подумав, что творилось бы в Эдо, возникни биологическая угроза, он содрогнулся, представив себя потенциальным источником инфекции: сидеть бы им обоим в наглухо изолированном отсеке, общаться с миром только через стекло, таскать на себе два пуда датчиков и видеть живых людей только запакованными в биозащиту от пяток до макушки. А тут, можно сказать, что ничего и не сделано. Единственным объяснением такому разгильдяйству, которое можно было подобрать, не рискуя вывихнуть извилины о чуждую логику, была ложь. Второй вариант был еще хуже – они тут все ненормальные и сами не ведают, что творят.

Дверь в холл все-таки оказалась закрытой. Оба вздохнули с облегчением, встретив такое явное подтверждение хотя бы ограниченной разумности местных обитателей. По крайней мере, те догадались изолировать потенциально опасный блок. Беглая проверка подтвердила – остальные помещения, похожие, как две капли воды, были пусты.

Не сговариваясь, полицейские вернулись к входной двери.

- Интересно, если мы ее выломаем – они как-нибудь среагируют? – поинтересовался Гоку в пространство.

- Варвар, - фыркнул Кането. – Ломать такой антиквариат!

Пластина с кнопками, расположенная справа от двери, видимо, предназначалась для набора кода. Такими замками, пожалуй, не пользовались даже в самых отсталых районах Японской Империи. Киберам даже не пришлось вскрывать эту панель – достаточно было установить, на каких кнопках больше всего отпечатков пальцев. К счастью, аккумулятор визоров все же еще не разрядился окончательно, и через минуту дверь была открыта.

- Кажется, мы предоставим наблюдателям немало пищи для размышлений, - отметил Конран и первым отправился через уже знакомый холл.

На посту не было ни души. И одернуть вышедших погулять гостей тоже никто не торопился.

- Чем-то мне это напоминает ту историю… когда за нами следили военные и менеджеры, - задумчиво проговорил Бентен, рассеянно ведя кончиками пальцев по покрытой краской стене.

- Ага. А теперь нас пытаются держать под стражей медики. Результат такой же смешной.

Две раздвижные двери напротив поста оказались закрыты другим способом – вместо кодовой панели только гладкая пластиковая коробка. Такая же коробка оказалась еще на одной двери. А всего дверей было шесть. Куда ведет одна из них, открытая, полицейские уже знали – за ней располагался коридор с мусоросборником. Оставалась еще одна, тоже «украшенная» кодовым замком. Без долгих колебаний, вскрыли и эту.

Коридор за этой дверью ничем не отличался от двух уже обследованных. За одним исключением: одна из дверей была распахнута настежь. И за ней горел свет.

Бентен автоматически распластался по стене, скользнув рукой по бедру в поисках парализатора, с хмурым неудовольствием посмотрел на пустоту вместо кобуры, выпрямился и, не скрываясь, шагнул в дверной проем.

Еще одна комната, практически не отличающаяся от их собственной, разве что еще меньше, и одна койка вместо двух. И в данный момент на койке валялся, созерцая потолок, молодой парень. Чернявый, смуглый, ростом чуть повыше Бентена, довольно крепко сложенный. И его лицо было киберам знакомо.

Завидев гостя, он сел, спустил ноги с койки и сделал короткий приглашающий жест – мол, заходите, не стесняйтесь. Сохранив при этом абсолютно равнодушное выражение лица.

Бентен рассеянно склонил голову к плечу, чуть сдвинув брови в задумчивости.

	"Ответный визит"